Рассказ «Как если бы я умер». Бьярти Дагур


Рубрика: Конкурсы -> Библиотека -> Трансильвания -> Рассказы
Метки:
Рассказ «Как если бы я умер». Бьярти Дагур
Автор: Бьярти Дагур
Название: Как если бы я умер
Аннотация: Сорок восемь часов жизни по другим правилам
 
Как если бы я умер
 
— А теперь пришло время особого подарка, — Холли позвякал ложечкой по бокалу, искрившему шампанским.
Болтовня, смех, мелодичные позывные мессенджеров с неуёмных смартфонов, — все эти звуки, сливающиеся в устойчивый фон празднования, присмирели. Головы с любопытством повернулись в сторону говорившего. Холли — официально Холлис Стэнтон, показательно ругавшийся, когда его звали девчачьим прозвищем, — был облачён в смокинг, подтянут и почти трезв; контраст этому составляла ядовито-малиновая чёлка, три дня назад выкрашенная на спор.
— Мы подумали, что наш дорогой друг, звезда этого вечера — и я слышу негодующие шепотки и даже негодующие мысли: «Не только этого, вообще звезда!»... Признайся, Артур, твой мысленный голос в этом хоре прозвучал громче других!..
Аудитория отозвалась правильным то ли стоном, то ли выдохом, благоволящим и расслабленным, нега плюс сытость. Гости уже были ублажены закусками, начинены пузырьками шампанского, утанцованы и умиротворены.
— … И, в общем-то, вы будете правы, но не в деталях суть, а в том, что именинник достоин подарка, который не нарушит гармонию в его безупречной гостиной, не разлетится на осколки от неосторожного движения какой-нибудь прекрасной дамы, не потускнеет от времени, не станет добычей грабителя. И при всём этом запомнится надолго. Мы с Оливером, Джеймсом и Кси поломали голову — и решили вручить тебе сертификат от компании «Лорелея».
Вот теперь зал ответил дружным «Ооо!..»
Сам Артур изумлённо поднял брови. И, как он к своему неудовольствию отметил, невольно приоткрыл рот. Нужно было немедленно вернуть себе невозмутимый, разве что только чуточку удивлённый вид. Он не ожидал от Холлиса такой экстравагантности. Конечно, эксцентричность заменяла молодому Стэнтону визитную  карточку, хотя во всём остальном он мог считаться образцовым выпускником Итона. Но «Лорелея»!..
Джеймс смущённо ухмыльнулся на заднем плане. Это тоже было характерно — кузен всегда оставался на заднем плане. Будь на авансцене Стэнтон, Артур, кто-то ещё, подставьте любое имя, добряк Джеймс всё равно окажется на вторых и третьих ролях и будет вполне доволен жизнью. Его толстые щёки покраснели от поглощённого шампанского, волосы прилипли к разгорячённому лбу.
Кси тоже держалась поодаль, но иначе. Сама по себе. Она оставалась нейтральной Швейцарией. Всегда. По её невозмутимому лицу невозможно было понять, что она думает насчёт подарка.
В руках Холли уже появилась голубая пластиковая карточка. Вынырнула из узкого белого конверта. Этот небесный оттенок за три года стал известен всем, от высокопоставленных служащих до домохозяек с убогим образованием. Любой, кто не слеп на сто процентов, видел рекламные ролики или билборды, на которых лукаво улыбающаяся красавица использовала вытянутый голубой прямоугольник на манер карнавальной маски, закрывая среднюю часть лица. На сертификате были нарисованы глаза со зрачком как у дракона, а за кадром (или над копной светлых волос фотомодели) шёл вкрадчивый текст: «На один вечер — кем хочешь». Это было неправдой, и, наверное, компанию можно было прищучить за вводящую в заблуждение рекламу: некоторые её аттракционы занимали от силы три часа, другие длились сутки. Но самое сногсшибательное предложение уводило в другую реальность на сорок восемь часов.
И Артур почему-то сразу понял, что именно этот самый дорогой вариант ему и подарили.
 
— Артур Амхёрст? — похожий на врача сотрудник в халате сдвинул к кончику носа очки в массивной чёрной оправе.
— Да, это я, — кивнул Артур.
— Пройдёмте со мной.
Человек в очках стремительно развернулся на пятках и нырнул за дверь, из которой появился пару секунд назад, с такой решительностью, будто вот-вот должен стартовать космический корабль. Дверь мягко щёлкнула за их спиной. Вдвоём они шли по длинному коридору, ничем не отличающемуся от скучных коридоров других бизнес-центров и безликих сетевых отелей. Никакого ажиотажа в новом здании, только обживаемом арендаторами, не наблюдалось. В офис знаменитой компании не ломились желающие воспользоваться сногсшибательными предложениями. Возможно, потому, что было десять утра, четверг, не то время, когда думают о развлечениях. Провожатый Артура быстро шагал впереди и одновременно изучал бланк, пришпиленный к планшетке.
Они неожиданно свернули. У второй за поворотом двери человек в очках остановился как вкопанный и жестом пригласил Артура пройти внутрь.
Помещение оказалось просторным угловым офисом. Через стеклянные стены-окна лился мягкий утренний свет. Артур оценил удобство белого кресла, дорогую минеральную воду и минимализм  длинного стола. Нетронутость кажущейся бесконечной столешницы нарушала единственная кожаная папка. Показухой «Лорелея» не баловалась.
— Мистер Амхёрст, рад приветствовать вас в новом офисе компании  «Лорелея». Мы польщены, что вы решили воспользоваться сертификатом на эксклюзивную услугу от нашей фирмы. Прежде чем мы подпишем договор, — рука консультанта коснулась папки, — я обязан ввести вас в курс дела, предоставить полную информацию об аттракционе и ответить на все возникшие вопросы.
Артур кивнул. Пока всё было буднично и по-деловому. Ничего кардинально отличающегося от сафари на львов или дайвинга. Оно и должно быть так, напомнил он себе. Это же просто аттракцион.
Компания, специализирующаяся на экстремальных развлечениях, «Лорелея» предлагала продукты на любой вкус. Полёт на дельтаплане, роупджампинг — это было привычно и общеизвестно. Но ставка делалась прежде всего на аттракционы, подразумевающие перевоплощение. Покупая пакет «Тигриный падишах», игрок становился на сутки восточным правителем. Его окружали смуглые персиянки — настоящие персиянки, а не какие-нибудь загримированные девицы из Бромли, — в полупрозрачных шальварах. Для него танцевали, играли на кеманче, кормили пахлавой, а по бокам от кресла возлежали ручные тигры и холёная белая пантера. «Иллюзия Матрицы» была прыжком в 3D-реальность. «Пиратский уик-энд» предлагал прогулку на скрипучей, пахнущей смолой шхуне. Одежда времен капитана Блада, аутентичный рацион, старинная посуда, команда убедительных головорезов — и штурм другого судна. Обходилось в кругленькую сумму. Почему «Ночной охотник» превосходил по цене все эти развлечения, объяснять не требовалось. Производство сыворотки было безумно дорогим процессом. И игрокам предлагалась не инсценировка — подлинное перевоплощение. На двое суток клиент становился вампиром, а не притворялся им.
Артур не испытывал волнения перед тем, как отправиться на встречу, и даже десять дней назад, впервые разглядывая сертификат и слушая восторженные возгласы справа и слева — Софи, Алисия и Тэм заглядывали через плечо, тянули руки к голубому пластику, — не задумывался всерьёз, есть ли в аттракционе риск.
— Артур, ты реально им воспользуешься? Ну, скажи, скажи!..
— Боже, вот это круто!
Вокруг собралось с дюжину гостей, Холлис с проказливой миной болтал ногами, сидя на подоконнике. Джеймс пыхтел, пытаясь вылезти из глубокого кресла. Оливер уже с кем-то сплетничал — после окончания университета, до сих пор не найдя места, достойного своих талантов, он предавался в основном этому занятию.
— Так ты пойдёшь? — снова пискнул кто-то из девиц.
Он поймал взгляд Кси. Такой же незаинтересованный, как всегда. Когда она на него смотрела, ему казалось, что его сканирует неодушевлённый аппарат, как в аэропорту. Определяет уровень бахвальства или трусости. Типично для неё. Она со всеми так себя вела.
— Кыш, красавицы, — фыркнул Холлис. — Это его дело. Если захочет, когда-нибудь воспользуется, сертификат действителен год. А нам достаточно было полюбоваться выражением его лица, когда мы объявили, что же именно придумали.
Он дружески пихнул Джеймса в круглое плечо.
— А ты ещё говорил, что мы не найдём ничего, что может его изумить.
— Это выстрел в яблочко, — подтвердил Артур. — И конечно, я пойду.
Он старался не смотреть на Кси.
Холлис и Роксана — наглядный пример того, что бывает, когда имена детям даёт увлечённый своей работой преподаватель филологии. Холлиса назвали в честь прадеда. Роксану — в честь жены Македонского. Оба с аристократическим хладнокровием игнорировали вычурность своих имён.
Ликующий визг облепивших его девиц едва не оглушил Артура.
— Он пойдёт, он пойдёт!
— Что, Артур, дружище, в самом деле попробуешь? — обернулся один из приятелей.
— А зачем ещё такие штуки, как не затем, чтобы ими воспользоваться?
— Расскажешь потом? —  жадно спросила Тэм.
— Нет, я бы умерла от одной мысли...
— После аттракциона ведь помнят, как это было, да?
— В этом-то и смысл, глупышка!
— Если верить рекламе, то да, всё помнят, — подтвердил Артур. — Точно так же, как после прыжка с парашютом.
— Но лучше сними на видео! А ещё лучше — снимай и сразу выкладывай на ютуб!
— И не забывай отписываться, что с тобой всё в порядке.
— Если я правильно помню, на время аттракциона не сажают под замок, — покровительственно улыбнулся девушкам Артур. — Так что я даже смогу заскочить к вам в гости. Устроить дружескую вампирскую вечеринку в каком-нибудь неутомительном клубе.
— Бооооже! Я записываюсь на селфи с тобой!
— Эй, Артур, ты не обязан... — вроде как небрежно вставил Холлис. Его лицо накрыла тень. — Мы славно повеселились, представляя твою реакцию — и наблюдая её, о да! — но никто не ждёт, что ты в обязательном порядке активируешь сертификат. Это как бы возможность, а в большей степени шутка.
— Если ты подаришь мне феррари, то отсоветуешь на нём ездить, — язвительно парировал Артур.
— В феррари я больше уверен. Кси, Джеймс, поддержите же меня!
— Не понимаю, что ты вдруг так поскучнел. Как первокурсница, которая в нужный момент вдруг лепечет: «Ой, нет, давай не будем».
Холлис, словно аист клювом, изъял двумя пальцами у Тэм сертификат, вложил  назад в конверт и проворно засунул за пазуху.
— Нет уж, нет уж, подальше от твоих пальчиков. Ты так восторженно реагируешь, что я боюсь, умыкнёшь его у Артура.
— Бука! — шутливо насупилась Тэм.
— Всё, девочки, хватит разглядывать. Не давите на именинника.
Раздался звон разбитого стекла. Все обернулись. Джеймс, покрасневший и с очень несчастным выражением лица, неуклюже тянулся к осколкам бокала. Артур снисходительно возвёл очи к потолку. Ну, конечно. Кто же ещё.
Кси присела рядом, достала платок и принялась собирать крупные осколки.
— Вот и всё. Не стоит расстраиваться по пустякам.
Она, как ни странно, всегда опекала его кузена. Обычно сердобольность ей была несвойственна, но с Джеймсом она держалась предельно терпеливо и нежно. Джеймса вообще мало кто обижал; его беспомощность абсурдным образом оборачивалась лучшей защитой.
Не так давно Кси выпила с Артуром кофе, а потом разок пообедала. Сохраняя всё то же безразличное выражение лица. Правда, в первом случае Холлис передал через неё одолженную книгу, а во втором должен был обедать с Артуром сам, но его задержали дела.
Джеймс украдкой поднёс палец к губам.
— Ты порезался? — сразу подскочил к нему Холлис.
— Нет. Немного. Кажется, — забормотал кузен. Посмотрел на выступившую каплю крови.
— ...и медицинское обследование.
Артур встрепенулся. Консультант, к счастью, не заметил, что он несколько минут дрейфовал на волнах воспоминаний о минувшем празднике.
— Это развлечение класса люкс, поэтому сопровождение осуществляется на самом высоком уровне. Побочные эффекты сведены к нулю. Тем не менее мы обязаны убедиться, что состояние вашего организма не препятствует аттракциону.
— Я проходил недавно обследование. Все показатели в норме.
— Очень хорошо. Но по условиям мы должны провести его заново. Медицинские тесты должны быть пройдены не более чем за сутки до старта игры. Это не займёт много времени. В соседнем помещении имеется вся нужная аппаратура. К завтрашнему утру мы уже будем знать результаты и по итогам заключим договор. Но чтобы не тратить время, сразу после того как возьмут анализы, можем провести подробный инструктаж.
— Ну что ж, — пожав плечами, разрешил Артур.
 
 
Медицинская лаборатория оказалась крохотной — несколько мигающих приборов в небольшой комнате. Однако тесты провели тщательно. Серьёзная круглолицая девушка — он надеялся, что блондинка, но из-под шапочки не выбивалось и тончайшей пряди волос, а брови были неопределённо-русые, такие встречаются и у шатенок, и у блондинок, — взяла у него кровь, измерила давление. Кардиограмма, анализы крови на сахар, биохимия... Он заполнил анкету на трёх листах — аллергические реакции (нет), перенесённые заболевания (пустяки), принимаемые лекарственные препараты (только витамины). После этой карусели его провели назад в кабинет и предложили кофе с сэндвичем.
— Развлекательная услуга «Ночной охотник» позволит вам на двое суток ощутить себя настоящим вампиром. Ваше сердцебиение замедлится. У вас вырастут клыки. Изменится температура тела. Зрачки будут выглядеть иначе. Сразу должен предупредить: у вас будет около двух часов до того момента, как изменения проявятся в полную силу. При обращении в естественной среде всё происходит много быстрее, за какой-то час, а то и минут сорок. Сыворотка действует мягче.
Консультант снова коснулся папки.
