Отрывок из романа «Точка контроля». enigma_net


Рубрика: Конкурсы -> Библиотека -> Трансильвания -> Романы
Отрывок из романа «Точка контроля». enigma_net
Точка контроля
(отрывок)
 
С реки поддувало. Тонкие щупальца ветра пытались забраться под подол стеганого пуховика. Хватали за коленки, обтянутые яркими желтыми колготками. В свете фонарей танцевали снежинки. Ничего необычного в этом не было, Кира видела миллионы таких танцев. Возможно даже больше. Она стояла опираясь на широкие перила набережной, припорошенные свежим пушистым снегом. Рядом стоял бумажный пакет, смятый по форме бутылки, и пустая стопка, на стенках которой масляно блестели капли. Руки в перчатках митенках ловко наполнили ее, и Кира отправила содержимое в рот. Быстрым движением, отшлифованным столетиями пьянок. Зачерпнула пальцем снег и слизнула. Закуска была слабовата, но Кира и не преследовала цели устроить себе застолье. Не сегодня, во всяком случае.
Порыв ветра стянул с головы капюшон, растрепал волосы. Кира небрежно заправила длинные пряди за уши. Покрутила в пальцах рюмку. Поглядела не нее вопросительно словно стеклянный стаканчик имел ответы на ее вопросы. Поставила обратно на перила и уставилась на реку. Вода ритмично накатывала на каменные берега, и в этой монотонности было что-то уравновешивающее. Огни фонарей отражались в неровной поверхности, дробились на мелкие отблески и утекали дальше, в темноту заснеженного парка.
— Добрый вечер, Кира.
Она не вздрогнула от неожиданности, хотя и не слышала его приближения. Внутри возникло секундное напряжение, стянув в тугой комок нервы. Кира медленно выдохнула, выпуская его с облачком пара.
Поворачиваться нужды не было. Здороваться в такой вкрадчиво сексуальной манере имел привычку лишь один ее знакомый вампир.
— Доминик,— она кивнула.
Уголки губ слегка дрогнули, приподнимаясь в улыбке. Кира попыталась было одернуть себя, но мысленно махнула рукой. Доминик все равно уже заметил, а ей нет смысла скрывать свое отношение. Рука вампира бегло коснулась ее плеча — он стряхнул снег. Внезапный личный жест, который Кира отнесла к проявлению ответной симпатии. Она налила себе еще стопку. Наблюдая за тем, как Кира ее опрокинула, вампир издал фыркающий звук, который у него заменял смех.
— Приятно знать, что некоторые вещи не меняются, — он иронизировал, но не слишком старательно, почти с любовью.
Кира улыбнулась шире. На пустой стопарик легла небольшая квадратная шоколадка. Подготовился, отметила она про себя. Интересно, как давно он за ней наблюдает? Отломив кусочек, она отправила его в рот, не спеша разжевывать. Шоколадка таяла, источая приятную сладость, немного терпкую. Напоминая впечатлениями того, кто ею угостил.
— Давно вы в городе? — градус вкрадчивого интереса повысился
— Дней десять, — она пожала плечами. — Ты и сам это знаешь.
В последнем Кира не сомневалась. Ненавязчивая, почти деликатная слежка появилась на третий день после ее возвращения. Следили двое. Передавали с рук на руки, как бесценный груз или бомбу с плохими контактами. Приятнее было думать, что первое, но Кира почти уверена была, что второе.
— Положение обязывает, — суховато ответил вампир.
Это было странно, потому что звучало, как извинения. Кира повернулась и посмотрела на собеседника.
Он выглядел таким же, каким она его помнила, но что-то в нем неуловимо изменилось. Было иным, но выглядело прежним. Словно он знал за собой нечто характерное только для него, известное и другим, и пользовался этим, чтобы подчеркнуть. Что? Кира окинула его внимательным взглядом. Вампир улыбался, немного иронично, немного искушающе. Намекал без слов. Типично для него. Темное пальто не застегнуто, словно наброшено больше для вида, чем для тепла. На плечах оседали снежинки, рисуя узор на плотной ткани. Под пальто серый костюм тройка. В таком виде ходят на деловые переговоры с потенциальным партнером. Искушение, которым он мерцал в ее сторону, было лишним в этом образе, но очень свойственным Доминику. Кира подумала о том, что она показала бы в первую очередь, если бы желала убедить собеседника что она это она. Невесело усмехнулась своим мыслям, совершенно этого не скрывая. Отвернулась и налила себе еще стопку. Стало любопытно зачем он так выпячивает свою и без того заметную сексуальность.
Кира вздохнула. Ее теплое дыхание таяло облачком в ночном холоде декабря и ей очень бросилось в глаза, что вампир рядом с ней не дышит. Вот это было, пожалуй, то, что в нем было не так. Прежде он очень тщательно поддерживал иллюзию человечности.
— Мой приезд ни к чему тебя не обязывает, Доминик, — сказала она, покручивая в пальцах стопку.
— С моей стороны было бы невежливо не поздороваться с вами,— мурлыкнул он.
Кира осторожно отодвинула стопку за секунду до того, как пальцы вампира коснулись ее руки. Это могло бы показаться случайным жестом, но им не было. Она обозначала дистанцию, и вампир это понял. Мгновенная задержка и его рука опустилась на перила. Снег под ней не таял.
— Ты поздоровался.
— Вы не рады меня видеть?— в его тоне сквозила обида, наигранная, показательная. Добавленная туда, чтобы скрыть что-то. Кира поразилась тому, каким другим он был для нее сейчас.
— Тебе не идет роль отвергнутого мужчины, — она усмехнулась.
И тут он вздохнул. Печально, трогательно. Кира почувствовала настороженность. Театральная постановка набирала ритм. Пальцы, держащие стопку, замерзали, но пить ее Кира не спешила. Быстро анализировала то, что у нее уже было.
Доминик мог бы прислать кого-то из своих подчиненных, но он пришел сам. Играть по привычной схеме. Сначала Кира решила, что он просто прощупывает почву, пытается понять зачем она здесь и какие проблемы с собой привезла. Теперь же склонялась к мысли, что ему что-то от нее нужно.
