Илмарин. Религиозный аспект вампирской прозы. (Фантастическая ассамблея 2016).


Рубрика: Библиотека -> Прочее
Метки:

Религия мира Зеркал

Вампиры Месмер и Альмисса

 

 

Религия стран континента, где разворачиваются основные события пока еще разрозненного повествования, монотеистична. Это вера в единого бога Всесоздателя. На далеких, не колонизированных и заселенных туземцами океанических островах преобладает язычество, зачастую с жестокими кровавыми обрядами жертвоприношений, в том числе и человеческих. В самых северных странах континента, в которых совсем недавно стала зарождаться государственность и началось объединение племен в крупные градообразующие союзы, тоже сохраняются остатки языческих верований, хотя зачатки монотеизма уже есть. В любом случае все религии сходятся в том, что мир был создан богом или богами по своему усмотрению, однако в созданном мире ему (им) противостоит дьявол, гложимый завистью и собственным бессилием в сотворении миров.

Церковная организация представляет собой строго централизованную структуру. Возглавляет Церковь Папа, затем идут кардиналы, в крупных епархиях – епископы, главы монастырей – аббаты, главы церковных приходов – каноники или отцы, и есть рядовые священники.

В темноте было невозможно различить цвет сутаны, чтобы определить сан. Это мог быть и коричневый простого монаха, и темно-синий аббата, и фиолетовый епископа. Но оказался малиновый с черным плащом кардинала. («Ночная исповедь»)

Папа носит алые одеяния, каноники – черное с белым. Инквизиторы носят черное одеяние во время исполнения служебных обязанностей, однако им не возбраняется в определенных случаях носить и мирскую одежду или ее элементы.

Брошь была размером с ладонь и представляла собой овальное зеркальце, обрамленное двумя рядами бриллиантов. Изготовлена она была веков семь назад, когда зеркала только изобрели, и они являлись настоящей ценностью. Эта вещь несомненно раньше принадлежала инквизитору, вероятно доставшись по наследству. Надевал он ее только на официальные церемонии и в особо торжественные моменты. («Читающий зеркала»)

Одежда всех церковнослужителей длинная, до пола, без разрезов, что накладывает определенные правила на способы передвижения.

Спешно собравшись, переодевшись и накинув на плечи дорожный плащ, Лоренцо уверенным шагом направился на другой конец города. Ездить в каретах он безумно не любил еще с детства, а езда верхом не приличествовала его сану. («Один день из жизни каноника Лоренцо»)

Головных уборов у церковнослужителей нет, дабы не создавать препятствий между светлым умом человеческим и гласом божьим с небес.

Возвращаясь в сумерках домой, отец Лоренцо попал под дождь, на этот раз самый что ни на есть небесный. Ноги промокли, с волос струями стекала вода(«Один день из жизни каноника Лоренцо»)

Символ веры – крест, однако он не имеет отношения к распятию. Крест в мире Зеркал как символ веры берет свои истоки из теории пересечения разных стихий и миров: земли и неба, мира живых и мертвых, перекрестков дорог и т.д. и т.п. Человек же всегда находится в постоянном состоянии выбора, то есть на перекрестке дорог жизненных.

Худого и хрупкого Лоренцо моментально вытряхнули из плаща, и большие мозолистые руки уже ощупывали сутану в поисках монет. Кинжал, приставленный к горлу, легко лишил Лоренцо и голоса, и намерений сопротивляться ограблению. Лишь только с детской обидой мелькнула мысль, что сан священника нисколько не препятствовал бандитам, а сутана не была броней. Не оставили даже креста. («Один день из жизни каноника Лоренцо»)

Все храмы, церкви, часовни и соборы всегда оставались открытыми для прихожан в любое время дня и ночи. Иногда это явление становилось причиной ночных ограблений, однако подобное случалось редко из-за страха попасть в руки инквизиции. Одному такому ограблению воспрепятствует Месмер, чем заслужит благодарность каноника Антонио. («Повелители зеркал»).