— Вы получите такие вампирские способности, как обострённое восприятие, возросшая сила, скорость, быстрота реакций. Невероятная энергия в ночное время суток. Сможете видеть в темноте, слышать в гораздо более широком диапазоне, нежели сейчас. При благоприятных обстоятельствах испытаете ограниченную левитацию — в полной мере она доступна только настоящим, да и то особям в зрелом возрасте. Это поистине трансцендентный опыт. Вы также испытаете на себе те ограничения, которые связаны с вампирским образом жизни: не сможете выходить на улицу в светлое время суток, находиться на солнце. Вам следует избегать контакта с серебром. На сорок восемь часов единственным продуктом, который вы сможете употреблять, станет кровь.
Интересно, что с теми, кого завернут по итогам обследования? Добро на аттракцион ещё не дали, а аппетит уже раздразнили. Должно быть, досадно получить от ворот поворот. Насчёт себя Артур был спокоен.
— А что насчёт агрессивности? Я не наброшусь на друзей или соседского терьера?
— В состав сыворотки входит специальный компонент, который подавляет агрессию и  импульсы к насилию. Это тщательно сбалансированный препарат. Вы не сможете ни на кого наброситься. Но и без этого компонента, уверяю вас, будете полностью контролировать ситуацию. Сейчас мы покажем вам ролик с обобщённой информацией о вампирах. То, что пишут в художественной литературе о неконтролируемой ярости или жажде крови, — броская гипербола. Вампиры, как и другие хищники, трезво оценивают обстановку. Они обладают достаточным терпением, чтобы выслеживать добычу, и достаточным разумом, чтобы не атаковать, когда есть вероятность, что им дадут отпор. Вам предстоит контролировать скорее избыточную осторожность, чем агрессию.
Артур мог бы возразить, что иногда вампиры всё-таки убивают. И весьма успешно. В стриптиз-клубе, где проводил субботние ночи Оливер, охранником работал бывший военный или бывший коп, что, впрочем, без разницы, у которого вампир загрыз дочку. Он слегка на этой почве двинулся. Обзавёлся специальным оружием. Бросил прежнюю работу и одержимо мониторил улицы, надеясь рано или поздно удовлетворить  жажду мести. Вроде бы, девочка была совсем маленькой, лет восьми.
— Тогда зачем эта добавка в ваш коктейль?
— Чтобы продукт соответствовал требованиям, которые прописаны различными бюрократическими инстанциями, — улыбнулся консультант. — Это то же самое, что соответствие нормативам оснащения, которое предоставляется в рамках предложения «Отвесная скала» или аттракциона «Пиратский уикэнд». Если вдруг почувствуете любые странные симптомы — головокружение, болезненные ощущения, паническую атаку, учащённое сердцебиение — сразу же звоните в службу поддержки и вызывайте врача. В памятке и на карточке игрока указан номер горячей линии. Она работает круглосуточно.
—— А как это вообще-то происходит? С научной точки зрения?
— Как если бы вы умерли и воскресли вампиром, — улыбнулся ещё шире, чем в первый раз, консультант.
— Обнадёживающе.
— Строго говоря, вы проходите первый этап обращения. В сыворотке содержатся компоненты, полученные из кровяных телец и слюны вампира. Организм обманывается; он думает, что вы умерли. Запускается процесс перестройки тела. Вы действительно становитесь вампиром — но без второй стадии происходит откат. Обращение двухступенчатый процесс. Обращаемого кусают, а потом он получает кровь носителя. Мы убрали из генома закрепитель, который в обычных условиях поступает с кровью, и специфические ускорители мутации. А кроме того, внедрили ген, делающий невозможным удержание произошедших на первой стадии изменений и наступление второй фазы. Через сорок восемь часов он заблокирует все механизмы, которые ответственны за  эти изменения. Все биохимические цепочки, которые делают вас вампиром, начнут разрушаться.
— А если меня за эти двое суток укусит настоящий вампир?
— Укуси вас во время аттракциона вампир, вы стали бы редким статистическим исключением, наподобие тех, к кому в окно влетает шаровая молния ровно в тот момент, как они выходят из ванны. Но мы настоятельно рекомендуем игрокам держаться как можно дальше от мест, в которых есть хоть малейшая вероятность встретить настоящего. Правда, по совсем иной причине.
— Я собираюсь провести эти двое суток дома и с друзьями.
— Самое разумное решение.
— Так почему нельзя попадаться на глаза настоящим?
— Они сразу опознают игрока. Для них ваша вампирскость будет отталкивающим фактором. Нельзя исключить проявление… раздражения. Им не нравятся такие имитации. Так же, как диких животных часто раздражают муляжи сородичей. Именно поэтому мы предупреждаем: от потенциально опасных мест нужно держаться как можно дальше.
— Я живу в благополучном районе, и с друзьями буду встречаться в столь же безопасном месте.
— Очень разумно.
— А этот пункт зачем? — нахмурился Артур.
Как будущий глава компании, он всегда очень придирчиво читал документы.
— Обязательство не предпринимать противоправных действий входит во все наши договоры. Вы не представляете, как иногда входят в образ участники «Завоевателя» или «Самурайского меча»… — Консультант тонко улыбнулся. — Но, как я уже говорил, потерять над собой контроль физически невозможно. Сыворотка сдерживает способность к насильственным действиям.
— Окей, логично.
— Вы также получаете скидку двадцать процентов на другие продукты нашей компании.
— Что, можно стать на сутки оборотнем? — не удержался от иронии Артур.
— Если в ближайшее время учёными будет подтверждено существование других пока считающихся мифическими персонажей, то мы, разумеется, сразу расширим линейку услуг.
После того как реальность вампиров была признана официально, прошло не так уж много времени. Первые полгода заявления, законопроекты и результаты исследований сопровождала шумиха. Потом большинству стало на это наплевать. Примерно как на археологическое открытие где-нибудь в Иордании. Или смену режима в карликовой африканской стране. То есть как на события значимые, но безнадёжно проигрывающие вопросам более животрепещущим: ипотека, подготовка к свадьбе, появление нового начальника, барахлящая коробка передач. Разве что индустрия развлечений не упустила своего. Не то чтобы такие аттракционы поощрялись. Но «Лорелея» сумела убедить оппонентов, что так минимизирует возможность сознательного обращения. Если можно посмотреть ужастик про маньяка, сидя на диване с ведёрком мороженого, кто полезет искать его в тёмных переулках? Желание пощекотать нервы имеет мало общего с готовностью отказаться от нормальной комфортной жизни. И если будет шанс получить вампирский опыт «на испытательный срок», с полной подстраховкой, это удовлетворит любопытство самых рьяных, тех, кто хочет острых ощущений, грезит вампирской романтикой. А значит, воспрепятствует появлению новых вампиров «взаправду». Противники развлечения покривились, но отступились перед такими аргументами. И теперь фирма процветала.
Артур не знал ни одного человека, который бы опробовал аттракцион на себе. И даже никого, кто лично знаком с таким смельчаком. Разве что ходили смутные слухи — будто бы дочь бизнес-партнёра дяди бывшего однокурсника выпрашивала у отца такой подарок, тот, естественно, отказал, девчонка продала подаренный ей браслет с бриллиантами и купила взамен сертификат.
Девица сейчас учится в Биркбеке, значит, ничего с ней не случилось.
— Это памятка, она поможет вам при подготовке к аттракциону и во время него.
На обложке узкой тяжёлой брошюры, отпечатанной на дорогой бумаге, красовались двое идущих на фоне заката — парень и девушка. Оба красивые сногсшибательной красотой и улыбающиеся клыкастой улыбкой. В такой подаче крылось немалое противоречие: в жизни на каждом углу о вампирах рассуждали как о вредителях, чём-то среднем между крысами и бродячими собаками. Их успешно локализовали, брали на учёт, исследовали, вытесняли из черты города. В статьях и новостных сообщениях о них не было ничего романтичного — состоялся отлов, комитет по градоустройству информирует, что численность вампиров в пригородах держится под строгим контролем, институт исследования вампиризма провёл новую серию тестов… Всё это никак не мешало оставаться на плаву красивому художественному мифу. Вампиры реальные и вампиры киношные успешно сосуществовали и не пересекались.
— Этот фильм включает наиболее важную информацию. Он есть на нашем сайте, можете дома ещё раз посмотреть.
По экрану поплыли недопустимо красивые кадры.
«Вампиры… Хищники ночи… Легенды, знакомые нам по книгам и фильмам. Всё это — теперь можно ощутить, прочувствовать изнутри. Но так ли много мы о них знаем?»
 
 
Подготовка к аттракциону заняла немало времени, но Артур неожиданно для себя втянулся. По правде говоря, до этого момента он воспринимал предстоящую игру почти как обязанность. Обычно он был тем, кто хладнокровно пробует первым или одним из первых все развлечения и новшества, информируя потом со слегка скучающим видом остальных, что «это было неплохо». И тщательно следил за тем, чтобы этот имидж не пошатнулся. Артур прекрасно понимал, как важно не только сотворить должный образ, но и оберегать его от коррозии. В ожидании ответа по результатам обследования он обзавёлся шторами-блэкаут, повесил их в спальне. Убрал из комнаты и с кухни всё серебряное и то, что подозрительно напоминало серебро. Заготовил несколько фильмов, чтобы скоротать время в ожидании тёмного времени суток. Консультант предупредил: днём он будет крепко спать. Артур решил подстраховаться: что, если он окажется редким исключением — вампиром, страдающим бессонницей? Приобретённый запас крови — отборные ягнята, тщательная обработка — убрал в холодильник, а несколько упаковок — в мини-холодильник, перенесённый в спальню. Неизвестно ведь, вдруг он проснётся и проголодается, когда по кухне ещё будут гулять прощальные солнечные лучи.
Артур отметил, как всё удачно сошлось. Родители спонтанно отправились на неделю в Испанию. С экономкой он договорился, что она появится только во второй половине понедельника. Так составил расписание, чтобы в пятницу выйти из своего офиса на час раньше. И ещё месяц назад, до затеи с аттракционом, Холлис запланировал вечеринку, которая пройдёт завтра на его квартире. Лучшего момента и представить нельзя. Скорее из суеверных соображений — ведь не могут же ему в самом деле отказать — Артур оставил пути для отхода: попросил Холлиса не трезвонить пока, что он приедет сразу после процедуры. Все, кто нужно, там и так будут. Нет никакой необходимости кого-то специально звать.
После того, как день рождение закончился, Артур выходил с большой, повязанной карикатурным бантом подарочной коробкой — идея Тэм, — и  Холлис помог ему, придержав ногой дверь.
— Артур… Я серьёзно. Ты не обязан использовать сертификат, — заметил он.
«И кому-то что-то доказывать» — безошибочно прочёл Артур конец фразы, которую Холлис никогда не стал бы договаривать или даже додумывать. Но фраза жила между ними, между Артуром и остальными с прошлого года. И Артур чувствовал себя скованным необходимостью доказывать, что он ничего не пытается никому доказать — или что он способен доказать, а не щёлкнут по носу и больше не высовывается.
Они отдыхали в Санкт-Антоне привычным кругом. Шесть человек. Сугубо мужская компания. Разве что Джеймс, ненавидевший любую физическую активность, остался в Лондоне. После того, как он стяжал разочарование деда, никто не мешал ему предаваться своей страсти — рыться в архивных документах о воздушных операциях Британии времён Второй Мировой и составлять каталоги выцветших военных фотографий. Впрочем, дед стал последним в семье и компании, кто признал: из младшего внука не выйдет делового человека, которого можно заманить в тенёта семейного бизнеса. Снятое на неделю шале, шумные вечера в бурлящем курортном городке, приятная усталость после катания, глинтвейн перед настоящим очагом. Совместные вылазки в соседние деревушки у подножия гор. Флирт с девушкой на ресепшене. Компания Уэсли приехала позже. Холлис действительно тогда Артура предупреждал. Несмотря на легкомысленные манеры, чаще всего именно он первым вспоминал об осмотрительности. Ни одна из его выходок не переступала той черты, за которой начиналось что-то реально дикое, опасное или чреватое проблемами с законом. То же самое с девушками — строя из себя страшного повесу, Стэнтон оставался подлинным джентльменом.
Артур катался достаточно хорошо, чтобы негласное соперничество с Уэсли протекало красиво. Никто из них не опускался до того, чтобы воскликнуть: «Ну-ка, посмотрим, кто круче!» Они обсуждали трассы в исключительно доброжелательном ключе: конечно, спуск по ту сторону северного склона нельзя пропустить. А, да, они тоже туда собираются. А разве Уэсли ещё не протестировал чёрную трассу? И под конец дня никто не подбивал в открытую итог, кто кого обставил. Идея фри-райда вдали от официально разрешённых участков принадлежала Артуру. Он озвучил её за завтраком, в ресторане с панорамным окном, за которым расстилался сногсшибательный пейзаж. Намазывая масло на тост. Вообще-то, в тот момент он восхищался собой. Это было хорошим повышением ставок. Попробовать что-то по-настоящему адреналиновое. Очки в его пользу. Он буквально видел, как на его репутации законодателя развлечений появляются новые яркие мазки — тот, кто с очаровательной небрежностью идёт на риск и выходит победителем. Тем более что конкурентов не намечалось: в итоге все проявили благоразумие и пошли на попятный. «Думаю, при таком ветре и тебе стоит забить», — заметил Холлис. Втайне Артур был с ним даже согласен. Он любил освежающий отдых на курорте и приятное скольжение, но избегал непогоды, колючего снега в лицо и прочих неприятных осложнений. Всё шло хорошо, пока он не набрал максимальную скорость. И вот тогда всё пошло… не очень. Он отделался трещиной в ребре и сломанным запястьем, что поставило если не точку, то выразительное многоточие в увлечении горными лыжами.
«Мы творим новую реальность. Вернее, вы. Ведь именно вы творец своего бытия. Мы не просто развлекаем; мы предлагаем клиентам окно в другие идентичности. Новые роли, новые черты характера — это возможность лучше понять и раскрыть собственную личность. Становясь кем-то необычным, например, пиратом или вампиром, вы лучше понимаете себя». Этот пассаж из учебного фильма Артур хорошо запомнил. Звучало бархатно, сочно, как дорогое оливковое масло. Взять в свои руки реальность и приказать ей быть такой или этакой. Ответить на очередной вызов — и победить. Да, это было приятно.