— Вы изменились, Кира.
По тону, которым это было сказано, она поняла, что до него еще не дошел масштаб этих перемен. Пожала плечами и все-таки выпила стопку. Три шота не пошатнут ни ее здоровье, ни равновесие.
— Зачем ты пришел? — она развернулась к нему и посмотрела в глаза. Старый фокус, который до сих пор ее забавлял. Доминик моргнул, сохраняя на губах томную улыбочку, и стал меняться. Словно пленка кинофильма из цветной делалась черно-белой. Прорисовалась строгость, не присущая ему прежде, и сосредоточенность. Лукавые морщинки возле глаз разгладились, придав лицу холодности. Резче обозначились скулы. Губы плотно сомкнулись в ровную линию без намека на искушение.
— Прогуляемся?
Если это и звучало предложением, то лишь по его прихоти. Едва ли он рассматривал возможность ее отказа. Кира, впрочем, отказывать не планировала. Ей не вредно побеседовать представителем города. Даже если когда-то единственным желанием было набить ему морду. Она улыбнулась своим мыслям. Одним щелчком отправила стопку в воду и выразила готовность к прогулке. Доминик вопросительно поглядел на нее, потом на бутылку.
— Нет необходимости, — она небрежно махнула рукой.
Пошла вперед, прислушиваясь к поскрипыванию снега. Ночь выдалась холодная. Кира сунула озябшие руки в карманы. Пальцы коснулись ключей от номера в отеле.
Доминик догнал ее не сразу, позволил отойти на несколько десятков шагов, прежде чем возник по левую руку. Бесшумно и по-вампирски быстро.
— Мой приезд носит частный характер, — сказала она, не дожидаясь вопросов. — Я поживу здесь какое-то время, может полгода.
— Почему Чикаго?
Его тон неприятно резанул слух. Кира остро ощутила его недовольство. Следом пришло недовольство собственное. Чикаго был для нее наиболее удачным решением, и она полагала, что лежа в отеле никому не помешает. Однако, если своим присутствием она возбуждает Доминика настолько, чтобы найти время для личного визита, планы можно и пересмотреть.
— Если ты против, я уеду, — спокойно сообщила она.
Прибавила шаг. Будь ее отъезд тем, чего он хочет, Доминик догонять ее не станет, удовлетвориться вежливым “До свидания”.
Ветер кольнул щеки, бросив ей в лицо несколько острых снежинок.
Мысленно Кира перебирала свои варианты. Можно было остаться в Иллинойсе, где-нибудь на границе с Висконсином. Формально она останется в округе Доминика, но по факту предъявить ей будет нечего. Посидеть в Милуоки будет, конечно, приятнее, чем в Детройте, но, в случае повышенного внимания ВФК, она всегда может зарулить в город маргиналов. А там и до Канады рукой подать.
— Это было бы негостеприимно.
В его тоне мелькнула ирония и что-то еще, что Кира не распознала. Хмыкнула, испытывая удовлетворение от того, что не придется менять отель и собирать вещи. Последнее, даже путешествуя налегке, она терпеть не могла.
— Вы поделитесь со мной своими планами? — вкрадчивости в вопросе не было, заигрываний тоже. Он расставлял фигуры на доске и хотел знать куда ставить ее фигуру.
Кира посмотрела на него, но ничего особенного не заметила. Ветер снова растрепал ей волосы, сквозь пряди, путающиеся в ресницах, рассматривать быструю вампирскую мимику было неудобно.
— Есть предложения?
Доминик за секунду оказался впереди и остановился, вынуждая остановиться и ее.
— Кира, я хочу знать ваш статус, и в моем округе имею на это право, невзирая на протекторат Ассамблеи.
Кира поглядела на него через прищур. Вероятность того, что прежний Доминик сказал бы что-то подобное стремилась к нулю. Его визитной карточкой всегда были недомолвки, намеки и тяга к секретам. Кроме того, ВФК лелеяла свою обиду на Ассамблею, за отказ последней пустить в состав представителя от Штатов. А нынче вовсе предпочитала делать вид, что независима и законам Ассамблеи не подчиняется. Что, конечно, было не так, но открыто подчеркивать свою власть стремились не многие. Доминик определенно нарастил мощности, раз может себе это позволить.
Это было и хорошо и не хорошо одновременно. Кира понимала, что в случае отказа представиться по всей вампирской форме из Чикаго надо будет уехать к утру. Свой официальный статус обозначать желания не было. Афишировать фактическое положение опасно, об этом ему точно знать не стоит. Приятным сейчас было только то, что этот скользкий кровосос научился говорить прямо. Кира пожалела, что при нем не выпила больше. Тогда можно было бы прикинуться пьяненькой дурочкой и сыграть на его представлении о ней. Спорная выгода, но от необходимости раскрывать карты это бы ее избавило.
— Я надеюсь, ты не ждешь, что я посреди ночной улицы буду швыряться именами и рангами?
Минусовая температура ночи проигрывала холодности тона, которым это было сказано
— Продолжим в более интимной обстановке?
Ее едва не сбила с ног волна соблазна и искушения. Доминик изменился, как по щелчку тумблера. Весь покрылся глазурью сексуальной томности. Властный хозяин округа, только что требовавшей от нее ответов, скрылся под красивой картинкой вожделеющего мужчины.
Переход был обескураживающе внезапен. Кира моргнула, желая прогнать наваждение. За эту долю секунды он оказался ближе. Имея представление о его силе Кира подумала, что должна бы почувствовать опасность, но она оставалась спокойна. Немного недовольна, разве что. Руки вампира обвили ее за талию, как две змеи, он прижал ее к себе. Кира не возражала, хорошо понимая, что это своеобразный формат обыска. Ей даже немного польстило такое отношение.
Доминик выглядел так, словно собирается поиметь ее прямо сейчас. Наклонился ближе, и Кира на секунду даже поверила, что он собирается ее целовать.
— Вы без оружия, — выдохнул он ей губы.
