«Для того чтобы пройтись по человеческой истории, лучших попутчиков, чем вампиры, не найти». Интервью с Любовью {Leo} Паршиной


Рубрика: Новости -> Интервью -> Трансильвания

Вампир, который не одно столетие служит своей Отчизне. Вампир, сохранивший в себе каплю человечности. Или немного об истории Фёдора Басманова в интервью с автором романа «Сломанный крест» Любовью {Leo} Паршиной (3-е место на конкурсе «Трансильвания-2016», номинация  «Крупная проза») . С призером  побеседовала Элисия.

Расскажите коротко о себе.

Родилась и выросла в Петербурге, по образованию педагог-психолог и журналист, работаю редактором (техническая и научная литература).

Тогда первый вопрос: для Вас это первое участие в конкурсе «Трансильвания»?

Да, первое. Узнала о нем из блогов на сайте «Лит-Эра» и подумала — почему нет?)) Понравились название, сайт, атмосфера...

Отбор победителей длился почти три месяца: что вы чувствовали в это время? Переживали ли, или просто изредка заходили, чтобы проверить результаты?

Заходила и даже не изредка)) Конечно, переживала. Но конкурс представлялся мне скорее спортивным состязанием — все равно победит тот, кто придется больше по душе публике. Это мне и было интересно — придусь ли я по душе))

И вот получили третье место. Каково это? Было это ожидаемо или нет?

Если честно, я заранее настроила себя на то, чтобы не ожидать ничего. Так что третье место — очень приятный сюрприз. В конкурсе участвовало много произведений, и попасть в тройку лидеров — это здорово! «Сломанный крест» на данный момент самое успешное мое произведение: вначале он понравился огромному количеству моих знакомых, даже тем, кто не любит мистику. Потом пошел в мир, и его читали и тепло приняли совершенно незнакомые мне люди. А вот незадолго до конкурса один опытный писатель довольно жестко отозвался о моем романе. Так что, отправляя роман на конкурс, я хотела проверить его на новой, непредвзятой публике. Кажется удалось)))

Думаю, данная победа нейтрализовала критику. Если не секрет, трудно было пережить критику и более того отправить на конкурс? Ведь здесь могло произойти то же самое?

Немного боязно, но не трудно. Конечно, волнение было. Но на тот момент у меня имелась уже целая коллекция отказов издательств и критических отзывов. Я подумала — если здесь не понравится, значит, действительно неважно получилось. Хотя, меня поддерживало и успокаивало и то, что «Сломанный крест» уже понравился большой выборке людей самых разных интересов и возрастов.

На «Трансильвании» действует одно неизменное правило: в произведении должен быть вампир. А насколько Вам близка тема вампиризма?

Очень близка!)) Эту тему люблю с детства. Всегда любила страшные сказки про таинственных и мрачных существ, а фильм «Интервью с вампиром», увиденный мною в одиннадцать лет, произвел неизгладимое впечатление. Вампир — это и история минувших веков, передающаяся с кровью, и сверхчеловеческая сила, и (что греха таить) особый вид эротизма. С красиво исполненным укусом в шею не сравнятся никакие «50 оттенков...»

Так значит, для Вас вампир — это все-таки таинственное и мрачное существо?

Конечно, момент замогильной жути должен быть — без него неинтересно! Мне, например, совершенно не близка концепция «Сумерек» с их блестящими на солнце мраморными вампирами-вегетарианцами.

Вампир — это в любом случае носитель древнего наследия. Но я противник массовых убийств, поэтому мои вампиры никого не убивают ради пищи. (Еще и потому, что 5 литров за раз выпить физически невозможно. А если и возможно, какова будет реакция кишечника? Думать не хочу!)

Мои герои считают себя подвидом человечества, «темной породой». (Кстати, слово "вампир" стараюсь употреблять как можно реже. Уж очень оно на слуху.)

Именно поэтому Вы использовали слово «объект»? Фёдор не кажется таким уж и мрачным или тёмным. А как Вы сами к нему относитесь?

Нет, слово «объект» я использовала, чтобы сразу возникла ассоциация с секретными проектами спецслужб. Ну и как символ обезличенности «винтика» в системе. «Объект» перестает существовать, когда включается личностное и человеческое, ведь в конечном счете все всегда идет от людей.

Фёдор... Я хотела сделать его максимально живым, объемным, в чем-то неоднозначным. Ему за всю жизнь пришлось повидать много грязи — поневоле запачкался. Думаю, он уже сам не ожидал, сколько в нем осталось человеческого на момент встречи с Андреем Кречетовым и Аней. По сути это ведь история чудовища, вновь становящегося человеком. Или "заложного покойника", искупающего свою вину. А может и то, и другое.

И тем не менее, несмотря на всю эту «грязь», он остается положительным героем. Даже отношение Кротова не влияет на него?