 
 
Машина еле ползла. Пробка, образовавшаяся в Сити, немного омрачала довольство, которое Артур испытывал. Левое запястье, ровно над часами, обвивал лазурный браслет с двумя красными секторами. В кармане куртки лежала ламинированная карточка участника аттракциона. Консультант настаивал, чтобы она постоянно находилась на виду, приколотая на грудь, но Артуру не хотелось уродовать ткань. Пока что эти предметы оставались единственным свидетельством того, что он только что прошёл процедуру в «Лорелее». Больше никаких последствий инъекции — безболезненной и быстрой. Его не бросило в жар или холод, не стало труднее дышать, не захотелось спрятаться в тень.
Справа раздражённо засигналили. Слева водитель принялся ссориться с женой. Машина проехала с десяток футов и снова встала.
Чтобы отвлечься, Артур решал важный вопрос. Единственный вопрос, который он, как выяснилось, не успел продумать до процедуры. Что надеть. В чём он будет выглядеть более… да, да! — по-вампирски? Обычно Артур предпочитал кашемир и пастельные тона. Ничего кричащего, противоречащего хорошему вкусу или слишком уж модного. Иначе можно уподобиться дружку Софи, который в своих облипающих, будто жидких рубашках смахивает на махрового сутенёра. Нужно что-то элегантное и сдержанное. Наверное. Мысленно он перебрал содержимое гардеробной. Из тёмных вещей припоминались только классические костюмы. «А каким вампиром хочешь быть ты?» — спросил мысленно себя Артур; постарался, чтоб внутренний голос был начинён вкрадчивостью с лёгким сексуальным подтекстом. «Хочешь быть таинственным незнакомцем? Мрачным порождением ночи? Жестоким непредсказуемым ублюдком? Неприступным и дьявольски привлекательным? А может, пугающим до дрожи? Кем ты будешь сегодня?» Последний вопрос должен был имитировать характерные интонации рекламного ролика «Лорелеи». Артур почувствовал, что непроизвольно морщит лоб, решая непростую задачу. В его гардеробе явно обнаружились пробелы. Он даже подумал, не сказать ли Перкинсу, чтоб завернул на Бромптон-роад, — заехать в «Харродс». Бросил взгляд в окно и отказался от этой мысли. За десять минут они преодолели едва ли треть улицы.
«Вжуууух!» — отвратительно шваркнули шины воксхолла, ползущего справа. «Ц-ц-ц-ц-ц» — нудно дребезжала металлическая подвеска, болтающаяся на ветровом стекле фиата слева. «Биииииииип!» — разодрал воздух бесцеремонный гудок впереди.
— Ну, что там, Перкинс? — поёрзал Артур.
— Увы, сэр, ничего обнадёживающего. Встали минут на двадцать минимум. Кажется, там авария.
Шофёр был не виноват, но Артур всё равно испытал глухое раздражение. Мог хотя бы соврать, что ещё немножко — и они вырвутся из крепкого захвата пробки. Увы, честность была едва ли не визитной карточкой Перкинса, проработавшего на их семью полжизни.
В недрах гардеробной вроде бы завалялся чёрный трикотажный джемпер. Тонкий и сидящий именно так, как нужно: не слишком облегающий, не слишком свободный. К нему подойдут тёмно-граффитовые джинсы, которые Артур надевал очень редко. На фото должно получиться в равной степени элегантно и раскованно. «Почувствуй то, что чувствуют дети ночи…» — этот слоган был в большей степени рассчитан на готически настроенных юнцов, но сейчас Артур счёл его полезным, потому что создание нужного образа обязательно включает в себя концепцию и соответствующее мировосприятие. Вампиры наверняка чувствуют себя раскованно. Они наверняка не слишком озабочены дресс-кодом. Те из них, что живут достаточно долго, уж точно. Кроме того, ему хотелось подчеркнуть нотку хищности. А какой хищник будет охотиться в сковывающей движения одежде?
В  ступнях покалывало. Странное томление распространялось по телу, делая сидение в машине всё более мучительным. Сперва Артур решил, что дело в нетерпении — хотелось побыстрее оказаться на вечеринке, — но через секунду осознал: нет, ему не кажется. Запахи топлива, железа, асфальта, гудки, разочарованное шарканье шин по проезжей части, обрывки радиопередач, выползающие из приоткрытых окон теснящихся автомобилей, множество народу на тротуаре, мельтешение цвета и света... Всего этого было много, слишком много, больше чем обычно. На него опрокидывался гигантский коллаж.
Его новое вампирское восприятие поднимало голову.
Неудержимо хотелось выскочить и во весь опор помчаться за линию горизонта. Хотелось избавиться от шума. Хотелось действовать. Кричать, смеяться, наслаждаться. О, как много всего и сразу ему хотелось!..
Наверное, так ощущают себя под экстази. Артур брезгливо избегал всего, связанного с наркотиками. Он слишком ценил собственное тело и рассудок, чтобы пачкать их химией и зависимостями. Представления о действии таблеток или кокаина он составил только по хвастливым или застенчивым признаниям знакомых; впрочем, тех, кто баловался подобным, Артур предпочитал держать на дальних рубежах. Ему было не по себе и от сыворотки, но он утешился тем, что она состоит из естественных компонентов и не вызывает привыкания. Кольнуло сомнение: всё-таки это почти изменение сознания. Он приказал себе успокоиться: разве не то же самое он чувствовал, блестяще отыграв теннисную партию?
Из салона стоящего почти вплотную к ним шевроле пахнуло чипсами.
Обидно. Первые минуты своего сногсшибательного приключения, самые насыщенные и яркие, он вынужден просиживать в тесной железной коробке. А если дело и дальше пойдёт такими темпами, то не минуты, а много дольше.
— Остановите, Перкинс, — скомандовал он шофёру.
— Мистер Амхёрст?
— Я пройдусь пешком.
— Вы сказали, что вам нужно быть дома максимум через полчаса…
— Через полчаса мы ведь явно не успеваем, не так ли? — язвительно парировал Артур.
— Вот-вот начнётся дождь, сэр. Хотя бы возьмите зонтик. Если удастся прорваться в ближайшее время, я сразу же позвоню и подберу вас на одном из следующих перекрёстков.
— Не стоит, езжайте. Мне нужно подышать свежим воздухом. Воспользуюсь метро.
Перкинс посмотрел на него в зеркало озабоченно. Первоначально он решил, что молодой Амхёрст приболел или выпил за ланчем вина, потому и не желает вести сам. Артур не был уверен, что всё пройдёт успешно, поэтому сообщил ему о предстоящем аттракционе, только выйдя из офиса «Лорелеи». Шофёр в ответ с достоинством кивнул и только; сейчас же он явно не одобрял идеи сразу после столь рискованного опыта пускаться в путь пешком. Ради его успокоения Артур взял зонт и обвил вокруг шеи шарф.
— Благодарю вас, Перкинс. Вероятно, вы понадобитесь мне, чтобы доехать до дома Стэнтонов. Я сообщу вам.
Он не без труда открыл дверь так, чтоб не поцарапать стоящие рядом машины, и так же не без труда протиснулся между их плотными рядами. За стёклами автомобилей бледнели не озарённые надеждой лица.
Очутившись на свежем воздухе, Артур почувствовал себя намного лучше. Намного естественнее. Он решительно двинулся к станции метро. Консультант предупреждал: никаких прогулок при дневном свете. В понимании Артура всё ещё стоял день, но сумерки делали прогулку безопасной. Он постоял, прислушиваясь к организму. Никаких неприятных ощущений.
Напротив. Пройдя почти половину дистанции, он осознал, что наслаждается. Асфальт превратился в батут, пружинил, придавал новый импульс. Движение не утомляло и не высасывало потихоньку силы, напротив, заряжало. Прохлада и мелкий, едва заметный — впрочем, Артур ощущал прикосновение каждой капли, — дождь не досаждали, а будоражили. Он не стал открывать зонт и, помедлив возле станции метро, двинулся дальше. Ему хотелось опробовать свои новые чувства. Изучить переливы сумеречных красок на небе, обнаруживших оттенки, не заметные человеческому глазу, распробовать сложные коктейли запахов, звуки, зазвучавшие как симфонический оркестр в зале с богатой акустикой. Он чуял людей ещё до их появления в поле зрения и будто осязал их — всей кожей, вот так, на расстоянии. Это не было неприятным, только непривычным. Не нужно оборачиваться, чтобы узнать, есть ли кто за спиной, отскакивать от внезапно открывшейся двери. Вывернувший из-за угла прохожий, вынырнувший из толпы скейтер — их появление не становилось сюрпризом.
Артур убыстрял и убыстрял шаг. Он даже не запыхался, хотя почти бежал. Будто парил и, подхваченный воздушным потоком, позволял земле проноситься под ногами. «А это круто!» — с восторгом подумал он. Впервые с момента получения подарка он по-настоящему им восхищался. Избегая резкого рыбного запаха из лавки, он свернул, потом свернул ещё. Долго с упоением слушал звук своих шагов по тротуару. Поддался искусу извилистого переулка. За считанные секунды преодолел длинный унылый проход вдоль глухой стены. Он понимал, что слишком уклоняется от цели. Деловитость Сити давно осталась позади. Сочный Шордич сменился выцветшим Хакни. Стоило бы наконец развернуться и идти к ближайшей станции метро. Вряд ли он успевает как следует подготовиться, лишь предельно быстро принять душ и отыскать тот самый, правильный джемпер. Впрочем, сейчас казалось: неважно, во что он будет одет; он и так источает энергию и силу.
Артур не обратил внимания на приближение троицы парней именно потому, что ощущал присутствие каждого человека на улице и уже перестал на подобное реагировать. В этом закоулке его больше завораживали трещины на асфальте, граффити на стенах и железном заборе, пожухшие сорняки, оплетающие виадук. И… Его вроде невзначай толкнули, оттеснили к стене, а потом сразу же грубо дёрнули за ворот куртки. Артур стал оборачиваться — и это получилось у него непривычно быстро, — но в ответ получил удар в лицо. Он успел уклониться, кулак проехался по скуле, а не разбил нос. Затрещала ткань. Сзади его рванули на себя, сбоку последовал ещё один удар. Артур проворно лягнул того, кто атаковал спереди.
— Оооооуууу, — взвыл нападавший.
Одновременно с этим выругались за плечом и врезали сбоку. Артур вырвался наполовину из хватки. Он почувствовал, как бурлит кровь. Вскинулся, чтобы дать отпор, уже замахнулся для удара, прочувствовал его грядущую мощь — и тут его застопорило. Как связало шёлковым шнуром по рукам и ногам. Он физически не мог вмазать этим ублюдкам. Промедлением тут же воспользовались — опрокинули на тротуар, прижали коленом, шею кольнуло что-то острое. Острие ножа. Артур благоразумно замер.
Шустрые руки обшарили его, бесцеремонно нырнули в карманы, стянули куртку, рванули с запястья часы. Засаднила кожа. Ободранные ладони пульсировали в такт разбитому колену, под рёбрами ухало набатом от мощного тычка. Всю левую сторону тела продёрнуло холодом — под боком  оказалась лужа. 
Жарко дыхнуло в ухо.
— Лежи и считай до пятидесяти. Если встанешь раньше, вернёмся и порежем.
Голос был резкий, корёженный, с характерным акцентом. Потом послышались торопливые удаляющиеся шаги.
Артур не стал, конечно, считать. Он просто полежал какое-то время, созерцая непривычно близко поверхность тротуара. Крупчатость асфальта казалась многосоставной и яркой, как россыпь самоцветов. Боль постепенно растворялась, как отлив, понемногу, но неуклонно отступающий с мокрого песка. Гораздо хуже было осознание собственного промаха. В брендовой одежде, с дорогой стрижкой, уверенным выражением лица, он служил дразнящей приманкой для каждого уважающего себя грабителя. А сыворотка не позволила как следует обороняться. С другой стороны, возразил себе он, было бы ужасно отвечать за нанесённые увечья или, не дай Бог, убийство.
Несмотря на неприятнейшее происшествие, Артур не настолько разозлился и расстроился, как можно было ожидать. Он зачарованно смотрел на ладони: содранная кожа, кровоточащие царапины — всё заживало на глазах. Боль ушла первой, разбитое колено теперь напоминало о себе только отвратительным пятном на брюках. Из минусов — он лишился смартфона и бумажника. Бледно-серый пуловер потемнел от дождевой воды. В кармане брюк что-то бренчало. Артур на мгновение поверил, что монеты, тут же вспомнил: нет, ключи. Что ж. Вот их потеря обернулась бы неприятностью.
Он подобрал отлетевший в сторону зонтик. Нападение отрезвило. Думать о безопасности и благоразумии было уже поздно. Но ещё не поздно поймать такси и завершить на этом восторженный вояж. Объяснит таксисту, что стал жертвой грабителей, попросит подождать у крыльца. Сам адрес служил залогом респектабельности. Дома имелись наличные деньги.
К новым талантам Артура прибавилась способность интуитивно ориентироваться в малознакомых местах. Он быстро вывернул на крупную улицу. И буквально через несколько шагов познакомился с собственным отражением в витрине. На Артура глянул очень бледный тип с заострившимися чертами лица, неестественно яркими глазами и в грязной одежде. Под кожей просвечивали зеленовато-фиолетовые венки. Странно, что тело ни разу не просигнализировало о происходящих изменениях. Возможно, всплеск адреналина и потребность в регенерации ускорили метаморфозы. Уши теперь плотно прилегали к черепу, вытянулись почти вдвое, изменили форму. Их кончики, расчерченные кровеносными сосудами, стали почти прозрачными. Верхняя губа чуть топорщилась. Когда он улыбнулся отражению — без тени веселья, исключительно для проверки, — влажно блеснули выразительные клыки. Ещё с полчаса назад у него были нормальные руки. Сейчас пальцы удлинились, утончились и в то же время обрели вид опасный, как предупреждая заранее, что их захват будет стальным. Ногти побелели в синюшность, вытянулись, замерцали нездоровым перламутром. Артур догадался, что легко этим новообретённым оружием вспорет ткань и оставит глубокие царапины на железе. Будь на нём куртка, он бы поднял ворот и сунул руки в карманы, решив хотя бы часть проблем с новой внешностью. Сейчас он весь был как на ладони — непривычно резкий, хищный, непроизвольно сутулящийся в попытке стать незаметнее и слиться со стеной. Такого невозможно вблизи принять за человека. «Но я человек!» — тут же возразил себе Артур. Попытался нащупать пульс — нащупал, но едва угадываемый. Такой редкий и медленный, какого не бывает у людей. И сама кожа была прохладная, по-лягушачьи влажная. На консультации говорили о трансформации тела. В обучающем фильме он видел нескольких игроков во время действия сыворотки, но то их загримировали, то ли воспринимать кого-то другого в нечеловеческом облике было гораздо проще, чем самого себя. Он попытался припомнить, что говорилось о времени возвращения к естественному состоянию. Действие сыворотки закончится через двое суток; когти и клыки исчезнут раньше или позже остальных симптомов?