Запах ментола ударил по обонянию.
— Какая неожиданность, правда? — не удержалась она от сарказма.
— C'est ca. Pourquoi? (Правда. Почему?)
Глубоко внутри Кира испытала удовлетворение. Именно так и должен был вести себя тот Доминик, которого она помнила. Французский просыпался в нем в моменты искренности. Сейчас, насколько она могла судить, он был искренне изумлен.
— Доминик, это дружеский визит. Ничего больше.
— Тронут, что вы нашли мой город достаточно привлекательным для этого.
Он все-таки коснулся ее губ легким поцелуем. Кира отметила, что и это типичное для него поведение. Внутренняя уверенность в правильной оценке ситуации окрепла, поселив в ней чувство удовлетворения.
Доминик отошел на крошечный шажок и неуловимо быстрым движением вынул из кармана пальто телефон. Кира не успела заметить, что он сделал позвонил или написал, но буквально через минуту в конце улицы вспыхнули фары.
— Прошу вас, — Доминик кивнул на лимузин.
— Положение обязывает? — Кира приподняла вопросительно брови.
— Помнится, вы были не в восторге от моей манеры вождения.
Кира хмыкнула.
— Да, было в ней что-то настораживающее.
Его рука, обнимающая ее за талию, на секунду стала каменно-тяжелой.
— Уместное слово.
Кира прикрыла глаза на секунду. Настороженность. Она чувствовалась в разговоре, в поведении, проскальзывала в нем самом, как двадцать пятый кадр. Мог ли он знать все? И, если да, не попытается ли он ее убить? Кира открыла глаза. Жаль будет, если так.
 
В машине было тепло, сухо и пахло корицей.
— Добрый вечер, — поздоровался с ней водитель, бросив взгляд через плечо.
— Добрый, — откликнулась она.
Доминик мягко закрыл за ней дверь и через мгновение сел с другой стороны. Похлопал ладонью по спинке водительского кресла. Это напомнило Кире господскую привычку постукивать тростью в стенку кареты. Кира не стала следить за дорогой. Если Доминик захочет скрыть их маршрут и пункт назначения он это сделает, нет смысла считать повороты и запоминать улицы.
Светофор моргнул красным, машина замедлялась перед пешеходным переходом. В ушах зашумело какофонией из звуков счастливого смеха, разбивающегося стекла и сдавленного вскрика. Смех солировал. Кира уставилась в окно невидящим взглядом. Внутренний таймер отсчитывал секунды, пока машина стояла, ожидая зеленого света. Напряжение нарастало. Висков коснулась боль. Бессмертная поморщилась и потерла переносицу.
Машина, наконец, тронулась, медленно покидая перекресток Вест Вейкер драйв с Мичиган авеню. Кира продолжала смотреть в окно, балансируя на грани падения в воспоминания. Рядом пошевелился ее спутник, до этого хранивший типично вампирское молчание, которое смело можно было назвать мертвым.
— О чем вы думаете, Кира?
“О том, с каким оглушительным хрустом лопается стекло лимузина” подумала Кира в ответ на его вопрос. Поморщилась. Мысли ее приняли мрачное направление. Это было некстати и привкуса оптимизма в настроение не вносило.
— Ничего, заслуживающего внимания, — она повернулась к Доминику.
— Это неправда, — промулыкал он ласково.
Она подарила ему улыбку. Плоскую, лишенную эмоционального подкрепления. Простое движение губ, не говорящее ничего об истинном настроении человека. Он промолчал. По лицу его Кира видела, что ему не слишком понравилась ее ровная закрытость. Скорее всего, это просто озадачило вампира, привыкшего к другой манере общения, но могло быть и признаком чего-то более важного. Строить предположения слишком рано. Покачав головой в такт своим мыслям, Кира снова отвернулась к окну.
Лимузин привез их к высокому зданию из стекла и блестящего глянцем металла. Оно выглядело хищно оскалившимся. Тонкие, гладкие перила на фасаде напоминали разогнутые прутья клетки, из которой не мигая смотрели темные, непроницаемые провалы окон.
Кира выбралась из машины, приняв поданную Домиником руку без колебаний. Лицо его утратило часть выразительной мимики, сделавшись похожим на статичную фотографию, но не потеряв часть живости, позволяющей ему сходить за человека. С дальнего расстояния. При мысли о расстоянии Кира резко обернулась, пристально вглядываясь в здания на противоположной стороне улицы. Ничего, что могло бы внушать опасения.
— Прошу вас, ma cherie.
Эта короткая фраза, сказанная с легким, но заметным акцентом на гласных, вернула Киру в здесь и сейчас. Она испытала некоторое облегчение, смешанное с благодарностью. Выражать его вслух, впрочем, не стала. Посмотрела на лаконичные буквы над козырьком здания. Слова “Кроун-плаза” отражали свет ночных фонарей, черное матовое стекло пожирало его. Название ни о чем ей не сказало, кроме того, что владельцы здания дружественны вампирам, но это было понятно и по архитектурному решению.
Двери бесшумно разошлись в стороны, впуская в стеклянное нутро двух поздних посетителей. Вопреки ожиданиям Киры за стойкой ресепшена сидели две миловидные девушки, а в холле рядом с фикусами ожидали посетители. Большей частью люди, по беглой оценке Киры.
— Доброй ночи, Доминик, — профессионально вежливо поздоровалась одна из девиц, протягивая вампиру магнитную карточку-пропуск.
— Благодарю, Валери, — Доминик против обыкновения не источал сексуальный жар. Был по деловому сдержан и даже как-то суховат. Протянул Кире пропуск и не попытался задержать ее руку в своей при передаче. Отметив про себя эту перемену она последовала за ним через турникет, пискнувший, когда она прошла мимо фото-элементов. Привычно посчитав камеры в холле здания и у лифтов, бессмертная подумала, что вампиры не скупятся на безопасность. Что было вполне понятно, учитывая демонстративную современность здания. Стекло не самый дружелюбный для кровососов материал. Даже светоотражающее и армированное оно недостаточно хорошо защищает вампиров от возгорания в летний солнечный день.