Отношение Кротова влияет на отношение Федьки к самому Кротову)) К нему Федька попал уже тертый жизнью, уже преданный, уже превращенный в «объект». Просто тихо ненавидели друг друга долгие годы.

То, что Федька вышел положительный... Мне просто неинтересно писать про откровенных гадов, в которых не ничего хорошего. Как только начинаю рассматривать повнимательней, прописывать подробнее — тут же делаю героя человечнее. Поэтому я Марченко и, особенно, Михайлова дала набросками. А Майкл, который изначально был просто функцией, превратился в такого милого парня — всего лишь поселила его в Новом Орлеане и почитала про американский юг подробнее.

Однако к Кречетову Федор попадает тоже не «новеньким и чистеньким». Выходит, для него даже после стольких лет играет важную роль то, как к нему относятся остальные?

Конечно, играет. Но он не ожидает доброго отношения к себе и долгое время ждет подвоха.

А как вообще появился этот герой? Что возникло первым: идея о вампире-агенте или интерес к Ивану Грозному и Фёдору Басманову?

Сначала был Михаил Кузнецов, сыгравший Басманова в фильме Эйзенштейна «Иван Грозный». Это самый красивый мужчина, которого я видела в жизни и в кино — с него я и рисовала своего Федьку. Поскольку я люблю тему вампиризма, а точные дата и обстоятельства смерти Федора неизвестны, картина сложилась сама собой.

Дальше уже я решила, что опричник Федор Басманов (по крайней мере, мой Федор) в нашем времени скорее всего занимался бы тем же самым, что и в своем — служил бы Отечеству по мере сил. Так он и стал агентом.

Итак, вдохновение пришло из фильма. А как протекала работа дальше? Чему больше вы уделяли внимание: историческим фактам или непроверенным легендам?

Дальше взялась за матчасть: стала читать и смотреть все на тему опричнины, что могла найти. Конечно, старалась больше внимания уделять фактам. А уже на их основе сочинять свои легенды.

Хотя, с фольклором тоже много работала — для написания вставок из Федькиного прошлого. Мы ведь непростительно мало знаем о своей древнейшей истории. И мне хотелось, чтобы читатели прониклись атмосферой Древней Руси, захотели узнать о ней еще больше...

Насколько было интересно работать с матчастью?

Иногда утомляло. Особенно утомляло искать информацию непосредственно по Фёдору — напоминало вымывание золотых крупиц из песка. Но в целом было интересно и очень полезно, ведь времена Ивана IV — это переломная эпоха в истории Руси/России, ничуть не менее значимая, чем Петровская. А до начала работы над романом я, к стыду своему, мало о ней знала.

Это было до... А насколько тяжело было писать, придерживаясь пропорций? Чтобы не потерять линию сюжета, не утратить исторических фактов, не уйти совсем в сторону? Ведь в каком-то смысле у Вас вышел микс жанров?

Придерживаться пропорций, чтобы уложить в них уже состоявшийся образ, было тяжело. В итоге пришла к тому объяснению, которое мне всегда казалось сомнительным: «Это все-таки художественное произведение». Я, наверное, пошла на сделку с исторической справедливостью и взяла общую канву тех событий. Но ее уже старалась не искажать.

Историческая справедливость участвовала в создании Фёдора. А что насчет остальных героев? Возьмем Кротова, Кречетова и других. Была ли данная тема вам хорошо знакома, или ее тоже пришлось изучить?

Подробно изучить современные спецслужбы дело не из легких. Информация, которая есть в открытом доступе (официальный сайт, художественные и документальные фильмы), была мною изучена. Конечно, помог и мой опыт работы на телеканале — мы однажды снимали программу к юбилею «Большого дома». Мне удалось побывать внутри и пообщаться с сотрудниками ФСБ. Это заняло всего несколько дней, но стало очень интересным опытом и, разумеется, пригодилось потом при написании романа.

Большая часть вашего произведения посвящена сотрудничеству Кречетова и Фёдора. А Анна? Планировалась ли изначально, что на ее долю выпадет такая участь?

Анна это вообще удивительный зверь. Она задумывалась как эпизодический персонаж в рассказе «Тот, кто живет в тумане». А в итоге въехала в сюжет с чемоданами, отодвинув всех остальных. Я задумывала для Федьки романтическую линию, но совершенно иную. Но я довольна тем, что получилось в итоге — всегда приятно, когда герои живые, когда они живут и действуют сами.

А беременность Марины? Является ли это своеобразной компенсацией главным героям?

Да. На самом деле, я ввела это в сюжет в последний момент, но очень рада, что это пришло ко мне в голову и к ним в жизнь.

Наверняка вначале был набросан хотя бы примерный план. И насколько отличается итог от того, что задумывалось два года назад?