Ни один таксист в здравом уме не посадит в свою машину пассажира со всеми признаками принадлежности к нежити. Если бы только Артур помнил телефон Перкинса… Увы. Жизнь в окружении гаджетов не способствовала запоминанию телефонных номеров. Артур вынужден был признать: он не помнит ни одного. В обычной ситуации он позвонил бы домой, но нынче дом был пуст.
Придётся идти пешком. Усталости он не ощущал, наоборот, прилив сил. Часа за два-два с половиной он доберётся. Квартира Холлиса находилась ближе, но показываться на вечеринке в таком состоянии — исключено. Теперь уже речь шла не о том, чтоб выбрать наилучший образ, а о том, чтоб сменить пришедшую в негодность одежду хоть на что-нибудь приличное. И позвонить в банк — заблокировать украденные карточки.
Мысль об обращении в полицию Артур отмёл решительно и сразу. Он хорошо мог представить удивлённые взгляды поверх монитора, вежливые вопросы, разные «А вы уверены?..», «Во сколько вы вышли из офиса «Лорелеи»?» В лицо никто не осмелится даже хмыкнуть, но, выйдя за дверь, эти работяги в дешёвой синтетической форме примутся вовсю чесать языками. «Слышал?.. У шефа в кабинете “вампир”! Эти богатенькие снобы не знают, чем себя и занять. Да-да, придурок обкололся сывороткой и попал под раздачу... Нет, ты только представь: обернуться в вампира, чтобы получить по башке и лишиться навороченного смартфона и бумажника!» «Ещё бы, такие папенькины сынки не в состоянии за себя постоять». Становиться объектом насмешек или хотя бы снисходительного подтрунивания Артур не хотел. А ещё в комнату без конца будут заходить то один, то другой сержанты и констебли — якобы за скотчем, скрепками или подписью, а на самом деле — попялиться на его клыки и уши. Нет уж, благодарим покорно. Артур решил, что визит в полицейский участок терпит до возвращения в человеческий облик.
Даже на фоне столь неприятных затруднений Артур не мог не восхититься тем, насколько его переполняет бодрость и готовность к действию. Он развернулся и пружинисто зашагал в безошибочно угадывающемся нужном направлении. Конечно, когда придёт время рассказать об инциденте, он преподнесёт случившееся без столь сурового реализма. Например, сделает акцент на молниеносной реакции — как он моментально развернулся, как ловко лягнул нападавшего и как, несмотря на численный перевес грабителей, дал отпор. О том, что сыворотка не дала ему трепыхнуться более одного раза, Артур решил умолчать. Поразмыслив, он отредактировал и версию для приятелей. В конце концов, можно сказал, что забыл смартфон дома. Ну, а отсутствие кредитки вообще никто не заметит, благо вечеринку устраивают в просторном лофте Холлиса, а не в клубе. К чему волновать слушателей драмой. У девушек рассказ наверняка вызвал бы бурную реакцию. Особенно у Тэм. Артур ещё помнил, как, заглянув к нему в гости, она эмоционально восклицала: «Ах, Боже, как мне нравятся эти гардины», «Прелестный палисадник!», «Неужели на портрете твоя мать? Какая красавица!». Впрочем, портрет в полный рост действительно был великолепен. «Да, она до сих пор очень красива. Хотя дед и разочарован, что  у него так и не появился сын. Так что весь груз надежд рухнул на меня. Теперь мне приходится торчать всю неделю в Сити. Мама приходит в восторг, представляя себе момент, когда я унаследовать компанию… — А ты? — Это не худший сценарий моей жизни». После этого Тэм стала звонить вдвое чаще, и Артур, повинуясь некому смутному инстинкту, стал отвечать на её звонки и сообщения в два раза реже.
Пешеходная прогулка прервалась достаточно неожиданно.
Новое восприятие услужливо подкинуло сигнал: за углом кто-то есть. Он не заметил бы этой сливающейся с ночными тенью фигуры без помощи сыворотки. Сейчас же в мозгу вспыхнул алый сигнал опасности. Вампир. Господи, настоящий вампир!
На сей раз он среагировал до того, как его заметили. Нырнул вбок, в похожий на куцый отросток проход между домами, за ряд мусорных баков, и постарался слиться со стеной. Однако удача сопутствовала ему только наполовину. Спустя минуту настоящий появился из-за угла — а Артур осознал, что находится в тупике, и путь к отступлению теперь отрезан.
От сгорбленной тени исходила пряная опасность и угроза. Вампир завораживал, как несущийся навстречу грузовик. Он до ужаса напоминал голодного шакала: принюхивался, шнырял между бачками, злобно скалил зубы, издавал угрожающие звуки.
Артур замер. Способность застывать без движения оказалась очередным будоражащим открытием. Он сильно надеялся, что смрад отходов перешибёт его запах. Настоящий может счесть, что Артур вторгся на его территорию. Может решить проучить. Может... чёрт побери, да он может всё что угодно! Это же дикий хищник! Не зря их отлавливают и не пускают в черту города. Внешне похожие на людей, они не страдают ни уважением к чужой собственности, ни благоговением перед чуждой жизнью. Регенерация не даст серьёзно пострадать, но испытывать боль Артур не хотел. Хватит с него унизительного человеческого нападения. Он забился в углубление в стене, мечтая только об одном: чтобы это непредсказуемое существо не заметило его. На пустынных улицах некого просить о подмоге. Кстати, где «Лорелея»? Почему они не вмешались, когда на него напали? Почему никто не страхует его сейчас? Где их хвалёная поддержка?
До того Артур видел вампира лишь однажды. Тогда он даже не понял, кто перед ним. Он возвращался от Оливера и перед ними шарахнулся какой-то невнятный тип. С Артуром шла симпатичная девушка, он познакомился с ней совсем недавно, и все его мысли вертелись вокруг того, как произвести нужное впечатление. Его спутница юркнула в машину, и только когда они отъехали на полмили, потрясённо выдохнула: «Боже, как же я испугалась!» Только тогда Артур заметил, что она судорожно сжимает сумочку и побледнела. «Нет, ты это видел? Вампир, и ведь в черте города!..» — воскликнула она, избавив его от чреватых неловкостью попыток выяснить, что её так напугало, — и от признания, что он ничего не заметил. Артур досадовал потом и на свою невнимательность, и на то, что не смог подкормить любопытство и рассмотреть вампира как следует.
Сейчас же он почти предугадывал каждый шаг шныряющего между мусорных бачков хищника. Тот двигался рывками, явно что-то искал и так же явно был чем-то раздражён. В какой-то момент поднял голову, и втянул воздух, подозрительно сощурившись. Всё внутри Артура замерло. Сердце ухнуло вниз. Он вжался в нишу, стараясь не дышать, не двигаться, даже не думать. Впрочем, думать он и не мог. В парализованном страхом мозгу вертелась одна мысль: только не смотри в мою сторону, только не подходи сюда!
Что-то загромыхало — вампир повалил на бок очередной бачок. Теперь он действовал медленнее и основательнее. Палкой выгребал из недр бака содержимое. Подолгу разглядывал. Наконец, успокоенный и раздумчиво заурчавший, уселся рядом с кучей мусора и принялся сортировать добытые богатства. Позвякивало, шуршало. Артур сжался в комок и перестал надеяться, что чудовище уйдёт.
Он утратил понятие времени. Вампир исчез из тупика спустя полчаса или вечность — эти понятия слились в одно. Артур не решался двинуться дальше. К его удивлению, тело не затекло от долгой неподвижности. Однако удерживал страх; нечисть могла шастать прямо за углом, в любой момент вернуться. Быть может, настоящий припрячет первую партию своих мусорных сокровищ и наведается в тупик снова.
Артур терпеливо выжидал, понемногу возвращал себе уверенность — а потом снова засомневался: что, если он допустил ошибку, и нужно было проскользнуть сразу же, как только вампир отлучился? Вдруг настоящий успел добраться до своего логова и уже пустился в обратный путь?.. Неизвестность разъедала, как щёлочь. В конце концов он выбрался из укрытия. Осторожно миновал самый опасный тёмный провал между зданиями — и припустил. Каков ареал этой особи, он и предположить не мог. Улица, квартал? Сейчас главным было — выбраться в знакомые районы.
 
 
Кафе открывалось без пятнадцати семь. Артур добрался до него к началу девятого; утро уже проявляло себя, и нужно было где-то переждать минут сорок. За спинами стоящих у стойки посетителей Артур  незамеченным проскользнул в туалет, благословляя заведения, которые в субботнее утро заботятся о том, чтобы горожане не остались без свежего кофе. Ночные прятки и нападение, почти позабывшееся после встречи с вампиром, оставили на нём явный след. В туалете он освежился, отчистил, насколько это было возможно, одежду. При беспощадном свете ламп его внешность ещё больше бросалась в глаза. Но теперь, в безопасности и тепле, Артур разглядывал себя даже с любопытством. Трудно сказать, уродовали его приобретённые вампирские признаки или всего лишь придавали экзотичности.
Только сейчас он осознал, что ничего не ел с середины минувшего дня. К его удивлению, и не хотелось. Ароматы круассанов, сэндвичей, эспрессо, чизкейка были просто ароматами. Такими же, как духи, которыми благоухала молодая женщина, вышедшая с кофе на вынос, или запах бумаги, которой пахла свёрнутая в ролик газета, оставленная на стуле. Еда не возбуждала аппетит.  Он посмотрел на ровные ряды капкейков, на плотную пенку, присыпанную корицей. Ничего.
Консультант сказал, что при первых приёмах крови он не будет чувствовать мифической жажды. Это просто нужно сделать, чтобы организму было легче. Наподобие того, как необходимо чуть ли не беспрестанно пить в Израиле и Иордании воду, упреждая коварное обезвоживание. Игроки не сходят с ума при виде царапины на чьём-нибудь предплечье и не корчатся в судорогах от невыносимой потребности припасть к артерии. Человеческая пища, в свою очередь, ничего не даст организму. Артур приобрёл у консультанта две упаковки крови, шесть узких тетрапаков в каждой. Белого цвета, с тонкой алой полоской, они напоминали пакеты с молоком или соком, никак не ассоциируясь с основой вампирского рациона.
Вампирский слух помог уловить разговоры в подсобке кофейни. Барриста опоздала и теперь повязывала фирменный фартук, рассыпаясь в благодарностях коллеге, который сорок минут её подменял. Оценив возможности такой внеплановой пересменки, Артур сел за столик, с которого не успели убрать поднос. Пододвинул к себе чашку с недопитым кофе, подобрал газету, развернул её и заслонился от случайных взглядов.
Он всегда гордился тем, что не теряет сдержанности и самообладания.  Человек его круга не может впадать в панику. У него уже был план. Как только в «Лорелее» начнётся рабочий день, он позвонит в центральный офис. Попросит переключить на горячую линию. К счастью, реклама фирмы была не редкостью. По пути он засёк их постер и успел затвердить телефонный номер, достаточно лёгкий для запоминания. Напротив торгового центра Артур приметил новую телефонную будку, позволяющую сделать бесплатный звонок. Выдавая ему памятку, консультант обещал: фирма вышлет представителя в течение десяти минут после обращения в службу поддержки. А значит, через полчаса Артур окажется дома, извинится перед Холлисом и проведёт своё первое вампирское утро. Отдохнёт. Заблокирует украденные банковские карты. Послезавтра подаст заявления в полицию. С мстительным удовольствием он отметил, что в мельчайших деталях запомнил внешность и запах нападавших. Если не удастся опознать преступников по фото из полицейской базы, он непременно потребует, чтобы ему предоставили полицейского художника, который составит их портреты.
— Могу я забрать? — девушка, собирающая посуду, подошла к его столику и утренне улыбнулась.
— Да, пожалуйста, — небрежно ответил Артур, автоматически опустив газету.
И тут же услышал, как дрогнул, задребезжав ложечками, в её руках поднос. Он приготовился нахмуриться, вежливо выражая бессловесное недовольство неловкостью персонала, но поймал её взгляд. В широко распахнутых глазах девушки из недоверия  ускоренно расцветали изумление, ужас и любопытство. Она поспешно забрала тарелку с крошками от выпечки и сразу отступила. Быстро направилась в кофейное закулисье — стараясь не превращать отступление в бегство. На соседних столах остались две грязные чашки.
Артур решил, что благоразумнее немедленно ретироваться.
В «Лорелее» сняли трубку сразу же. Автоматическое приветствие — «Компания «Лорелея» подарит вам незабываемые моменты» — накладывалось на романтический музыкальный фон и журчание ручья. Через несколько секунд его поприветствовал живой голос.
— Мне срочно нужен телефон горячей линии. Я прохожу аттракцион, и у меня под рукой нет памятки, — оборвал оператора Артур. За это время снаружи развернулось утро. От света резало глаза.
 — Вам следует набрать этот же номер, заменив последние две цифры на «23», сэр.
Артур заставил себя сконцентрироваться. Это давалось всё труднее. Хотелось где-нибудь прикорнуть и подремать. Он целую вечность тыкал в нужные кнопки. Ему удалось одолеть половину нужной комбинации. И тут из-за лёгкой  спасительной дымки выглянуло неожиданно милостивое солнце. От его сияния Артур едва не ослеп. Жгучие солнечные лучи больно полоснули по глазам, взорвались в глубинах черепа, срезонировали непереносимая тревогой. Он бросил трубку, метнулся, оглушённый и ослеплённый, прочь. К его счастью, универмаг уже открылся. Артур нырнул в его недра, как спасающийся от лавины.
