«Запалить большой костер мы всегда успеем». Интервью с Марией Гинзбург


Рубрика: Интервью -> Трансильвания
«Запалить большой костер мы всегда успеем». Интервью с Марией Гинзбург
Интервью с Марией Гинзбург (1-е место на конкурсе «Трансильвания-2014», номинация «Крупная проза»)
 
Оказывались ли вы когда-нибудь в окружении книжных героев? Сошедших вдруг со страниц произведений и проявляющих недвусмысленно свою волю, не всегда добрую? Оказывались ли на перекрёстке двух миров — реального и созданного фантазией автора? Брали ли вашу душу в плен персонажи некогда прочитанных романов? Если да — эта повесть для вас. Вопросы Марии Гинзбург задает Arahna Vice.
 
В «Празднике Тыквы» очень яркими, живыми штрихами, по жизненным ситуациям, вырисовываются характеры персонажей, угадываются кусочки их прошлого. Можно даже предполагать их реакцию на то или иное событие. И, безусловно, хочется сразу проверить свои предположения. Но… две главы — это так мало! Успеваешь только познакомиться с героями, уловить тонкие паутинки-связи между ними — и… неистово захотеть продолжения. Приоткройте полог тайны, расскажите нам, в чем заключается задумка? Как будут развиваться отношения между героями?

Соню переведут с повышением, на зам. отдела. Она решит провести Хэллоуин, собственно поэтому повесть и называется «Праздник Тыквы» — директриса библиотеки не любила «западных» названий. В процессе подготовки к празднику Соня будет продолжать расследовать странные вещи, происходящие в библиотеке — иногда с реальным риском для жизни.

Параллельно там есть линия, как Соня, Слава, Олеся, и некоторые другие встречаются в онлайн-игре — типа «WoW» — создают команду и становятся друзьями.

В итоге, разумеется, Соня узнает, почему ожили книги; почему люди умирают и как это остановить; и после финальной битвы Зло будет побеждено.

Значит, сомнамбулическое состояние читателей — и заведующей библиотеки — это далеко не самая большая странность?

Нет, что вы. Там в библиотеке действует пятеро «злых» оживших героев книг — и пятеро условно добрых. Назвать их?

Даже не знаю, стоит ли настолько раскрывать интригу... У читателей ведь будет реальная возможность перелистать все страницы «Тыквы»?

Очень хотелось бы, чтобы так и произошло, но пока рукопись бродит по издательствам. Где-то не устраивает размер, где-то крови мало, где-то много, наоборот. Пока вот не отказали только «Сестры Дракулы», но они же и не сказали пока «да».

Издательства — это, пожалуй, отдельная тема. Но мы, рядовые читатели, все же уповаем рано или поздно увидеть текст на просторах интернета. Возможно ли такое в будущем? Приемлемо ли такое для Вас в принципе?

Рано или поздно все украдут, конечно. К сожалению, пираты пока успешно конкурируют с легальными площадками, где можно продать электронные книги — «Буксмаркетом», например. Я размещала некоторые свои произведения и на «Буксмаркете», и с «Литресом» у меня есть договора, но пока результаты электронных продаж не убедили меня в том, что таким образом стоит продавать абсолютно новую, незасвеченную в сети рукопись.

Значит, нам остается только уповать, что найдется благоразумное издательство, которое не сочтет свои амбиции превыше таланта автора.

Ваши бы слова да богу в ушки, как говорится.

В таком случае, возвращаясь к «Тыкве», мы вынуждены просить у Вас спойлеров.

Как выстраивается Ваша художественная реальность?

Ага, поняла вопрос. Я сейчас отвечу, только раз уж мы затронули издательства и вообще, я хочу сказать, что это очень здорово, что есть не только издательства, а вот Сообщество любителей вампиров, «Трублад» (сайт), и то, что конкурсы проводятся — это очень замечательно, и мне кажется, именно там, а не в издательствах... пульс жизни бьется. Я в конкурсах «Трансильвания» участвовала, начиная с самого первого, по-моему, — то с рассказом о вампирах, то с романом (он вот опубликован  уже), и мы все знаем, как вот любители хоррора тоже сначала сорганизовались в Сети, а потом стали на бумаге выходить. Я очень надеюсь, что и с вампирами получится как-нибудь так же. В общем, спасибо, что вы есть.