— Любопытный выбор офиса, — заметила она, входя в лифт, тоже стеклянный.
— Noblesse oblige (Положение обязывает), — со странной смесью сарказма и досады сказал Доминик.
Кира усмехнулась. Похоже, в этом десятилетии у него появилась новая универсальная отмазка на все случаи жизни. Пока они поднимались, Кира вспомнила о его возрасте и восемнадцатой поправке Бриджа-Сентера. Деятельность вампиров должна быть абсолютно прозрачна, как юридически так и физически. Кира тогда еще посмеялась над тем, сколь наивным было это требование сенатора Сентера, и порадовалось что Европы, старушки, без энтузиазма признававшей факт обитания в ней вампиров, это не касается. Теперь ей довелось посмеяться вновь. Над тем, как своеобразно трактовали поправку ставленники Вампирской Фракции в Конгрессе.
Двери лифта бесшумно распахнулись. Доминик вышел, не потрудившись пропустить ее вперед. Налет романтизма и соблазна слетел с него с почти осязаемым шелестом. Кира последовала за ним, на ходу расстегивая пуховик. Звук шагов тонул в толстом ковровом покрытии, удивительно чистом для людного офиса.
Стойка ресепшн на этаже пустовала. Густо алые матовые буквы “DС” висевшие за ней смотрелись на светлой стене, как запекшаяся кровь. Вполне в духе вампиров, но не подходит Доминику, любителю подчеркнуть свою близость к людям.
Боковым зрением она заметила, как из-за поворота вышла молодая женщина. На секунду она растерялась, увидев Киру, одиноко стоящую посреди приемной. Кира сама была слегка удивлена мгновенным исчезновением спутника. Она уже открыла рот, чтобы объяснить свое присутствие, когда из коридора донеслось приглашение войти, сказанное по-французски. На лице женщины мелькнула яркая неприязнь, но она быстро взяла себя в руки и выдала профессиональную улыбку. Кира скупо кивнула, записав себе держать большую дистанцию с сотрудниками офиса, и пошла на голос вампира.
Его кабинет, дверь которого закрылась за ее спиной с тихим щелчком, был похож на тот что она видела когда-то в «Монохроме». Холодные оттенки белого в аксессуарах, густой черный в мебели. Немного разбавляли эту строгую контрастность геометрические фигурки из лабрадора, расставленные на подоконниках. По насыщенно синей поверхности змеились золотистые прожилки, придавая фигурам нечто небанальное. Словно это был не просто камень, но заключенные в нем чувства.
Кира сняла пуховик и бросила его в одно из кресел рядом с черным стеклянным столиком. Осмотрелась. Обстановка была ей скорее симпатична, чем нет, но жизнью от этого кабинета не веяло. В атмосфере отчетливо читалась исключительно деловая сторона хозяина, без каких-либо намеков на личность за пределами этих стен. Никаких цветов, фотографий и памятных сувениров на столе. Ничего, что могло бы выдать о Доминике что-то сверх того, что он желал показать.
— Тебе надо положить сюда журнал с порнушкой, — Кира взмахом руки указала на столик. — Тогда будет не так хирургически стерильно.
Вампир улыбнулся. Мгновенное движение губ Кира заметила лишь потому, что смотрела и ждала чего-то подобного. В этой улыбке была симпатия и удовольствие от узнавания знакомого в ее поведении. Испытав легкое удовлетворение, она села в свободное кресло, опустив руки на подлокотники. Левое запястье пронзило ощущение пустоты, с внезапной силой затягивая Киру в омут воспоминаний. Она собралась в пружину на несколько секунд, отметив про себя, что времени на это уходит все меньше и меньше. Быть может вскоре все будет происходить так же как у вампиров, за доли секунды. Кто знает? Внутри стало прохладно и сумрачно. Если бы Кира писала картины или пыталась делать фотографии это состояние было бы похоже на небо усыпанное мелкими звездами. Ее умилило лиричное сравнение.
— Выпьете что-нибудь? — вопрос Доминика вернул ее в реальность, отвлекая от созерцания собственного внутреннего мира.
Она посмотрела на вампира так, словно забыла о его присутствии и сейчас искренне удивлялась.
— Не переигрывайте, — отмахнулся он с легким недовольством.
— Кофе.
Пришел его черед смотреть на нее с искренним удивлением. Она бросила взгляд на левую руку и чуть шевельнула ей за секунду до того, как осознала, что делает и одернула себя. Сжала зубы, досадуя на себя за неизжитую привычку. Подавила вздох, нелепо было досадовать за то, что стало вторым дыханием.
— Comment tu veux (как хочешь), — буркнул вампир скорее сам себе, чем ей.
Жестом фокусника извлек откуда-то большую мраморную пепельницу и поставил перед ней. Кира оценила это, запоздало заметив, что он все же пытается быть с ней любезным, несмотря на напряженность, которую она у него вызывает.
— Я редко курю, — спокойно сказала Кира.
Доминик по человечески медленно опустился на диван рядом с креслом, в котором сидела она, и театрально закинул ногу на ногу. Кира обратила внимание на то, что пиджак его был расстегнут. Эдакая небрежная неформальность.
— Что же сподвигло вас на столь радикальную смену предпочтений?
Она рассмеялась, искренне и весело. Ему тоже стало бы весело, узнай он, как сильно разнообразились ее предпочтения за время их необщения.
— Жизнь порой подкидывает забавные сюрпризы, тебе ли не знать, — ушла она от ответа.
Он как-то странно скривился, быстро подавляя эмоцию вызванную ее словами. Открылась дверь и вошла недавно виденная Кирой женщина с подносом в руках. Улыбнулась вежливо, поставила на столик две чашки кофе, сахарницу, молочник, шоколад в тарелке и запечатанную бутылку коньяка. Молча удалилась, ни единым жестом не выразив своего отношения ни к Кире ни к вампиру. Бессмертной стало любопытно, как долго он будет совершать попытки применять к ней прежние методы.