Бродя по этажам, с каждой минутой он всё больше убеждался в правдивости слов консультанта: сонливость нарастала. Сперва она мало чем отличалась от обычного состояния после бессонной ночи. В секции с товарами для интерьера желание спать сменилось чем-то близким к нарколепсии. Движения замедлились. Звуки и цвета приглушились и всё больше бледнели. В голове разливалась отупляющая пустота. Ряды плащей, плетёные интерьерные корзины, манекены, игрушки, футболки — всё это сливалось и растворялось в белизне пространства. Теперь и здесь казалось слишком светло и ярко. Навязчивые лампы, сотнями глаз взирающие с потолка, бликующие стеклянные ограждения пролётов, подсветка постеров объединялись в деморализующую армию. Магазины постепенно полнились людьми. Отворачиваться или отступать за очередную колонну уже не помогало. От Артура шарахнулась молодая светловолосая женщина. Во все глаза уставился мальчишка лет восьми. Если блондинка просто поспешила пройти мимо, то парнишка начал теребить за рукав мать, болтающую с подругой, и указывать на него пальцем.
Остатками едва бодрствующего сознания Артур сформулировал цель: нужно найти укрытие. Любое подсобное помещение. Кладовку, парковку, каморку на техническом этаже. Место, где можно  незамеченным полежать хотя бы пару часов. Увы. Двери, в которые он тыкался, оказывались закрытыми. Сейчас его уже не волновала «Лорелея» и далёкий дом. Он должен выспаться — а проблемы будет решать потом. Артур старался двигаться, но с каждым шагом тело всё больше каменело. Мир вокруг звучал вязко и тихо. Чтобы не выключиться прямо на ходу, он отчаянно сжимал зонт и таращил глаза. Где-то на этаже должен быть туалет. Со спасительными запирающимися изнутри кабинками.
Дорогу преградило что-то большое, тёмное. Охранник. Звуки работающей рации. Шлёпанье подошв по полу. Вокруг смутно маячили крупные фигуры. Пятна вместо лиц. Полицейская форма.
— …Глянь, совсем обнаглели. Посреди бела дня.
— …Зелёный ещё. Всех попрошу отойти на безопасное расстояние. Не волнуйтесь, вам ничего не угрожает, сохраняйте спокойствие. Сейчас мы его уведём.
Чьи-то пальцы сомкнулись на локте.
— К выходу. Давай, к выходу.
Артур хотел сказать, чтоб его оставили в покое, но не получилось. Он проваливался в глубокий сон и обматывался плотным коконом апатии. Конечности одеревенели. Консультант деликатно упоминал о «некоторой мышечной ригидности». На деле это выглядело много хуже: стиснувшие зонт пальцы не разжимались, как схваченные трупным окоченением. Губы онемели. Вместо членораздельных слов изо рта вываливалось только глухое мычание: — Мммне прсс…псссд…
Пожилой полицейский достал портативный сканер. Поводил над спиной Артура.
— Чипа нет. Незарегистрированный.
— Значит, не сбежавший. Уже хорошо.
— С одной стороны. С другой — получается, новообращённый.
— Ну, отвезём в приёмник, а потом уж разберёмся, где и кто так нагадил.
Его подхватили под локти. Потащили.
— Нннннне вмммммппп…. — тщетно пытался протолкнуть через губы Артур. — Гррррра… Лллллррея.
Никто не обращал внимания. Из последних сил он выставил ногу, так что она зацепилась за металлическую стойку. Полицейские ругнулись.
— Нннннвмммм! — изо всех сил замычал Артур. — Грррррк! Вввввртка! Лллллллрррея!
Слово «человек» и «игрок» не получалось никак, но он из последних сил заколотился в руках тащивших его людей. Выплюнул: — Вммммпр ттрррррцион.
— Постой, — старший поднял руку. — Кажется, он пытается сообщить что-то.
— ууррррртрррр… мммхрррст… нннн ввввммм. Лллллрллллееееея!
— Лорелея, — мрачно расшифровал старший. — Осмотрите его. Возможно, мы имеем дело с одним из тех придурков, что ищут приключения на свою задницу.
Ему приподняли верхнюю губу, верхнее веко.
— Внешние признаки соответствуют вампирской особи.
Пальцы забегали по запястью. Потом ладонь нырнула ему в карман, обшарила карманы.
— Браслета аттракциона нет. Идентификационной карточки игрока нет. Вообще ничего нет. Будь он человеком, хотя какие-то документы или кредитки завалялись бы. Так что — попытка зачтена, но не прокатило.
Артур хотел потребовать, чтоб позвонили домой, на работу, знакомым. Хотел сказать, что десятки людей подтвердят его личность. Но тут сон прихлопнул его окончательно.
 
 
Лёгкий ветерок разносил влажный запах земли. Наверху было много звёзд.
Отсыревшее дерево, толчёный старый кирпич, ржавое железо. Громоздкие опоры линии электропередач, бегущий по проводам над головой ток. Открытое ветрам пространство. Отсутствие высоких зданий на горизонте.
Артур пришёл в себя враз, без предварительного барахтанья в дрёме. Из глубокого колодца сна — и сразу в полную силу и бодрствование. Он лежал на голой земле. Хотя пахло рыхлым чернозёмом, под ним она была тусклая, утоптанная до состояния камня. На нём оставалась одежда. Рядом валялся зонтик.
Он перевернулся на бок. Встал на четвереньки. Потом поднялся на ноги.
Со всех сторон и над головой металлическая сетка дробила черноту на мелкие ячейки. Он находился в загоне где-то три на три метра. По бокам было по такому же отсеку. Дальше — справа высился глухой бетонный забор в полтора человеческих роста, по верху вилась крупными спиралями колючая проволока; слева, за деревянной перегородкой, тянулись другие клетки. К каждой сзади примыкала низкая постройка — примитивные шлакобетонные коробки, железные контейнеры, оббитые жестью вагончики, грубо сколоченные из досок переходы. Ни одного окна. Перед загоном пролегала дорожка, выложенная из плохо пригнанных бетонных плит. Между ними драными пучками торчала вылинявшая трава. Напротив, по другую сторону дорожки, был такой же ряд из трёх отсеков. Жалкое мерцание тусклых одиноких лампочек возле них перекрывалось снопом света от высокого фонаря возле забора.
Первым делом Артур крикнул: «Эй! Кто-нибудь есть? Мне нужно срочно позвонить!», — но никто не отозвался. Тишина стояла мёртвая. Не совсем верно: звуков было великое множество, человеческого же присутствия не ощущалось совсем. Артур обошёл клетку по периметру. На опорах и сетке процветала ржа. В углу вырисовывался неровный контур двери. Ручки с внутренней стороны не было. Разглядеть, хитрый ли замок снаружи, обычный ли засов, не давали приваренные к раме толстенные листы металла.
— Эй! Мне нужен ваш дежурный! — снова выкрикнул Артур. Снова не получил ответа. Теряя терпение, схватился за сетку.
И его встряхнуло, заколотило, бросило оземь.
Артур хватал ртом воздух, глядя, как на руках медленно блёкнут ожоги, отпечатавшие рисунок сетки. Разряд оказался настолько силён, что лишил способности кричать.
— Вы с ума посходили?!  — выплюнул наконец Артур в сторону глухих стен. Получилось больше похоже на жалобный стон.
Никто не отозвался. За высоким забором, где-то далеко, в паре миль, провибрировал проносящийся на полной скорости поезд.
И тут через проход, в отсеке наискосок, что-то шевельнулось. Новое зрение Артура безошибочно подсказало: это не игра теней, там есть нечто живое. Через плетение рабицы он разглядел массивный силуэт.
…и не только… Пусть уже опустилась темнота, он видел все былинки — и в следующий момент осознал, что смотрит на третьего в своей жизни вампира.
А вампир смотрит на него.
 
 
Этот экземпляр был не таким зловещим, как ночной кошмар из переулка, и не таким неопределённым, как та особь, что напугала некогда его подружку. Он был старше Артура лет на пятнадцать-двадцать по человеческим меркам и сохранял пренебрежительно-непроницаемое выражение лица, какое бывает у запойных алкоголиков, привыкших к всеобщему порицанию. Крупная плотная фигура почему-то не вязалась у Артура с вампирскостью. Он привык представлять этих существ невысокими, худощавыми и изящными. Несколько слоёв потрёпанной одежды  — сколько, никто не взялся бы подсчитать, из-под засаленной рубашки торчал свитер, под ним явно что-то ещё, поверх короткий плащ, потерявший цвет, — роднили его с обычными бомжами, а грязные руки и давно не мытые волосы придавали даже некоторую человечность. Он сидел, широко расставив согнутые ноги. Спина чуть горбилась, локти опирались на колени, кисти расслабленно свисали.
Сетка под напряжением внезапно стала видеться Артуру в другом свете.  По крайней мере настоящий не набросится на него. Неприятно, что это существо видело его позорный нокаут от электрического тока. Вообще неприятно, что кто-то наблюдал за ним, когда он даже не сознавал чужого присутствия. И всё же Артур рассудил, что благоразумнее наладить контакт.
— Добрый вечер, — сказал он, повысив голос.
Вампир никак не отреагировал. Хотя и продолжал его разглядывать.
— Полагаю, что вечер, так? Или уже ночь?
Молчание.
— Вы не знаете, как вызвать тех, кто меня сюда привёз?
Вампир смотрел на него, прищурившись.
— Полуфабрикат.
— Простите?..
— Ты обращён только наполовину.
— В какой-то мере вы правы, — холодно ответил Артур. — Но только отчасти. Я не обращён. Ни на половину, ни на четверть. Я был и остаюсь человеком. И вернусь к человеческому состоянию через сутки.
Спорить с ним второй пленник не стал.
— Не подскажите, что это за место? К кому я могу обратиться?
Ответа он не удостоился. Хотя вампир даже не шевельнулся, казалось, он демонстративно повернулся спиной. Презрительное отношение соседа по заключению вдохновило Артура на идею.
— Вы можете подтвердить охранникам, что я не один из вас? Я пытался им объяснить, что всего лишь участник аттракциона.
Кажется, настоящий окончательно потерял к нему интерес.
— Это было с познавательными целями. Проживание опыта изнутри помогает понять представителей другого вида, — как можно убедительнее произнёс Артур.
— Отлично, познавай.
— Я не могу находиться здесь до истечения срока действия сыворотки. Меня ищут. Мои близкие и друзья уже наверняка с ума сходят из-за моего исчезновения. Мне не хочется причинять им лишние волнения.
Возможно, вампир хмыкнул. Возможно, Артуру просто хотелось думать, что на его реплику как-то отреагировали.
— Действие сыворотки закончится только завтра к вечеру. Это непозволительно долго.
— Не беспокойся. Никто не оставит тебя до завтрашнего вечера.
— Надеюсь. Они проводят — что они тут проводят? осмотры, обходы? — несколько раз в сутки, каждые пару часов или как?
— Они тебя усыпят где-нибудь на рассвете.
Вампир произнёс это так равнодушно, что Артур не принял его слова всерьёз.
— Я могу к кому-то обратиться? Есть у них какая-нибудь сигнализация, кнопка вызова персонала? Фиксированное время обхода? Мне нужно с ними немедленно переговорить.
— Зачем? Чтобы приблизить очистку?
— Что ещё за очистка?
Вампир чуточку изменил позу. На руках у него были вязаные перчатки с обрезанными пальцами.
— Да о чём вообще речь?
— Утилизации неучтённой особи.
Он явно цитировал.
— Но я не «неучтённая особь». И не вампир.
— Ты выглядишь и действуешь как вампир. Этого достаточно.
— Я могу доказать, кто я, за один звонок.
— Доказать что? Ты мог быть кем угодно вчера. И измениться за один вечер.
Такой ход мысли Артура обескуражил.
— Возможно. Но они могут позвонить в «Лорелею». Там подтвердят, что через сутки от моего вампиризма не останется и следа. Что это вообще за место?
Собеседник разглядывал его, но не торопился отвечать. Казалось, настоящего забавляют рассуждения Артура.
— Это... нечто вроде полицейского участка?
— А-8.
— И? — настойчиво продолжил Артур, стараясь не слишком явно демонстрировать раздражение. — Как это расшифровывается?
— Это карантинная станция номер восемь. На неё привозят выловленных вампиров. Я здесь уже бывал. Если ты не внесён в реестр и не подпадаешь под действие исследовательской программы, то тебя просто усыпят.
— Это противозаконно. И вы — если вы уже здесь не в первый раз, значит, никаких крайних мер...
— Я в реестре.
Смутно вспомнилось: у них бешеный иммунитет. Именно поэтому часть популяции решено сохранить. В надежде, что удастся получить на основе их биологического материала иммуностимуляторы и вакцины от болезней, с которыми до сих пор приходится ожесточённо воевать.
Время тянулось неприятно, как прилипшая к подошве жвачка. Сесть было не на что. Прислониться не к чему. Теперь Артур осознал безвариантность принятой вампиром позы; или так, или лечь на землю. Вопреки знанию о вампирской выносливости, подхватывать воспаление лёгких не хотелось. Заморосил неприятный холодный дождь. Сначала Артур стоически сносил уколы капель. Потом раскрыл зонт. Чудом сохранившийся предмет из нормальной жизни — должно быть, патрульным тоже не удалось разжать Артуру пальцы. Под плотным куполом почти не верилось в реальность угрозы.
Он снова почувствовал на себе взгляд соседа напротив.
— Что? — огрызнулся он.
— Они используют специальный состав, но если закончились ампулы или дежурный опаздывает к началу смены, половину работы делает солнце.
Артур поёжился. Теперь он осознал, что в загоне нет укрытий. Ничего, способного дать спасительную густую тень.
— Иногда они делают это специально. Чтобы приближаться к усыпляемому без опаски.
— Спасибо, я вас понял.
— Это старая станция. Её построили одной из первых. В первый год здесь еженедельно уничтожалось по десять-пятнадцать вампиров. Сейчас она по большей части пустует.
— Тем более они должны быть внимательнее к тому, что делают.
— Хороший зонт.
Смена темы тоже нервировала.
— Весьма.
— Из чего спицы?
— Сталь.
— Ты всё ещё хочешь выйти отсюда?
— Что за игры? — возмутился Артур.