Церковнослужители – мужчины, дающие обет безбрачия. Некоторые могут добровольно подвергнуть себя кастрации, но эта процедура не пропагандируется и не насаждается Церковью.

Обет безбрачия давался мне легко… («Ночная исповедь»)

Инквизиция мира Зеркал существует как внутрицерковный суд, а так же суд над еретиками. Однако, церковных расколов нет. Как нет и монашеских орденов, по-разному трактующих порядки церковной организации. Поэтому к ереси будут относиться такие явления, как публичный полный или частичный отказ от вероисповедания, а так же различные недовольства и попытки ограничить политическое и экономическое влияние Церкви на страны и государства континента. Инквизиции разрешено применять пытки, а так же выносить смертные приговоры. Светский суд над церковным не властен. 

Судья аккуратно достал верхний лист бумаги из папки на столе.

– Пять дней назад, в присутствии нотариуса и свидетелей, одна женщина поведала мне следующее: что графиня де Гарди никогда не ходила в церковь, не молилась, не служила со всеми мессы. Это правда? – бесстрастные бесцветные глаза викария уставились на женщину.

- Нет.

- Значит, ты регулярно посещала церковь и соблюдала все обряды? И это могут подтвердить?

- Нет. Я не всегда посещала службы, а молилась дома.

- Почему ты пренебрегала служением Господу?

Габриэлла замялась. Сказать правду – означало подписать себе смертный приговор. Нужно было придумать что-то правдоподобное.

- Состояние моего здоровья не всегда позволяло мне выходить из дома.

- Кто может это подтвердить?

- Слуги, лекарь.

- Хорошо, мы проверим. Продолжим. Тот же свидетель заявляет, что в приходах своих земель ты запрещала крестьянам служить Господу, делиться с ним плодами своего труда, восхваляя милость его.

- Ложь!

- Значит, ты не запрещала крестьянам трудиться на церковных землях, а так же жертвовать храмам господним пищу и деньги?

- Я лишь следила за тем, чтобы церковь не обирала крестьян, не брала больше положенного.

- Тебе ли судить, что положено, а что нет. Мы все живем и трудимся по воле Господа нашего, и все плоды наши – суть результат его благословения.

- Церковь – не Бог! – возразила Габриэлла и прикусила губу, поняв, что этого не следовало говорить. Подобные мысли только усугубят ее положение.

- Ты настраивала досточтимых баронов, графов и герцогов против церкви и инквизитора?

- Мы лишь отстаивали свои права.

- Мы?! Значит, вас много, и вы состоите в сговоре? С какой целью? Низвергнуть веру? Уничтожить Церковь? Убить инквизитора? Говори, тварь!

- Мы, судья и заседатели, принимая во внимание результаты процесса, ведомого против тебя, пришли к заключению, после тщательного исследования всех пунктов, что ты в своих показаниях сбивчива. Имеются к тому же различные улики. Их достаточно для того, чтобы подвергнуть тебя допросу под пытками. Поэтому мы объявляем и постановляем, что ты должна быть пытаема сегодня же. Приговор произнесен.

- Ну признайся же, и все будет кончено!

Запекшимися от крови губами из последних сил та спросила:

- В чем?

- В связи с дьяволом,- похоже, это было единственным вариантом, на который были бы согласны обе стороны.

- Признаюсь, – и с облегчением Габриэлла провалилась в забытье.

Присутствующий при допросе нотариус подробно все запротоколировал. Следствие было завершено, осталось вынести приговор. Пока судья готовил последние бумаги, палач обмывал приговоренную водой, приводя в чувство, стирая кровь и грязь.