Если Вы имели в виду, «вы из головы пишете или из жизни», то это бывает очень по-разному. Я придумала очень много сюжетов, когда мне было лет четырнадцать, все записала их вкратце, а некоторые воплотила еще тогда. Многие из тех тетрадок послужили базой для произведений, которые теперь опубликованы, — роман «Черный ангел», например, многие мои повести («Убаюкать нож»). «Праздник Тыквы» появился по-другому; это был просто сон, очень готичный, про то, как книги в библиотеке начали оживать, и там были девушка и парень, и все заверте...

Пожалуй, сейчас Вы стали показательным примером для меня, что категорически нельзя уничтожать все свои прежние записи.

Арахна, разумеется. Запалить большой костер на даче мы всегда успеем.;)

Мы видим один пласт — обыденную жизнь героев-людей. Видим второй (или несколько?) — тот, в котором оживают книжные персонажи. Как пересекаются они? Страницы книг, зеркала — это двери между ними? Могут ли люди только наблюдать происходящее там? Или те, «потусторонние» герои видеть человеческий мир? Или, быть может, переходить из одной реальности в другую, взаимодействовать друг с другом не только на уровне воображения?

В данной книге система магии построена следующим образом. Был человек, который создал некоторую магическую реальность — и очень дорого заплатил за это. Была кошка, которая могла ходить между мирами, и персонаж из книги, который жил там с человеком. Потом этот персонаж решил повлиять на реальность... Таким образом, видеть героев — оживших героев книг — могут далеко не все. А вот эти книжные герои, обретшие плоть и кровь, нашли способ получить власть над душами людей, которые читают книги. И взаимодействия вполне реальны. До самого конца, иногда весьма болезненного.

И к тому же вопросу — поведайте, пожалуйста, о книжных героях, влияющих на судьбу людей.

Я так понимаю, это вопрос, какие книги люблю я.

В детстве я очень много читала, и сейчас, в общем, тоже. У моей бабушки была подписка на «Всемирную литературу». Ряды томов в суперобложках занимали шкаф во всю стену. Я приходила, вытаскивала книжку, начинала, если не нравилось — ставила обратно и брала следующую. Меня всегда привлекали северные авторы — и эпос, («Сага о Нибелунгах»), и более близкие к нам авторы — Астрид Линдгрен та же, Пер Вале. С интересом читаю и наших совсем уж современников — Стига Ларссона, Линдквиста, а так же Юхана Теорина. У него вот тоже легенды, позабытые и кровавые, очень удачно переплетаются с реальностью. То есть у меня в моей домашней библиотеке и Ремарк есть, и Саган, и Пратчетт, но вот скандинавы как-то ближе всего по духу и оказали, наверное, самое большое влияние.

Еще меня всегда не нравилось, как раскрываются характеры «отрицательных» героев. Хорошо еще, если поступки описаны верно, а объяснения им автор сам придумал, но обычно никакого отношения к действительности они не имеют. В «Празднике Тыквы» я немного порезвилась на эту тему — там есть Темный Властелин, который колеблется между своей истинной сущностью и той, что ему приписал Альфонс Роже, сочинивший его автор.

Темным властелином сейчас поманили, как ароматом свежесваренного кофе с корицей в морозный вечер. Сразу возникло не только желание прочитать повесть целиком, но и разобраться в ней, сложить впечатления в привычный уже Трансильванским конкурсам отзыв.

Ну, почему бы вам не сделать этого? Мне бы тоже очень хотелось узнать, какое впечатление производит книга.

И много Вам времени понадобилось, чтобы «просто сон» стал такой интригующей (судя по первым эпизодам) повестью?