— Я позволил себе ... — он подвесил фразу в воздухе, ожидая, как она примет подачу. Пожалуй, он бы задержал дыхание, если бы это не так бросалось в глаза.
Кира протянула руку и взяла чашку с кофе. Выглядевшая изящной, она оказалась тяжелой и неудобной. Толстые стенки долго хранили температуру, но тактильной радости не доставляли совершенно. Сделав большой глоток, она поставила чашку обратно на блюдце. Взглядом мазнула по бутылке Отарда, подумав, что Доминик как всегда не скупится на широкие жесты. Откинулась на спинку кресла и уже хотела положить руки на подлокотники, но одернула себя. Кисти на мгновение зависли в воздухе в полурасслабленном состоянии. Время для Киры застыло и медленно повернулось вспять. Она взглянула на правую ладонь. Кожа рябила, линии смазывались, словно она смотрела сквозь воду. На поверхности проступили очертания знакомого символа и скрылись, когда холодные пальцы Доминика сомкнулись на ее запястье.
— Кира.
В его голосе громко звучало предупреждение. Она собралась. Тикал в висках пульс возвращая время в прежнее направление. Вперед. Шевельнула рукой, освобождаясь из его не крепкого захвата. Сложила ладони, переплела пальцы и уставилась в глаза вампиру, думая о том сильно ли погорели его сенситивные предохранители от ее маленького кульбита.
— Это интересно, — не оставил он ее мучиться догадками. — Кто же вы, все-таки?
Кира задержала дыхание, как перед прыжком в воду и мельком удивилась этому. Странно, она была готова к расспросам.
— Вряд ли ты не знаешь официальную версию, — прозвучало скучающе.
— Вряд ли вы не понимаете, что меня интересует не она. Зачем вы здесь?
— Я уже говорила, дружеский визит.
— Я вам не верю.
— С этим я ничего поделать не могу, — Кира пожала плечами, давая понять, что ее это устраивает.
— Слышал, вы несколько лет в Торонто, в обществе Киана. Говорят, вы были очень близки, — бросил он почти равнодушно, как если бы они обсуждали погоду.
Это было неожиданно. Кире потребовалось время, чтобы переварить вброс и прикинуть,
как выйти из этого внезапного виража без информационных потерь.
— Как и ты. Интересный опыт, да? — она пошло улыбнулась и лизнула пальцы кончиком языка.
Глаза Доминика потемнели, потеряв сходство с человеческими. Задела за живое, поняла Кира.
— Шпионите для Ассамблеи? — напрямик спросил он.
— А тебе есть что скрывать?
Он дернулся вперед, но оборвал движение в самом начале. Кира мысленно похвалила его за выдержку и дальновидность. Он не хотел с ней ссориться.
— Считай, что я в официальном отпуске. Проезжала мимо, решила ненадолго остановиться, — предложила она мировую.
— Слышал, вы дружны с вампирским кокусом Невады, — Доминик нехотя принял ее предложение. — Отчего же не остановились там?
— Кто ж у тебя такое трепло, что ты так много слышал? — усмехнулась Кира и поднялась с кресла. Встряхнула руками, сбрасывая накопившееся напряжение. — Я посмотрю? — она кивнула в сторону коллекции фигурок.
Он сделал приглашающий жест и даже был так любезен, что поднялся медленно, чтобы она успела увидеть его движение. Кира повернулась к нему спиной, демонстрируя доверие. Остро вспомнилось, чем это для нее обернулось в прошлом. Она нахмурилась, сосредоточиваясь на настоящем.
За окном тускло мерцали фонари и редкие огни проезжающих мимо машин. Кира коснулась пальцами гладкого каменного шара, взяла его с подставки. Он был чуть больше ее ладони. Тяжелый, холодный, как скрытая под слоем времени тайна. Доминик встал за спиной. Очень близко. Руки обняли ее за талию, прижимая к нему.
— Расскажите мне, Кира, почему вы выбрали Чикаго местом своего отпуска? — спросил он негромко и слишком интимно для содержания.
Она поглаживала шар кончиками пальцев, как если бы это был котенок. Холодный, мертвый котенок. Слушать вампира было приятно, он всегда мастерски использовал голос для соблазна. Она помнила, что раньше это вызывало волну желания, даже если она была на взводе или пьяна. Его слова, близость, руки на теле смывали все, оставляя голое возбуждение. Сейчас это было всего лишь приятное дополнение к хорошему кофе и теплой комнате. Она ощутила легкий привкус разочарования. Впрочем, разыграть влечение ей ничто не мешало.
— В твоем старом кабинете были картины, — сказала она, воскрешая в памяти обстановку.
— Они вам нравились? — губы вампира коснулись ее уха.
Ей стало любопытно, что он будет делать, если она сейчас упадет в его объятья.
— Мне нравился ты, — Кира решила, что нет греха проверить это на практике.
— Хочется верить, что вы поэтому приехали, — мягкий бархат его тона обволакивал.
Кира отметила про себя, как расщепилось ее восприятие. Одной частью она наслаждалась процессом соблазнения, другой анализировала его ловкие попытки выудить информацию. Ее приезд, похоже, случился в разгар какого-то внутреннего конфликта. Слишком остро он реагировал на недомолвки и ее появление в городе без официального уведомления.
— Отчасти, — Кира сказала полуправду, наблюдая, как маленькая сексуальная интервенция продолжается.
Объективно у нее не было времени и оснований скучать по нему, но иногда ее посещало любопытство, как сложилась его карьера, после того, как она фактически подарила ему город, тем самым обеспечив место в ВФК. Это любопытство вполне удовлетворяла информационная обеспеченность Арины и новости с просторов Интернета.
— Надеюсь, это была большая часть, — в его голосе появилась хрипотца, от которой у нее должны были бы подогнуться коленки.