— Хорошо, не отвечай, если не в настроении.
Минут пять прошло в напряжённом молчании. Всё это крайности. Для настоящих вампиров, может быть, дела так и обстоят, но он не вампир. Он человек, и докажет это персоналу, как только кто-нибудь появится. Пообещает вознаграждение за звонок родным или друзьям. Напишет на земле послание — на случай, если служащие появятся после того, как он впадёт в спячку. «Никто не будет всматриваться в затоптанный клочок земли», — мерзко прошипел внутренний голос.
— Так вам известен способ отсюда уйти? — поколебавшись, нарушил молчание он.
Вампир не торопился с ответом.
— Вы меня слышите?
— Я могу его подсказать.
Артур подождал продолжения. Понял, что не дождётся.
— И? В чём заключается ваш план?
— Ты не сможешь выбраться из клетки без моей помощи. У тебя лишь половина силы.
— И каков ваш интерес?
— Ты выполняешь одну часть работы, я вторую. 
— Что именно вы предлагаете мне сделать?
— Вырубить электричество.
Артур поднял бровь.
— У твоего зонта стальные спицы. Если уведёшь ток в землю, произойдёт замыкание. Автомат вырубится. Он один на секцию. На эти шесть отсеков. Тогда я смогу выломать сетку.
— Где гарантии, что ваш план сработает?
— Поторопись. Пока дождь идёт, это эффективнее в разы. В запасе будет минут восемь-десять до включения резервного генератора.
Артур, поколебавшись, закрыл зонт. Наступил на него и выломал одну спицу.
За шиворот закапали ледяные капли.
— В землю. Другой конец зацепи за сетку.
— Мне самого не шарахнет?
— Нет.
Дождь несколько размягчил плотно утоптанный грунт. Артур воткнул спицу под углом. Так, чтоб она под собственным весом накренилась и при падении зацепила ограду. На всякий случай отскочил.
Его новый слух — или просто страх — уловил возмущённый треск. Все шесть лампочек погасли. Теперь светил только фонарь.
Настоящий не стал тратить слов на похвалу. Всей своей тяжестью он бросился на сетку. Рванул её на себя. Снова навалился. Ни дать ни взять беснование дикого зверя. Проволока почти перерезала ему пальцы, но он как не замечал. Кровь оседала на плотных ячейках мелкими брызгами. Вампиру потребовалось минуты четыре, чтобы расшатать сетку и отодрать нижний угол. Несмотря на немалые габариты, он удивительно юрко проскользнул в образовавшуюся дыру. Треск, с которым проволока полоснула ткань, прозвучал как капитуляция сдавшейся перед бешеным натиском клетки.
Вампир совершенно по-животному встряхнулся.
На ужасные пять секунд Артур представил, как сейчас это существо победно ухмыльнётся и перемахнёт через забор. У настоящего нет резона его освобождать. Свою работу Артур выполнил, к чему тратить время. Однако в тот же миг вампир развернулся к нему.
Настоящий пошарил в клочках бурой травы. Поднял осколок камня и, используя его как рычаг, принялся трудиться над его загоном. Второй раз за несколько минут Артур наблюдал пресловутую вампирскую силу в действии. И признал, что настоящий прав: у него не хватило бы сил и безрассудства так терзать неподатливую, вибрирующую сетку, кидаться на неё, как осатаневший пёс, не вспоминая об инстинкте самосохранения и игнорируя боль. И не хватило бы наблюдательности и опыта; он быстро понял, что в яростной атаке было место не только тупому напору: вампир слушал звон металла, цепко наблюдал за дрожью переплетений и считывал их слабости, вычислял уязвимые места, чтобы обрушиться на них с двойной энергией. Крепления, пусть и сделанные на совесть, служили не первый год и в итоге сдались.
Инстинкт самосохранения толкнул Артура вглубь загона. Что помешает вампиру напасть? Может, именно это и побудило его прийти на помощь? «Привлекательность вашей крови для настоящих резко снизится» — в эти заверения консультанта сейчас не очень верилось.
Помогать вылезти наружу вампир не стал. Не теряя времени, метнулся к забору. Артур отогнул край сетки и протиснулся в дыру, стараясь не пораниться.
— На новых станциях наглухо сваренные прутья. Так что повезло.
— А дальше? Что теперь? — Артур вопросительно посмотрел на забор.
— Внешний контур всё ещё под напряжением.
— Тогда как мы вообще выйдем?
Вместо ответа вампир во мгновение ока вскарабкался по фонарному столбу. Артур собрался возразить, что он так не сможет, но спохватился: сможет. Ещё как сможет. Вампир тем временем сиганул вниз, широким прыжком перемахнув забор. Представив себе переломанные кости — пусть и моментально срастающиеся, — Артур едва не зажмурился. Настоящий уже был сам за себя. Конечно, не обернётся и не станет свидетелем его малодушия. Но Артур представил, что всё-таки обернётся. Да и альтернатива лишь одна: торчать на опустевшей станции в ожидании утра и встречи с равнодушными тюремщиками. Встречи, которая закончится неизвестно чем.
Артур последовал примеру настоящего. Взобрался до слепящего фонаря. Подался весь вперёд, подсознательно подражая прыгунам с шестом. Оттолкнулся изо всех сил от шершавого столба. Простёрся над зловещими кольцам колючей проволоки. Если бы от стремлений росли крылья, сейчас они бы шумно захлопали за его спиной.
Краткий миг полёта закончился мягко и пружинисто. Безумный прыжок даже породил приятное волнение. Та лёгкость, с какой далась самоубийственная при обычных обстоятельствах затея, возбуждала. Приземление вышло вовсе не таким болезненным и ошеломительным, как он ожидал. В бок впилось, правда, что-то острое. Артур вообразил осколок битой бутылки или ржавый железный прут. Оказалось — всего-навсего огромный чертополох.
Вампир был уже далеко впереди. Он тенью скользил между строительным мусором и островками бурьяна. Первым побуждением было рвануть в другую сторону, но Артур признал очевидное: настоящий в сто раз лучше него ориентируется на местности и знает о ловушках, подстерегающих на пути. Артур перешёл на лёгкую рысцу и спустя пару минут догнал своего невольного сообщника. Тот укрылся за контейнером и докуривал сигарету. Запах дешёвого табака царапал ноздри.
Предыдущий настоящий, в переулке, был вправду похож на шакала, с которыми их часто сравнивали. Типичный падальщик. Этот больше напоминал волка. Крупный, горбящийся — будто не сутулость, а шерсть вздыблена на загривке, — хмурый взгляд исподлобья.
— Артур, — поколебавшись, протянул руку Артур. Консультант, конечно, предупреждал, что от настоящих следует держаться подальше. Но этот вампир помог ему бежать.
Вампир прищурился. Не спеша ещё два раза затянулся. Потом сплюнул с губы окурок и сдавил ладонь в очень коротком рукопожатии. Обрезанная перчатка была мокрой от крови.
— Алистер.
— Спасибо.
Вампир едва заметно пожал плечами. Кажется, его сомнения в том, достоин ли Артур ответа, были глубже, чем у Артура на его счёт.
— Вы в курсе, как отсюда добраться до города? Где мы вообще?
— В курсе. На товарняке проще всего.
Артур незаметно отёр руку о брюки.
— А охрана не спохватилась ещё? — ему было нервно стоять вот так, на импровизированном перекуре, когда вот-вот начнётся погоня.
— Они не могут оставить пост. Должны вызвать наряд. Это тоже время.
Где-то невдалеке снова затянул свою песню поезд.
 
 
Артур полусидел-полулежал, и край тротуара впивался в бёдра. Он смутно помнил, как трясся в мини-фургоне, на который они удачно наткнулись возле заправки, как старался не думать о близости настоящего. Как они въехали в город, как спрыгнули на перекрёстке, когда водитель притормозил перед светофором. Как у него вдруг подкосились ноги. Но всё казалось не столь мрачным, потому что темнота перед глазами и пустота под диафрагмой отступали с каждым глотком. Было так похоже на обычный обморок, что он не слишком испугался. Только сейчас начинали одолевать вопросы, сколько же времени он провёл без сознания, и что случилось бы, не сунь Алистер ему в руки помутневшую от старости пластиковую бутылку с ещё тёплым содержимым.
Становилось легче. Он и предположить не мог, что окажется так просто — никакого отвращения. Как если бы потягивал мартини или пил йогурт. Вкус казался совсем не таким, каким он помнил его из тех кратких мгновений, что на языке отказывалась кровь — разбитая губа, прикушенный язык, визит к стоматологу.
— Где вы это раздобыли?
— Самое главное, что раздобыл, — мрачно усмехнулся вампир.
— Благодарю. Уже намного лучше.
— Если не пьёшь больше суток, можно вырубиться как днём.
Силы понемногу возвращались. Станция А-8 осталась далёким кошмаром.
— Я могу чем-то отплатить за помощь? — поколебавшись, спросил Артур.
Алистер зажёг очередную сигарету. Спрятал огонёк в ракушке из ладоней.
Артур ожидал, что вампир продемонстрирует гордую независимость. Снова усмехнётся, заявит, что ему ничего не надо. Но тот не стал ломаться.
— А что у тебя есть?
— Здесь и сейчас — по нулям. Но когда доберусь домой и восстановлю карточки...
Вампир кивнул.
— Тогда пять сотен.
Это было больше, чем Артур ожидал, и его неприятно удивило, что сообщник по побегу назвал такую цену. По внешнему виду вампира можно было предположить, что он удовлетворится сотней.
Спорить с настоящим было неразумно. Артур рассудил, что сумма нескромная, но адекватная. Да, вероятно, придя в себя, он сумел бы подтвердить группе по отлову свою личность, не могли же его в самом деле вот так просто… даже мысленно не хотелось произносить… но пока выглядело так, что вампир вытащил его из серьёзной задницы.
— Хорошо.
— Хочу из города уехать.
— У вас найдётся мелочь? Позвонить?
Телефоны по пути попадались только платные.
— Допустим.
— Мне нужно связаться с фирмой.
Вампир запустил руку куда-то в глубинные слои одежды. Извлёк несколько монет. Номер, по счастью, не выветрился из памяти.
— Компания развлечений «Лорелея», горячая линия, слушаю вас.
— Меня зовут Артур Амхёрст, и я являюсь вашим клиентом.
— Добрый вечер, мистер Амхёрст. Чем могу быть полезна?
— Я на середине аттракциона, и у меня возникли сложности.
— Будем рады помочь. Изложите, пожалуйста, вашу проблему.
«Целый воз» —  хотелось сказать Артуру.
— Я воспользовался пакетом «Ночной охотник». На меня напали в первые часы после процедуры. И я лишился идентификационной карточки и браслета. Хотелось бы восстановить их и добраться до дома.
— Это ужасное происшествие. Вы уже обратились в полицию?
«О, да! Они сами ко мне обратились!» — ядовито сказал про себя Артур.
— У меня не было возможности. Пришлось ждать до вечера.
— Где вы находитесь, мистер Амхёрст? Мы вышлём за вами машину и передадим дубликат карточки.
— На Ламбет-роад, в двух шагах от набережной.
— Номер удостоверения игрока вы, полагаю, не помните?
— Нет, но на конце было, кажется, семнадцать.
— Ничего страшного, я проведу поиск по имени. Артур Амхёрст, правильно?
— Верно.
В трубке заклацали клавиши.
— Какого числа вы обращались в «Лорелею»?
— Вчера.
— Продиктуйте, пожалуйста, имя по буквам.
Алистер скептически протянул ему следующую монету.
Артур терпеливо продиктовал. Клацанье клавиш затянулось.
— Простите, мистер Амхёрст. Вы уверены, что это было именно вчера, и вы представились настоящим именем?
— Разумеется!
— Я просмотрела список клиентов за последние двое суток. Но вы не числитесь в нашей базе.
— Возможно, данные ещё не внесли?
— Вся информация поступает в систему сразу после подписания договора.
— Тогда у вас какой-то сбой. Это точно было вчера.
— В каком офисе вы проходили процедуру?
— В бизнес-центре на Эрл-стрит.
— Простите, мистер Амхёрст, но у нас нет офиса на Эрл-стрит.
— Что значит «нет»? Я там был. Просторный кабинет, восьмой этаж. Медицинская лаборатория в соседнем помещении.
— Мне жаль, но там нет нашего офиса. Вы приобрели сертификат у официального представителя?
— Мне его подарили!
— В таком случае вам надо обратиться к дарителю и узнать, где он получил сертификат. На рынке появились подделки, так что...
— Это не могло быть подделкой! Я видел голограмму на карточке! Мне нужно встретиться с вашим сотрудником!
— Прошу прощения, но мы, к сожалению, не можем вам помочь: вы не являетесь нашим клиентом.
— Да?! У меня клыки во рту, я отключаюсь днём! И вы говорите, что не причастны? Мне ввели сыворотку двадцать с чем-то часов назад!
— Мы не рекомендуем пользоваться услугами нелицензионных продавцов, это может представлять угрозу для вашего здоровья.
— Это ваша сыворотка!
— Вероятно, вы стали жертвой мошенничества. Мне очень жаль, но гарантии фирмы на вас не распространяются.
— Жаль?! Что мне делать?!
— Очень сочувствую вам, мистер Амхёрст. Советую обратиться в Национальный совет потребителей. Всего хорошего, спасибо, что позвонили на нашу горячую линию.
— Дура! — выкрикнул Артур в трубку. — Безмозглая дура!
Там уже задумчиво мычали гудки.
Возможно, при утере браслета и карточки что-то автоматически удаляется из системы. Иного объяснения просто нет.
Он боялся сообщать Алистеру, что дела плохи. Смешная предосторожность. Вампир стоял рядом и слышал весь разговор, реплики оператора наверняка тоже.
— Я хочу вас нанять, — решительно сказал он.
— Интересный поворот.
— Вы знаете, как обходить ловушки, как не попадаться на глаза. Мой дом в Холланд-парке. Мне нужно добраться туда без происшествий. Плюс сотня.
Вампир что-то взвешивал. Наконец скупо кивнул.
Артур развернулся и решительно зашагал к мосту. Его переполнял гнев и жажда действий. Он вовсю обдумывал язвительные реплики, которые в понедельник непременно обрушит на представителя фирмы. И вдруг изнутри взметнулась тошнота. Внутренности скрутило — и тут же захотелось бежать. Куда угодно. Как можно быстрее. Его раздирал нарастающий иррациональный страх.