- Мы, милостью Божьей викарий инквизитора Бальтазара и судья, принимая во внимание, что ты, Габриэлла де Гарди, была обвинена перед нами в еретическом извращении, принимая далее во внимание, что обстоятельства дела не позволили нам оставить ее незамеченной, мы приступили к следствию. Для этого мы снимали допросы со свидетелей, допрашивали тебя, производили также другие действия, которые требуются каноническими постановлениями. После того мы внимательно исследовали все, относящееся к этому делу. А также неоднократно выслушивали мнение собираемых для этой цели людей, сведущих в праве и богословии, мы, действуя в качестве полномочного судьи, желая служить только Господу и правде, имея перед собой святое писание, решаем следующее: мы объявляем и окончательно постановляем наказание в виде казни, а именно сожжение на костре. Приговор произнесен.

(«Читающий зеркала»)

 

Столь сильное влияние вплоть до вмешательства в военные конфликты обусловлено положением самой Церкви: географическим, историческим, этно-культурным, экономическим, политическим, религиозным.

Архипелаг Хал Таршин был крошечным и неудобным для жизни. Скалистый, испещренный гротами и бухтами, песчаный, он не располагал ни к земледелию, ни к скотоводству. Единственным преимуществом было пересечение торговых путей. Это и приносило богатство. И то, что именно эти острова Церковь выбрала своей резиденцией, уже давно перестало удивлять вампира. Нахождение в зоне политических и экономических интересов более десятка стран одновременно гарантировало ей полную независимость, которую для пущей уверенности подкреплял самый сильный военный флот, размещавшийся в бесчисленных прибрежных гротах и пещерах.

Именно здесь велись все крупные интриги, здесь зачастую решались вопросы войны и мира, сюда стекалась вся информация и все слухи. И для желающего разобраться в политической жизни и расстановке сил на континенте достаточно было внимательно слушать чужие разговоры. Этим время от времени занимался Альмисса, прячась в тени альковов и ниш, замирая под сводчатыми потолками крытых галерей… («Ночная исповедь»)

 

…король Фернандо обратился за помощью к Церкви, и финансовой, и военной. Для заключения договора в столицу был прислан молодой инквизитор Бальтазар дель Боска де Мариа. Ходили слухи, что он чем-то провинился, и от успешности выполнения возложенной на него миссии зависела вся его дальнейшая карьера. На его долю выпал тяжкий труд – восстановить права Церкви и вернуть прежнее имущество, отнятое во время секуляризации. Понятное дело, что отнять у баронов земли и деньги было нелегко. Вся страна замерла в ожидании. Действовать надлежало быстро, иначе поражение в войне становилось неизбежным. Где угрозами, где посулами, но король добился для инквизитора и Церкви почти всех оговоренных условий. («Читающий зеркала»)

 

Но перейдем же наконец к отношениям вампиров, Церкви и религии.

  1. Религиозная принадлежность, вероисповедание. + 2. Отношение к Церкви

И Месмер, и Альмисса в бытность свою обычными смертными считали себя рядовыми верующими, добропорядочными последователями Всесоздателя.

3. Совершаемые ритуальные действия – не описаны, кроме магии зеркал. Но она является уникальной особенностью Месмера, которая передалась по наследству Альмиссе. Поскольку описывать все возможные маневры слишком утомительно, автор с вашего позволения делать этого здесь не будет. Возможно, в будущем этому будет посвящена отдельная статья.

4. Вселенная произведения в соответствии со схемой, характерной для религии (см. вступление о религии и церковной организации)

5. Концепция вампиризма в религии:

Вампиры во всех религиозных верованиях и трактатах считаются порождениями дьявола, ибо противны жизни и несут смерть живым теплокровным существам и людям (хотя тут логика церковников автору не понятна, так как люди в своих потребностях аналогично несут смерть живым теплокровным существам и другим людям. Впрочем, в религии нет логики).