Кира открыла глаза и увидела отражение в стекле. Глаза Доминика были бездной синевы, мрачновато-темной. Предгорозовой. Она прислушалась к фону в комнате и ощутила, как кожу слегка покалывает. Вампир подошел к процессу соблазнения с душой, если предположить, что таковая у него имелась, последние сводки с религиозных полей допускали такую возможность. Он не просто поигрывал голосом, он вкладывал в него долю своей силы, наращивая мягкое давление. Кира удивилась тому, как раньше не замечала этих игр и тому, как сильно ему надо залезть ей под юбку, чтобы добиться ответов. В голове слегка зашумело, Кира позволила этому ощущению распространиться по телу и ненадолго утратила возможность стоять. Доминик подхватил ее на руки, и в этот момент по ее обостроеному чутью звонко хлестнуло торжеством и ликованием. По ощущениям походило на пощечину с бенгальскими огнями. Кира сдержалась, чтобы не хмыкнуть.
Одежда становилась лишней в этом эротическом этюде. Доминик быстро избавлял их от нее. Голой кожи коснулся прохладный воздух кабинета, через мгновение Кира ощутила спиной мягкую обивку дивана. Отстраненной частью сознания она наблюдала за вампиром полуприкрыв глаза. Возбуждение в нем читалось вполне искреннее, но под слоем этого возбуждения угадывалось что-то еще. Алчное, голодное и злое. Это не походило на жажду крови, та была иной на вкус. Кира приопустила внутренние барьеры, впуская в сознание чужую, властную силу. В голове зашумело больше. Темное, сосущее нечто нырнуло в ее разум, как рыба в мутную воду. Кира мысленно усмехнулась такому бесстрашию. Постаралась это скрыть, но быстро не удалось, отвлекали губы и руки вампира.
До слуха долетел чей-то сладкий стон, она не сразу сообразила, кому из них он принадлежал, да и значения это не имело. Гораздо интереснее было ощущать поиск. С возрастающей злостью его сила перебирала воспоминания в ее голове, раздраженно отбрасывая то, что казалось ему неважным. Кира подкидывала ему фрагменты встреч с другими вампирами, обрывки воспоминаний столетней давности, красочные глюки ...
...Кира слушает шепот воды, облизывающей камень. Он гладкий, скользкий. Под водой шевелится что-то светлое, мерцая в полумраке глубины. Тянет к ней зеленые нити, манит, обещает. Волна послушно поддакивает, обдавая собой зеленое и что-то белое, плоское, лежащее сверху. Это белое возникло из ниоткуда, волна удивилась, зеленое — тоже. Волна мазнула по белому соленым краем. Воздух вспыхнул желтым запахом лимона. Режет. Белое на зеленом странно шевелится, как будто вползает. Кира не знает что это, но почему-то чувствует мокрое на ладонях. Белое становится похоже на медузу. Ладоням скользко, воздух пахнет кислым и чем-то еще острым, металлическим, знакомым. Жадное чавканье нарастающей пульсации отвлекает. Белое плоское расцвело красным росчерком, на нем горит кривой линией алая молния. Кира удивляется перемене, склоняется рассмотреть ближе белое, которое красное на зеленом. Красное подвижно, оно расползается по белому сеткой. Белое становится не плоским. От него тянутся странные щупальца, короткие и рубленые по краям. Белое рябит в глазах и непонятно шевелится, замещаясь красным. А потом молния перестает ползти по неплоскому. Красное стелется по отросткам и падает в черноту густыми каплями. Запах делается острее, он проникает в мысли, растворяется там и оседает на сознании охристыми хлопьями. Красного становится больше, сеть раскинута, она поглощает отростки. Они дернулись спазмом, сжались. Белое больше не медуза. Воды нет, зеленое исчезло. Красное все украло. Красное пахнет лимоном и смертью...
Сознание серым росчерком тошноты вернуло Киру в действительность. Она поняла, что заигралась и рывком захлопнула открытые барьеры. Злое, агрессивно заметалось внутри ловушки, пытаясь пробить себе выход. Кира позволила ему расколоть один из щитов. Это было больно, и она выразила свои ощущения громким стоном, почти криком, прозвучавшим в унисон с другим. Кира едва расслышала его. Звон стекла внутри головы затмил все внешние звуки. В том числе тяжелое дыхание вампира, холодом ласкавшее ей грудь. Вдалеке звучал солнечный смех, быстро угасающий.
По кабинету разлилась сила. Мерцала холодным синим янтарем, покрывая все вокруг искристой пленкой. Кира подумала, что это похоже на снег. Во рту поселился кислый и одновременно металлический привкус. Кровь, поняла она, лизнув прикушенную губу.
Губы ее спонтанного любовника коснулись плеча легким поцелуем. Доминик отстранился. Кира открыла глаза и полюбовалась на потолок. Ничего интересного, плитки полированного металла, мутно отражающие их тела на диване. Одежда валялась на полу в беспорядке. Кофе остывал на столе.
Она приподнялась на локтях и села, поджав ноги. Доминик очень старался держать образ, но ей хорошо было видно его потрясение. Полностью уверенной в причине этого потрясения Кира быть не могла, но поставила бы немалые деньги, что это был первый лизергиновый кайф трехсотлетнего француза. И это было совсем не то, что он хотел найти.
Пока она размышляла, как вести себя дальше, Доминик медленно возвращал себе прежний соблазнительный вид. Словно защитную шкуру натягивал. Стараясь не показать своей внимательности, Кира потянулась к бутылке коньяка и ловко свернула пробку. В нос ударил резкий запах крепкого алкоголя. Ее охватила неуверенность и запоздалое сожаление о своих действиях. Спустя несколько секунд Кира догадалась, что считала эмоции вампира как собственные. Брешь в защите, пробитая Домиником, тянула неприятным эмоциональным сквознячком. В воздухе еще витал запах лимона и ощущалась сила. Кира подивилась тому, как сильно размазало вампира, если он до сих пор не собрал все это богатство. Покосилась на него, отхлебывая коньяка прямо из бутылки. Вульгарно и вполне в том ее образе, который остался у него в памяти. Доминик приводил в порядок одежду. Медленно и методично. Сосредотачивается на простых действиях, отметила Кира. Подумала, насколько с его стороны было наивно и глупо вот так нырять в сознание женщины, известной ему неуравновешенной наркоманкой. Мало ли что, там можно найти?