— Алистер! — он закрутил головой, ища взглядом настоящего.
Вампир держался поодаль и не сделал и шага в его сторону.
Артур вцепился в перила моста. Зажмурился. Легче не стало. Сильнейший физический дискомфорт перерастал в необъяснимый ужас. При почти отсутствующем сердцебиении казалось, что сердце вот-вот раствориться в желудке, а мозг взорвётся, разнеся черепную коробку на мелкие кусочки. Он глубоко вдохнул, цепляясь за воспоминания о стандартных методах борьбы с паникой. Какой там. Апперкотом вдарила новая волна безумного страха.
— Уходи оттуда, — негромко крикнул настоящий.
Как будто подкрепляя свои слова, сам отступил назад. Артур неохотно выпустил из рук опору. Заставил себя шагнуть в сторону Алистера.
— Мне что — снова нужна кровь? — простонал он, добравшись до облезлого куста, под которым стоял вампир. Омерзительное чувство немного отпустило. Взамен потряхивало от слабости.
— Мы не можем пересекать текущую воду.
— Но я живу на том берегу!
— Пока ты вампир — забудь про мосты.
В памятке в самом деле было предупреждение насчёт реки. Артур, собиравшийся провести двое суток на северном берегу, счёл этот пункт информацией бесполезной.
— Почему вы не сказали сразу?
— Я согласился быть проводником, а не гидом, — бесстрастно отчеканил вампир.
Он получил огромное удовольствие, наблюдая за тем, как человек корчится в муках, отчётливо понял Артур.
— Это должно быть преодолимо. Мне нужно попасть домой!
— Это непреодолимо. Ты скорее свихнёшься, чем пройдёшь по мосту.
— И что делать? Сидеть здесь до завтра?
Алистер посмотрел на него без выражения. Развернулся и пошёл прочь.
— Эй! Вы куда?!
— В метро, — не оборачиваясь, бросил ему Алистер.
Вагон, по счастью, был полупуст. В тот его конец, где дремал воняющей мочой и перегаром бомж, кроме них, никто не рискнул сесть, так что они ехали в относительной безопасности. Вампир, едва они приблизились к входу на станцию, выцарапал из-за ворота свитера капюшон и надвинул по самые брови. Сгорбился, засунул руки в карманы. В таком растрёпанном виде, шаркая ногами, он походил на обычного усталого бродягу. Артур обернул вокруг головы шарф, чтобы он сошёл за шапку, поднял ворот рубашки, сунул ладони под мышки и постарался подражать походке настоящего. На этом его возможности маскировки исчерпались. Как никогда остро ощущалось присутствие камер наблюдения.
— Значит, так вы и перемещаетесь по городу?
— Линии глубокого заложения сильно облегчают жизнь.
Артур прикрыл глаза. Мутило, но не так сильно, как возле моста. Он впервые ехал безбилетником. Вампир ориентировался в переходах и слепых для видеокамер зонах как дома.
— Над рекой ты ближе к воде, чем под ней.
После клетки, пустыря и мини-фургона мягкие сидения воспринимались невиданной роскошью. Алистер поднялся. Поезд прибывал на станцию.
***
Возле дома Артур мимолётно усомнился в правильности своего решения. Он знал, что, заметив вампира, можно набрать «999», но никогда не вникал, будет ли отказ от такого звонка считаться небрежением или нарушением гражданского долга. А вот приглашение хищника под свой кров — уже тянуло на нечто противоправное. Не говоря о том, что — да, было приглашением хищника.
Случившееся в предыдущие двенадцать часов наполнило Артура холодным негодованием в адрес полиции, поэтому он предпочёл думать, что это исключительно его частное дело — кого впускать в собственный дом. Конечно, можно было попросить вампира обождать снаружи, но даже малейшая вероятность того, что возле дверей заметят такого типа, воспринималась Артуром как большая опасность. Он прокрался с той стороны улицы, где не было риска попасться в зону действия камер, и не хотел, чтоб Алистер свёл предосторожности на нет, маяча на крыльце и побуждая соседей вызвать патруль. Кроме того, приглашение создавало видимость сотрудничества и контроля над ситуацией.
— Проходите, Алистер, — максимально вежливо произнёс он. И порадовался, что как совладелец дома не утратил способность переступать через порог. 
Алистер сохранял каменное выражение лица что при приближении к особняку, что войдя в него. Выбрал в холле ближайший к дверям угол и замер там, скрестив руки на груди.
Только заперев дверь, Артур почувствовал себя в безопасности. Он прошёл в кухню. Достал из холодильника кровь. Из ящика — деньги, отложенные для экономки. По понедельникам она закупала продукты. Недостающие сотни извлёк из общесемейного «экстренного фонда». Порадовался, что не пришлось открывать сейф, пока по дому бродит маргинальное непредсказуемое существо. Немного налички было и в спальне, но он не хотел надолго оставлять вампира без присмотра. 
Впрочем, как оказалось, вампир не торопился покидать облюбованный угол. Приглашение пройти в гостиную его сразу насторожило.
— В доме кто-то ещё есть?
Он тщательно сканировал взглядом каждый предмет, будто ожидал, что сейчас из-за штор с воплем выскочат ниндзя. Острые уши подрагивали, пытаясь уловить признаки чужого присутствия.
— Нет, — неохотно признал Артур. — Семья в отъезде, экономку я отпустил. Не хотел, чтобы кто-то мешал во время аттракциона.
Вампир кивнул. Он изучал его так внимательно, будто был человеком и никогда не видел ни клыков, ни других специфических признаков. Так, как будто Артур украл у него эти атрибуты и имеет наглость носить у всех на виду, и единственное, что может примирить с фактом кражи, — те неприятности, в которые Артур влип.
— Вероятно, вы считаете меня идиотом.
— Я такого не говорил.
— Но считаете.
Настоящий пожал плечами, безмолвно соглашаясь.
— Это была не моя идея. Мне подарили сертификат. Я никогда не думал о подобных развлечениях.
— Мне безразлично.
Вампир в доме ощущался не очень комфортно, но, против ожидания, не слишком ужасно. То ли вид собственных заострённых ушей в зеркале смазывал ощущение инаковости гостя, то ли сыворотка вступила в полную силу и давала почувствовать некую солидарность с настоящими. Артура больше беспокоило, что визитёр  испачкает обивку дивана или что-нибудь прикарманит. В тепле дома вампир разворошил ворот многочисленных одёжек, обнажив шею. Глубоко въевшаяся грязь, залёгшая неравномерными пятнами, расчерчивала бледную кожу жирафьим рисунком. Рукава плаща лоснились почти зеркально. Крепкие походные ботинки были густо облеплены комьями земли и прелой листвой. То, что вампир не сделал поползновения разуться ради безупречного паркета и ковров, не сильно расстраивало — Артур  опасался представить, как могут выглядеть носки гостя, —  но напрашивался вывод: настоящий готов в случае чего рвануть без задержек. 
— Вы… эээ… есть будете? — спохватился Артур.
Вампир помедлил.
— Откуда?
— Из офиса «Лорелеи». Они включают в пакет услуг одну бесплатную упаковку в шесть пакетов, и можно приобрести дополнительно сколько хочешь.
Алистер не прокомментировал. Только презрительно дрогнул губой. Невзирая на этот жест без лишних приглашений жадно цапнул пакет. Отвинтил крышку и сделал несколько больших глотков. Поморщился.
Артур отпил из чашки. Тоже не удержался и скривился.
— Она что — испортилась?
— Нет.
— Первый раз было не так отвратительно.
— Первая кровь — что-то вроде импритинга. Какую попробуешь первым, ту и будешь считать эталоном.
— И она была… — Артуру не слишком хотелось озвучивать догадку.
— Человеческая, конечно.
«Где ты её взял? — Там же, где возьму сейчас! Ха-ха!» — оперетточно-злодейски расхохочется вампир и полоснёт его заточкой по горлу. И Артур будет сам виноват — притащил в дом зверя. Непредсказуемого зверя, который питается людьми.
Как ни странно, страх потеснило раздражение.
— То есть вот это я могу вылить?
— Какая тебе разница? К завтрашнему вечеру вернёшься к чаю с молоком.
— Мне нужно быть в клубе примерно через час.
Алистер сразу подобрался.
— Хорошо. Уйду, как рассчитаешься.
— Я не в этом смысле. Вообще-то, я надеялся, вы поедете со мной.
Артур протянул деньги.
— Я заплачу ещё. Столько же, если вы согласитесь.
Вид купюр настоящего зачаровал. Он долго не сводил с них глаз, как будто ожидал, что в его руке они испаряться.
— Ладно, — подумав, осторожно кивнул вампир. — И лучше мелкими.
— Мне нужно примерно минут двадцать, чтоб привести себя в порядок.
Артур не придумал тактичного способа удалить настоящего из гостиной. В комоде и на каминной полке было достаточно ценных вещиц. На стенах висели три антикварные акварели. Чему быть, того не миновать, смирился он. Слишком много вампир не унесёт. Максимум рассует по карманам лупу с ручкой слоновой кости, «паркер» и что-нибудь подобное.
Погрузиться в горячую ванну было прекрасно. Лавандовое мыло, свежие полотенца. Вода смывала воспоминания о минувших сутках и делала их чем-то придуманным. Он вернулся в гостиную почти в хорошем расположении духа. Настоящего нигде не было видно. Артур автоматически скользнул взглядом по стенам. Акварели оставались на своих местах.
И в ту же секунду вампир оказался за спиной, заломил ему руку за спину, вынудив от боли упасть на колени, и прижал к голове револьвер, тяжесть которого недвусмысленно свидетельствовала о полном барабане.
Вот, значит, что исчезло из ящиков.
— Если ты думаешь, что можешь меня заманить и застать врасплох...
Ствол больно вжимался в висок.
— Да не думал я ни о чём подобном! — простонал Артур.
— Не пытайся причинить мне вред. У тебя не выйдет.
— Я уже доказал, что со мной можно иметь дело...
Похоже, Алистера сорвало с тормозов, потому что он яростно вдавливал ствол. В высоком зеркале возле камина Артур видел его отражение. На невозмутимом до того лице плясало целое северное сияние эмоций. Артур раскрыл рот для очередного довода, но не нашёл ни одного достаточно убедительного. Сейчас, смыв с себя пыль и запахи минувших суток, он обострённо ощущал, что от вампира сокрушительно несёт свалкой, грязной одеждой и падалью. Артур задержал дыхание.
Он сам виноват. Он, и больше никто. Притащил эту тварь в свой дом. Смешно было надеяться, что можно полагаться на обещания нечисти.
— Это честное сотрудничество, Алистер! У меня нет привычки кидать партнёров.
В следующий миг хватка волшебным образом распалась. Вампир отступил и сунул револьвер себе в карман.
— Это побудет у меня. Я не хочу удара в спину.
Он продолжал пятиться, словно ожидал, что удар в спину последует незамедлительно.
— Это не оружие против тебя, — подчёркнуто вежливо возразил Артур. Голос слегка дрожал. — И не против кого-то. Это семейная реликвия. Подарок деда. Всегда тут лежит.
— Ничего не пытайся против меня применить, — облизнув губы, повторил Алистер.
Артур пригладил волосы, стараясь не выдать страха. Лучше всего было делать вид, что ничего не произошло.
— Нас отвезёт мой водитель.
Алистер скептично помолчал.
— Я скажу ему, что вы тоже проходите аттракцион.
— И сильно вжился в роль.
— Так будет даже достовернее. Я объясню, что для безопасности игроков ставят в пары. Вон там ванная для гостей. Принесу вам какую-нибудь одежду, подходящую для клуба.
— Это плохая идея.
— Алистер, я просил вас помочь мне разобраться. И обещал достойную оплату. Свои обещания я держу.
— У меня размер «L», — сообщил с непроницаемым лицом вампир и зашагал к ванной.
 
— Перкинс, вы мне нужны сегодня ночью.
— Рад вас слышать, сэр. Вы так и не появились вчера. Надеюсь, благополучно добрались?
— Планы несколько поменялись по пути. Прошу прощения, что не поставил вас в известность. Этот аттракцион имеет побочным эффектом серьёзную сонливость.
В инстаграмме Холлиса появился десяток фотографий со вчерашней вечеринки. Холли обмолвился на днях, что в ночь на воскресенье будет в «Индастриал». Вряд ли он изменил планы. «Индастриал» был местом модным, но не безумно дорогим, и Стэнтонов, иногда иронично подчёркивающих скромность своего достатка по сравнению с Амхёрстами, клуб устраивал по всем статьям.
Ванна и новая одежда изменили в вампире не слишком многое вопреки ожиданиям Артура, всегда говорившего, что хороший костюм способен творить чудеса. Даже вымытые и расчёсанные, волосы оставались отвратительно подстриженными, лицо маргинально-замкнутым, взгляд — цепким и настороженным. Ни дать ни взять неумелые опыты с фотошопом, приклеивающие физиономию бродяги к накачанной фигуре киноактёра в брендовых шмотках. Артур выбрал те вещи, которые Холлис и остальные вряд ли видели или запомнили, но и так можно было, вглядевшись, догадаться, что на Алистере одежда с чужого плеча. Настоящий был шире в кости и выше ростом. Как ни странно, размер ноги у него оказался меньше, хотя Артур слегка запаниковал, представив, что вампиру не подойдёт ни одна пара обуви из имеющихся в доме. Дорогие туфли и часы несколько подправили общее впечатление. Если повезёт, всё внимание будет обращено на экзотические вампирские приметы, и никто не придаст особого значения неухоженности и диковатости его спутника.
— Вот, — он протянул вампиру карточку.
За то время, что Алистер отмокал в ванне, Артур нашёл в интернете картинки идентификационной карты «Лорелеи», выбрал более-менее сносную, распечатал в кабинете на цветном принтере и засунул в завалявшиеся в отцовском столе бейджи с конференций. Оставалось надеяться, что никто не знает, как же на самом деле эти карточки должны выглядеть.
— Изготовить подобие браслетов мы не сможем. Придётся говорить, что сочли их неподходящим аксессуаром.
— Зачем вообще туда ехать?