Рождение вампира происходит посредством укуса и обмена кровью. (стандартная процедура, в этом автор не оригинален). Однако Месмер является исключением из этого правила, словно карающий ангел, пробужденный к жизни кровью сестры, взывающей к отмщению. И сам он терзается вопросом, что же он теперь есть такое:

Кто виноват в ее смерти? Этого я не знал, равно как и причин своего воскрешения, но жаждал получить ответы. Кровь сестры, оросившая мою могилу, взывала к отмщению.

Доведенный почти до отчаяния, я слонялся по мощеным дорожкам пустынного кладбища, не зная, что следует предпринять. Скорбящие ангелы, казалось, недоуменно взирали на меня из глубины веков. Кто я? Что я? Божье ли создание или творение дьявола? («Повелители зеркал»)

Эта особенность (рождение не от другого вампира) делает Месмера независимым от воли творца, а так же дарует иные способности. В частности он не боится креста как символа веры, свободно входит в храмы, не реагирует на святую воду, свободно взаимодействует со священнослужителями, солнце не несет смертельной опасности (если на нем не жариться несколько часов к ряду), хотя лучи все же обжигают кожу. В жизни Месмера будет момент, когда он поселится в стенах храма, спасаясь от преследователей, а так же заведет теплые дружеские отношения с каноником Антонио. Однако ответа на свой вопрос, зло он или добро, Месмер так и не найдет.

Альмисса является вампирским детищем Месмера. Обращение его произошло уже классическим путем от укуса создателя и обмена кровью. От Месмера Альмисса унаследовал ряд особенностей, но уже в меньшей степени. Солнце для Альмиссы смертельно.

Медовые лучи позолотили купол, высветлили крыши домов.

- Посмотри на этот рассвет. Я прихожу любоваться им, рискуя жизнью. Мне он несет смерть. («Ночная исповедь»)

Невосприимчивость к религиозным обрядам, символам веры, церковным постройкам и священнослужителям Альмисса все же унаследовал.

На южных островах быстро наступала ночь. Альмисса, распластавшись, нежился на нагретой за день солнцем крыше главного собора Мелиты, возвышавшейся над всем городом, лежащим у подножия крепости. Он любил возвращаться сюда снова и снова, чтобы полюбоваться бесконечным звездным небом, сливающимся с черным морем. Вот и сейчас он лениво оглядывал выбеленные стены и черепичные крыши домов, вслушиваясь в доносившиеся издалека звуки вечерних гуляний в порту. («Ночная исповедь»)

 

Мужчина еще немного поколебался, отошел от карниза и вскарабкался туда, откуда доносился голос почти невидимого собеседника.

- Альмисса, - представился вампир.

- Бальтазар.

В ответе кардинала не было необходимости, вампир уже знал, кто рядом с ним, но спросил из вежливости. Порывшись в карманах, он достал фляжку с вином и протянул ее кардиналу.

- Выпейте, полегчает.

- Думаете?

- Уверен.

Бальтазар сделал глоток, потом еще один, и долго сидел молча, глядя перед собой. Альмисса терпеливо ждал, вслушиваясь в успокаивающийся ритм человеческого сердца. Он уже было решил, что собеседник не вымолвит и слова, когда Бальтазар начал свою исповедь. («Ночная исповедь»)

 

- В округе есть сироты или беспризорные?

- Только один Леандр, служка в приходской церкви.

- Великолепно! Лучше и придумать нельзя. Ведите его сюда, а я пока займусь зеркалом. Только, если возможно, оденьте его в парадное церковное облачение. («Читающий зеркала»)

 

Все остальные второстепенные вампиры, действующие в текстах, как порождения дьявола, в разной степени боятся церковной символики и подвержены различному влиянию религиозных обрядов.

 

В заключении же хочется сказать, что основные интриги и сюжетные линии будут носить личностный и политический характер, отношения Месмера и Альмиссы с религией и Церковью фоновы и третьестепенны.

 

 

 

 

 

Обсуждение

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация  Facebook.

(обязательно)

⇑ Наверх
⇓ Вниз