— Чему вы улыбаетесь?
— Как в старые времена, — Кира растянула губы шире, маскируя пошлой улыбкой свое злорадненькое удовольствие.
Пришлось отхлебнуть еще, чтобы не выпадать из образа. Со звонким стуком стекла о стекло поставила бутылку на столик и поднялась, подавив желание потянуться. Платье валялось в нескольких шагах от окна. Кира сделала их в тишине, давая ему простор для маневра. По всем законам жанра вампир сейчас должен был вернуть себе первую партию, проявив к ней легкую снисходительность. Он не обманул ее ожиданий. Появился за спиной и коснулся пальцами длинного шрама, пересекающего ее спину от правого плеча к пояснице. Мысленно Кира присвистнула. Похвалила его за выбор тактики и хорошую память. Запомнил, стервец, как сильно она не любила свои шрамы.
— И все же вы изменились, — сказал он переходя к другому шраму.
Кира равнодушно ждала, пока он закончит прогулку по аллеям памяти и стабилизируется. После кофе, свежей его порции, можно будет вернуться к разговору. Пальцы стали настойчивее. Он почти давил на бледные полоски сросшейся кожи. Требовательно, зло.
— Вы помните лицо того, кто их оставил?
Это был удар ниже пояса. Кира выдержала его с честью, оскалившись своему отражению в оконном стекле.
Повернулась к вампиру лицом и глядя в упор произнесла:
— Разумеется.
Улыбка ее была острой.
— Это было грубо с моей стороны.
Кира смотрела в его синие глаза, почти человеческие, и сравнивала с глазами того, о ком он спросил. Остро, до болезненного чувствуя, как сильно изменилось все в ней меньше чем за четверть века. И каким прежним осталось все в Доминике. Он не отводил взгляда, искал брешь в ее обороне. Она занималась тем же и преуспела первой, заметив сожаление.
— Ты на него похож, — Кира не постаралась сделать тон непринужденным, в ее голосе звучала застарелая боль. — Глаза, губы, — она помахала рукой, в воздухе обрисовывая нечто неуловимое. — Мурад Гирей, — имя оставило тяжелый ртутный привкус.
Она смазала его подушечками пальцев со своих губ и быстро прикоснулась к губам Доминика. Ничего общего с эротическим это жест не имел. Кира словно отравила вампира своим прошлым. Судя по выражению лица, он понял это именно так. Кира обошла его, на ходу натягивая платье.
— Где здесь можно умыться?
— Правая дверь в конце коридора, — механически отозвался хозяин кабинета.
Кира удалилась,не потрудившись закрыть за собой дверь.
 
Когда она вышла из туалета, где задумчиво изучала свое отражение дольше, чем собиралась, офис был пуст и погружен в полумрак. Свет проливался в коридор из приоткрытой двери в кабинет Доминика. Неслышно ступая босыми ногами по мягкому ковровому покрытию, Кира обдумывала стратегию поведения. Идеальным вариантом было выдать Доминику правдоподобную версию приезда, которая удовлетворила бы его подозрения и дала понять, что к нему лично у нее нет никаких дел, быстро распрощаться и уйти. Не столь важно посчитает он это невежливостью или проявлением обиды, и то и другое было вполне ей присуще. Пожалуй, на этом можно даже сыграть. На секунду она задумалась, может ли он быть ей полезным и усмехнулась. Доминик мог быть полезным только себе.
Он сидел на диване, покачивая в руках наполненный коньяком бокал с задумчивым и унылым видом. Вся его поза была картинно-красивой и подходила в качестве иллюстрации к подобным сценам в дамских романах. Одного взгляда Кире хватило, чтобы понять — у него уже есть стратегия поведения. Она подавила улыбку. Села в кресло и, проигнорировав приготовленный для нее бокал, допила остатки холодного кофе. Доминик молчал, очевидно, предлагая инициативу начать беседу ей. Занятно. Прежде это было не в его духе. Кира подумала, что надо бы нарушить молчание и поймала себя на том, что не знает что сказать. Усмехнулась. Вампир уловил перемену в ее лице и настроении, приподнял брови, молчаливо спрашивая о причине ее веселья. Кира улыбнулась шире. Хорошая тактика, молодец.
— Это слишком мелодраматично, ты не находишь? — спросила она откидываясь на спинку.
Лицо его стало на градус печальнее, уголки губ дрогнули и опустились, как если бы он усмехался какой-то потере, недавно осознанной. Вампир мрачнел и углублялся в свое якобы тщательно скрываемое уныние. Уставился в бокал, с минуту искал в нем ответы на свои вопросы. Выглядело это так, словно он силится принять какое-то решение, но не может. Кира молча наслаждалась этим театром одного актера, по пути отмечая, что артистичность Доминика достигла голливудских высот. Он отрывисто дернулся и выпил полбокала залпом. Она приготовилась внимать.
— Я собираюсь жениться, — он бросил на нее молниеносный взгляд и отвернулся, вновь уставившись в дно бокала.
Кира была благодарна ему за эту крохотную паузу. Захода с козырей она от вампира не ожидала. Исполненное трагизма соло дало ей задержку достаточную, чтобы совладать с лицом, желавшим вытянуться после его заявления.
— За репутацию можешь не беспокоиться, — сказала она после паузы. — Этот деликатный эпизод останется между нами.
Изучая профиль мужчины, Кира гадала тот ли это ответ, которого он ждал. Доминик кольнул ее отчаянным взглядом и допил бокал.
— Ты мне не поверишь, — бросил он удрученно и потянулся налить еще, но «внезапно» передумал и встал.
— Смотря, что ты скажешь, — Кира оценила стремительный переход на «ты» и теперь ждала воспользуется ли он уловкой с французским.
Его руки упали вдоль тела на секунду выразив беспомощность. Доминик отвернулся к окну.
— Я не думал, что ты когда-нибудь вернешься в Чикаго, после всего, что произошло. После того, как я тебя использовал и продал...
— Разменял, — поправила она, размышляя под чьим влиянием Доминик освоил сложнейшее для него искусство прямолинейности.