По сути (если говорить о все той же общей канве), финал остался прежним. Изменился путь, по которому герои к нему пришли. И еще в последних главах стало более многолюдно :)

А что насчет злодеев? Марченко с самого начала задумывался предателем или просто попался под горячую руку?

Нет, он сразу задумывался как предатель. Я как раз надеялась, что это не слишком заметно с самых первых его появлений.

Обрадую, что нет. Более того, когда они приехали на дачу Марченко, я до последнего ждала, что Кречетов посчитает Фёдора предателем. А что касается остальных нелюдей? Какими их задумывали вы?

С остальными все проще — они появились еще до Фёдора. Большинство из них живет и действует в более раннем моем романе «Юноша и Зверь» (и в ныне пишущемся продолжении «Век зверя»). А в «Сломанный крест» они заглянули в гости.

Какие они? Разные, как все люди.

Значит, «Сломанный крест» не единственное Ваше произведение о вампирах? Составляют ли они серию или это независимые друг от друга произведения?

Да, это единая серия (вселенная, если угодно). Называется «История чёрного серебра». Для того чтобы пройтись по человеческой истории от древнейших времен до наших дней, лучших попутчиков, чем вампиры, не найти.

А о чем «История черного серебра»? Какую именно тему Вы раскрываете в этом цикле? Расскажите, пожалуйста, хотя бы вкратце.

«История чёрного серебра» включает в себя и романы, и повести о представителях «темной породы». Об их жизни, о том, как они повстречали друг друга, как и почему обрели бессмертие. Началось все как раз с «Юноши и Зверя», с истории гимназиста Сашеньки.

Значит, на этом история Фёдора не закончилась? Или в остальных книгах его уже нет?

Про Фёдора я обязательно напишу еще — такая жизнь, такая личность! Однако пока небольшой перерыв. Сейчас пишу одну детективную вещь, в которой у Феди будет эпизодическая роль, камео. Но, конечно, я с ним на этом не расстанусь.

В самом начале Вы говорили, что у Вас имелось множество отказов от издательств. Значит, данная серия книг нигде не опубликована?

Да, моих вампиров можно повстречать только в интернете. Как говорят редакторы, после «Сумерек» вампиры неактуальны. И прибыли не приносят, что самое страшное :) Публика наелась, остался узкий круг фанатов. Если верить редакторам.

Не верьте, в книжных магазинах полно книг о вампирах, которые являются чистыми копиями «Сумерек». А вот действительно оригинального или стоящего там не найдешь. Но вернемся снова к Вам как к автору. Как долго Вы уже пишете? И только ли о вампирах?

Лет в пять я писала рассказы о хомячках. А в десять написала первый рассказ о привидении. Также, помимо «...чёрного серебра», у меня в работе находится цикл повестей «Хроники Нового Вавилона» — детектив, стимпанк, альтернативная история.

«ХроникиНового Вавилона» тоже о вампирах? Или вам хватает вампиров в «Истории...»?

В «Хрониках...» действуют исключительно люди, в большинстве своем — вполне обычные, но поставленные в необычные условия.

На создание «Сломанного креста» ушло почти два года. А сколько вообще уходит у Вас времени на одно произведение? В каком режиме и темпе Вы пишете? В работе находится сразу несколько произведений или же все силы бросаются на одно, с глубоким погружением в тему?

Да, на «Сломанные крест» ушло даже чуть больше двух лет. Это мой рекорд. Я обычно пишу несколько произведений сразу — когда устаю от одного мира, отдыхаю в другом. Есть и отрицательные моменты такой привычки, ведь на работу над одним романом уходит не один год. Но есть и положительные — раз в несколько лет наступает «время жатвы».

Время жатвы?

Когда в течение нескольких месяцев я заканчиваю сразу несколько произведений.

Наверняка есть уже сформированный круг своих читателей?

В последнее время могу сказать: да — свой круг появляется.

Это радует. Но вернемся к «Трансильвании». Вы сказали, что понравилось название, сайт, атмосфера. Знакомились ли Вы с другими произведениями, выложенными на конкурс?

Конечно, знакомилась. Не со всеми подробно — некоторые просматривала просто для общего сведения, а некоторые читала внимательнее. Больше всего заинтересовала как раз «Пыль веков», занявшая первое место.

Означает ли это, что Вы станете постоянной участницей конкурса Трансильвании?

Я бы с удовольствием! Если мое «время жатвы» подоспеет к следующему конкурсу :)

И в заключение. Что Вы можете пожелать победителям и остальным участникам Трансильвании?

Пожелать? Творческим людям всегда желаю вдохновения — ведь без него очень грустно и  муторно. Пожелаю всегда писать о том, о чем хочется им, и так, как им хочется, не терять живую жилку своего произведения, слышать и чувствовать своих героев. И радовать своих читателей!

Обсуждение

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

⇑ Наверх
⇓ Вниз