Да, бывает, что времени проходит много. Бывает, что занимаешься другим замыслом; а бывает вот сразу, как попрет, как попрет... «Праздник Тыквы» лежал довольно долго; образ — это мало, должна быть и фабула, и герои со своей личной жизнью. Потом я подбирала материал, что-то там интересное, что-то здесь. Я люблю так же найти картинки, визуализировать образ. Мне очень понравилась, кстати, идея субконкурса буктрейлеров к произведениям на «Трубладе», но, к сожалению, я не смогла в этот раз поучаствовать, хотя делала ролики к трем своим романам.

Возвращаясь к параллельным мирам «Праздника Тыквы»: персонаж из книги, который жил с человеком — это уже взаимодействие. Было ли оно первоначальным? Или первым после создания магической реальности?

Оно было первотолчком для создания магической реальности. Герой ХОТЕЛ сидеть со своим любимым персонажем и разговаривать с ним — ВЕЧНО.

Он получил свою вечность?

Да. Демоны всегда честны. Эту вечность разрушила вполне людская жадность и тяга к власти.

И еще интересный нюанс: ожить и получить власть над душами людскими могут любые книжные герои? Какие условия должны соблюдаться для этого? И что берут персонажи книг в человеческой душе?

Нет, не любые, если мы все еще о «Празднике Тыквы» говорим. С другой стороны, все герои книг и так все живы, я считаю — определенным образом. В повести «ожившие» персонажи получили эту «жизнь» и возможность влиять на людей не сразу. Но были еще и те, кто был жив сам по себе — это самые известные герои, архетипы, они состоят из мыслей людей, которые ДУМАЛИ их. В человеческих душах мои «злые ожившие герои» берут все — то есть, энергию, благодаря которой мы живем; высасывают саму жизнь, так скажем. Это самые настоящие вампиры. Там очень много эпизодических героев погибает.

К вопросу о смерти. Хотя сейчас многие авторы (не только литературных произведений) оперируют ею свободно, без ограничений — все-таки, это очень важное явление. Что дает смерть персонажей для Вашей повести?

Смерть как элемент структуры произведения может быть использована по-разному, да. В «Празднике Тыквы» она работает на сюжет, подчеркивает некоторые черты характера отрицательных персонажей, создает атмосферу и показывает сложность семейных отношений одной из героинь. Все это одной смертью не покажешь, поэтому ее там много.

Спасибо. И еще пару вопросов напоследок, позволите? Как Вы находите своим героям имена? Это что-то услышанное интуитивно? Или тщательно выбранное по звучанию, по значению имени? Можно ли, опираясь на имена, почерпнуть достоверную информацию о Ваших героях?

Когда я писала фэнтези-цикл о мире Мандры («Погасить Черное пламя», «Лес Великого Страха», «Хозяйка Четырех Стихий»), имена своим эльфам я составляла со словариками тэлерина и квеньи, щурясь от наслаждения — и там можно было почерпнуть бездну смыслов, в этих именах... Одних только эльфов (с именами) в том мире ровно 351. А еще люди, оборотни, драконы. Короче говоря, теперь я ненавижу необходимость давать героям имена.

В «Празднике Тыквы» я старалась только, чтобы у героев не было повторяющихся имен, а то так и запутаться можно. Ну, в логичных пределах — Лена и Вова достаточно распространенные имена, к примеру, будет странно, если они в мире повести будут редкими.

То есть, если что и закрадется многозначное — такова воля Судьбы :).

Ну, Соня — имеет значение. Софья — «мудрость» и мышка-соня, но Соня — главная героиня.

И последний:  каковы Ваши литературные табу? О чем Вы не возьметесь говорить в своих произведениях ни под каким предлогом? Либо — как? Вопрос касается не только содержания, но стиля, художественных средств и прочих литературных хитростей. Что Вы себе не позволите?

Арахна, я слаанешитка. А Слаанеш говорит нам: «Вы должны делать все, что хотите».

 Таким образом, чего никогда не будет — я не буду писать о том, о чем НЕ ХОЧУ писать.

Комментариев: 1 RSS
Обсуждение

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация  Facebook.

(обязательно)

⇑ Наверх
⇓ Вниз