— Не важно, — отмахнулся он от ее детализации. — Это было...,— фраза затихла вовсе не потому, что вампир подбирал подходящее слово. Он ждал, что Кира сделает это за него.
— Выгодно, — подсказала она, усмехаясь. — Ничего личного, деловые отношения.
Его плечи поникли, как лютики при заморозках. Степень трогательной уязвимости восхитила видавшую виды бессмертную.
— Так нельзя, — тихо сказал он.
В этой фразе хорошо было все. И нотка боли, и щепотка обреченности, и ведро сожаления. Кира подумала, не стоит ли прослезиться прямо сейчас и закончить эту сонату, не дожидаясь репризы. Время близилось к трем часам ночи, хотелось спать.
— Какое сейчас это имеет значение? — она постаралась, чтобы голос не звучал скучающе.
Он тяжело вздохнул и промолчал. В прения вступать не намерен, словами оправдываться тоже. Предоставляет ей возможность самой додумать. Ну что ж, неплохо.
— Если это извинения, они приняты, — Кира благожелательно улыбнулась, зная, что он следит за ее отражением.
— Мне жаль, что наша встреча так началась, — в этом «так» было слишком много драмы.
— Наша встреча вообще не должна была случиться, — сказала она с убедительной имитацией легкой грусти, взяла бокал и пригубила коньяка.
— Почему?
— Мне не давали на нее согласия, — сказала она очень осторожно, подчеркивая тоном конфиденциальность своих слов. — Теперь все будут думать, что я здесь по делам.
Она взглянула на его спину. Прочитать по ней реакцию на свои слова было трудно.
— У тебя будут неприятности? — он повернулся и посмотрел на нее.
Проникновенный момент несколько портило затаенное в глубине его синих глаз торжество.
— Не знаю, — она пожала плечами. — В любом случае мне было приятно с тобой повидаться, — Кира сделала небольшой глоток и поставила бокал на стол. Очень аккуратно, чтобы не звякнуть стеклом.
Медленно встала и осмотрелась слегка растерянно. Напомнила себе, что переигрывать не стоит. Сунула ноги в мягкие угги, поправила их. Тихо прошелестел об обивку кресла пуховик, когда она его подобрала. В голове медленно тикали секунды, отсчитывая время, которое вампир оставлял себе на последний рывок. С ее точки зрения он затягивал, но не признать, что получалось красиво, Кира не могла.
Руки Доминика легли на ее плечи, когда она повернулась к двери.
— Ne pars pas (не уходи).
Эта тихая фраза дала ей понять, что про фишку с французским он знает. Жаль. И теперь следует делить его изредка прорывающуюся честность на два.
— Ты женишься, — она не пожелала уступить ему в трагизме.
Внутри ей стало смешно. Кира видела, что скоро ситуация достигнет абсурда и делать вид, что никто из них не понимает игры другого станет нелепо. Надо было как-то уравновесить свои слова. Доминик почуял неладное и резко развернул ее к себе. Пытливо вгляделся в лицо, выискивая признаки лжи. Кира почувствовала толчок в свое сознание, легкий, словно где-то вдалеке захлопнулась дверь. Она упруго его отзеркалила. Доминик чуть заметно вздрогнул. Взял ее пальцами за подбородок.
— Зачем же ты вернулась так не вовремя?
Кире стоило усилий не усмехнуться, столько сожалений он налил в свой голос лишь бы скрыть острое желание докопаться до правды.
Кира помедлила, словно решаясь. Перебрала в уме свои прежние связи в Чикаго и тех, кого можно было, не стесняясь, подать вампиру на блюде. Затем изобразила недовольство и досаду, от того, что приходится говорить то, о чем хотелось умолчать.
— Здесь живет человек, которому я должна. Его близкий друг умирает, — Кира опустила глаза. — Считай, что я воспользовалась служебным положением, чтобы приехать без задержек.
Повисла пауза. Доминик осмысливал ее слова и свое положение в свете новой информации.
— Я могу чем-то помочь? — ему хватило тактичности доигрывать свою роль до конца, даже получив то, чего он так страстно желал.
— Вряд ли, — Кира покачала головой.
Уверенности в том, что он поверил ей полностью, не было. Если он попытается выяснить, знает ли Ассамблея о ее местонахождении, может получиться неприятно. Пока она думала, как закрепить успех, Доминик предоставил трамплин.
— Встреча со мной поставила тебя под угрозу?
Кира уловила в его тоне заинтересованности чуть больше, чем ее там должно было бы при искренней заботе.
— Я промолчу. Если и ты никому не скажешь...
Она подкинула дров в топку его помятого самолюбия, давая уверенность, что теперь у него есть рычаг давления на нее.
Доминик чуть помедлил с ответом, оценивая ситуацию, и с нежностью поцеловал ее. Вкус у поцелуя был, как у шоколада для диабетиков. Не то чтобы фальшивый, но лишенный вожделения полностью. Странно было так с ним целоваться, и Кира отстранилась.
— Где ты остановилась? — в его тон вернулась вкрадчивость.
На нее навалилась сонливость. Надо было заканчивать этот спектакль побыстрее, и Кира предпочла сделать вид, что верит его незнанию.
— В Март Плаза.
— Брендон отвезет тебя, — формально это было утверждение, но Доминик оставил ей простор для ответа легкой вопросительной интонацией.
— Не стоит, — она покачала головой.
Он выпустил ее из объятий и отошел взять пальто.
— Я провожу тебя.
— Мой приезд ни к чему тебя не обязывает, — повторила она свою прежнюю фразу, устав подбирать новые.
— Но я..., — начало он новый виток.
Кира перебила:
— Все, Доминик. Мне пора.
Она сунула руки в рукава пуховика и набросила его на плечи до того, как вампир успел проявить галантность. Привычно проверив карманы: ключи, телефон, карта-пропуск, она кивнула Доминику и вышла из кабинета, не дожидаясь прощания.
 
 
 
Обсуждение

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация  Facebook.

(обязательно)

⇑ Наверх
⇓ Вниз