— Потому что человек, который мне подарил сертификат, сейчас в клубе. И он видел продавца. А я очень хочу выйти на след этих аферистов.
 
 
Перкинс остановился у клуба. И тут Артур столкнулся с непредвиденным затруднением.
Настоящий при виде ярко освещённого входа и компании смеющихся людей отказался выходить из машины.
— В чём дело? — раздражённо осведомился Артур.
— Надо уезжать. Нас не пустят, — угрюмо заявил вампир.
Артур хотел ответить как-нибудь язвительно, но тут увидел лицо Алистера.
Вампир вжимался в кожаное сидение и смотрел прямо перед собой. Сейчас он больше всего напоминал крепко вколоченный гвоздь, который никакими клещами не вытянешь наружу. Тонкие, как лепестки, уши ходили локаторами. Настоящий боялся соваться в гущу народу, дабы не оказаться второй раз за сутки на карантинной станции. Что бы там Артур ни посулил.
— Нас не пустят, — повторил как заевшая пластинка он.
Мимо пропорхнула стайка молодёжи.
— Пойдём же, — прошипел Артур, стараясь удержать на лице светскую улыбку. — Если так и останемся тут торчать, точно вызовем подозрения.
— При входе охрана, — еле слышно выдохнул вампир.
— Они меня отлично знают. Я часто здесь бываю. Они не станут всматриваться в карточки. Им прекрасно известно, что я люблю хорошие развлечения.
Артур развернулся и уверенным шагом направился прямо к охранникам.
— Привет, Дэнни, привет, Джон, — он вскинул приветственно руку и хвастливо-небрежно помахал бейджем. — Позавидуйте: Стэнтон подарил мне сертификат от «Лорелеи». Он ведь уже тут?
Воздух за его спиной колыхнулся. Алистер всё-таки нашёл в себе силы покинуть машину. Присутствие за плечом почти телохранителя приятно пощекотало самолюбие.
Охранники вытаращились на них обоих.
— Вау, — сказал один из них.
— Ого, — уважительно подхватил один. — Дорого?
— До черта бабла стоит, — подтвердил Артур. — Так Холли уже подъехал? Мы обещали показаться ему в образе.
Обычно Стэнтон брал вип-кабинет на втором ярусе клуба. Это облегчало задачу: не нужно было идти через зал и пугать танцующих.
Холлис бросился навстречу. На его лице отразилось невероятное облегчение.
— О, святые небеса! Где ты пропадал? Мы звонили тебе вчера раз пятьсот! Что случилось? Почему ты не отвечаешь на звонки? Почему не появился? Мы с Джеймсом с ума сошли от беспокойства.
Он не сказал «С Кси», и это плеснуло на Артура лёгким унынием.
— Пойдём же! Мы сидим вон там.
— Холлис, я страшно сожалею, что не смог появиться на вечеринке. Вмешались обстоятельства. Увы, не смог предупредить.
— Господи, Артур, да ты выглядишь — ну просто стопроцентно аутентично! А они не мешают? Говорить, пить? Клыки?
— Я уже перестал их замечать. Довольно удобно.
— Сейчас же позвоню Кси!
— Познакомься. Мой напарник по игре, Алистер. Нам сообщили, что проходить аттракцион вдвоём безопаснее.
Холлис с не меньшим любопытством принялся разглядывать вампира.
— Рад знакомству. Холлис Стэнтон.
— Алистер... Макмиллан.
Вампир споткнулся на фамилии. Придумывал или вспоминал?
На протянутую для рукопожатия ладонь настоящий коротко мотнул головой.
— Боюсь вас поцарапать.
Острые когти были заметно длиннее, чем у Артура.
— А вам как игра?
— Позволяет отвлечься, — с очень серьёзным лицом сказал Алистер.
— Вам двоим что-нибудь принести?
— Мы до завтра не можем ничего такого пить, — напомнил Артур.
Их появление в кабинете, где расположилась компания Стэнтона, вызвало настоящий ажиотаж. Девушки — из них ему была знакома только Софи — взвизгнули от восторга. Роберт вздрогнул и пробормотал, что это круче любых хэллоуинских маскарадов. Алистер предсказуемо облюбовал угол. Самый тёмный. Артур взмолился, чтоб он не вздумал снова скрестить руки на груди.
— Блестяще! У нас два вампира вместо одного! — улыбнулся Холлис. — Кто там хотел фотосессию?
— А вампиры отображаются на фото?
— Если ты не снимаешь на зеркалку, — хихикнула Софи.
Он терпеливо попозировал и с четверть часа отвечал на сыпавшиеся наперебой вопросы. С Алистером вовсю флиртовала неизвестная Артуру девица.
— И что вы для себя из этого вынесли? — кажется, искренне полюбопытствовал Роберт.
— Всё идёт не совсем так, как я ожидал, — позволил себе капельку откровенности Артур. — Но… возможно, если бы события развивались по жёсткому плану, я что-то и потерял бы. Возможно, это было бы пресно. А так мне есть что обдумать.
Он с удивлением понял, что действительно так думает.
— А ваш товарищ такой мрачный... — томно протянула девица. Вытянула ноги, якобы чтобы дать им отдохнуть после танца. Её лодыжки соприкоснулись с ногами вампира.
— Осторожно, укусит, — рассмеялся Роберт.
— Артур, а вы уже пробовали — кусаться?
— Зачем? Нам выдали специальный запас для питания.
— Как зачем? А попробовать все стороны вампирской жизни? Нет, я разочарована! А как же — устрашение, укусы в запястье, необузданный секс?
— Я всё же предпочту официальный продовольственный паёк. Боюсь за свою пломбу, — заставил себя улыбнуться Артур. Его серьёзно тревожило выражение лица девицы. Она неприкрыто адресовала все эти реплики Алистеру и не сводила с него откровенно провокационного взгляда. Как тревожил и тяжёлый взгляд, каким вампир прижёг её вены.
Улучив момент, Стэнтон отвёл его в сторону.
— Так что с тобой стряслось? — понизив голос, спросил Холлис. Теперь, когда он уверился, что Артур цел, вид у него был немного обиженный.
— Начало процесса совершенно бесподобно. Теряешь желание обращать внимание на всякие мелочи — я где-то оставил куртку со смартфоном и бумажником, так нелепо.
— Какой ужас!
— Пустяки. Было бы что, — небрежно пожал плечами Артур. — Я всё равно собирался брать новый смартфон.
— Мы не знали, что и думать.
— Надеюсь, не сильно испортил вам вечер.
— Все были заинтригованы, где же обещанный сюрприз. И, конечно, Тэм и Алисия каждые пять минут дёргали меня за рукав и спрашивали, куда ты подевался.
В другое время Артур проникся бы масштабом этой трагедии, но сейчас остался к сообщению Холлиса равнодушен.
— А этот тип — как он тебе, не раздражает?
— Алистер? Слишком сосредоточенный, а так ничего. Какой-то бизнесмен. Уровень стресса, как я понимаю, зашкаливает. …Скажи, в каком офисе ты приобретал сертификат?
На лице Холлиса отразилось недоумение.
— На самом деле за ним ездил Оливер. Я перевёл им платёж онлайн. Выбрал продукт на сайте и заказал.
Холлис достал смартфон и несколькими кликами открыл сайт «Лорелеи». Вошёл в личный кабинет.
— Вот, история заказа.
Знакомая заставка, небесные цвета. Против почтового адреса Стэнтона значилось две позиции: «Ночной охотник» и «Коралловый риф».
— Для Кси взял, — смущённо пояснил Холлис. — Она давно хотела поплавать с рыбками.
— И Оливер подъехал к ним в центральный офис?
— Ну да. Он же живёт на соседней улице. А что-то не так?
— Возможно, там нужна какая-то дополнительная верификация? Чтобы имя с сертификата было занесено в базу?
—Я не очень помню, как оно происходит… На каждом есть номер. Когда клиент проходит процедуру, запись активируется и соединяется с именем.
— Когда я пытался дозвониться до службы поддержки, они не нашли меня в базе.
— Это повод для иска, — категорически заявил Холлис. — А если бы ты попал в неприятности?
— Ну…
Артур непроизвольно бросил взгляд в угол, который занимал вампир. Алистер исчез.
Девицы тоже не было.
— Кстати, а кто эта бойкая штучка с каре?
— А, она милая. Не обращай внимания. На самом деле очень хорошая девочка. Её папа возглавляет адвокатскую контору. …Попробую ещё раз достучаться до Кси. Не пойму, почему не отвечает.
Холлис сделал извиняющий знак и сбежал вниз по лестнице. Отправился искать место потише, хотя между композициями — приглашённый именитый диджей выкладывался на всю катушку — и образовалась пауза. Артур пожалел, что не может последовать за ним. Сверху танцпол выглядел бело-синим месивом тел. Лучи хаотично выхватывали из темноты руки, спины, лица. Если он спустится, даже в таком бурлящем котле вызовет панику. Алистера нигде не было видно. Впрочем, он тоже учинил бы там, внизу, переполох. Оставался тот вход, через который они вошли; к нему вёл коридор с клетушками туалетных комнат.
Бомбардировку децибелами становилось всё труднее переносить. Артур крепче вцепился в перила. Нельзя показать, что его серьёзно дестабилизирует эта какофония. Он обязан сохранить лицо. Иначе подумают, что он не контролирует себя. В синей дымке особо хищно метнулись белые лучи.
Почему-то вспомнились звёзды в небе над карантинной станцией. Пролетающие бесшумно облака. Распростёртые крылья пустыря. Тишина, царившая над поросшей чертополохом землёй. Кто-то прошёл за его спиной, и Артур вздрогнул, представив, что к нему снова пристанут с расспросами. Необходимость изображать беспечность тяготила. Но не мог же он выложить Холлису всё как есть. Над ним бы посмеивались до конца дней. И уж тем более не могло быть и речи о том, чтобы выплёскивать эмоции, как неуравновешенная школьница.
Из узкого коридора вывернул Алистер.
— Где ты был?
— Курил.
Казалось, с каждой секундой пребывания в клубе настоящий мрачнел всё больше.
— Кстати, да, — спохватился Артур, вытаскивая из кармана пачку сигарет. — Держи. Из отцовского запаса прихватил.
Долго уговаривать вампира не требовалось.
— Послушай, а музыка всегда так… эээ… раздражающе действует?
— А ты слышишь здесь музыку? — хмыкнул Алистер.
Вопреки желанию сослаться на крутизну диджея, Артур усмехнулся.
— Барабанные перепонки колет.
— Частоты такие, да.
— Отвратительное ощущение.
— Факт. Хотя не самое плохое, что может быть.
— Это точно. Господи, какое-то грёбаное средневековье, безалаберность и… А ещё это дурацкое ограничение! Я бы смог постоять за себя, если бы не сыворотка, но, чёрт, она блокирует элементарную самозащиту. Ничего бы не случилось, если бы… Как можно выставлять кого-то на улицу, наградив полной беззащитностью?! Это возмутительно, это унизительно, и…
Он покосился на вампира, ожидая проблеска довольства на его лице, но Алистер просто кивнул. Принялся крутить в руках незажжённую спичку. Его уши снова напряжённо подрагивали; Артур прислушался к своим ощущениям и понял, что делает то же самое — сканирует пространство на подозрительные звуки.
Правда, сейчас они не нравились ему все. Звуки.
— Кстати, сразу после… ну, инцидента, я  ещё и напоролся на настоящего. Представь себе везение. Неведомо сколько отсиживался за мусорными бачками. Боже мой, я с детства так не боялся. Но, поверь, нет ничего хуже безответственных чинуш в форме… Они вообще не умеют слушать. Психи, настоящие психи.
— Зато не пресно.
— Точно, — снова усмехнулся Артур. — Дико, но вообще-то я не солгал. Получилось как-то… по-настоящему… Куда там Холли запропастился?
Алистер сосредоточенно уставился на спичку. Переломил её.
— Поехали отсюда.
— Что?
— Сейчас.
— А что скажем? Мы здесь меньше часа.
— Тебе требуется им что-то объяснять?
— Согласись, будет странно…
Алистер кивнул, стремительно ныряя назад в непроницаемость.
— Я вовсе не обязан, — неизвестно почему задетый, запальчиво возразил Артур. — Поехали.
Он решительно подошёл к столику. Девица с каре, к его колоссальному облегчению, уже вернулась на своё место. Живая.
— Роберт, прошу передать мои извинения Холлису. Увы, Алистеру… нам пора. Я его провожу и, пожалуй, поеду домой.
Вопреки разочарованным вздохам Софи и остальных, они двинулись к выходу. Вампир походя смёл в карман спички с эмблемой клуба. Артур присмотрелся: правый карман лёгкого, без подкладки, блейзера провисал под грузом стильных коробков.
Они вышли в промозглую осень.
Алистер вытащил из нагрудного кармана салфетку с синими каракулями. Скатал в мелкий шарик и бросил в урну.
— Что это?
— Телефон, — сухо пояснил настоящий.
— Ты же её не… — Артур даже похолодел, насколько это было возможно в его состоянии.
Вампир шёл к машине не глядя на него.
— Алистер!
Настоящий прибавил шагу. Чёрный шёлковый блейзер на мощных плечах опасно натянулся.
— Алистер!
— Да не пил я её.
Настоящий на удивление решительно рванул на себя заднюю дверцу автомобиля. Очень быстро нырнул на заднее сидение.
В присутствии Перкинса Артур не рискнул повторять вопрос.
— Это было бы верхом неосмотрительности, — понизив голос, заметил он.
— Этого я не делал, — сказал вампир. Отвернулся и стал смотреть в окно.
Они проехали Редклиф и Фуллхэм-роад.
На Баронс-Корт Артура осенило.
— Боже, — пробормотал он. Конечно, надо было сразу расшифровать интонацию вампира. С ударением на «этого».
Оставалось надеяться, что сумасбродная девица ничего не поняла.
 
 
На сей раз без помощи сейфа было не обойтись.
— Здесь тысяча с лишним. Самыми мелкими банкнотами, что у меня есть.
Вампир быстро отправил купюры в карман. И споткнулся на этом жесте, осознав промах.
— Можешь оставить вещи себе, — быстро сказал Артур. Тут же поспешил сделать приглашающий пасс рукой и смягчить свои слова располагающей, как он надеялся, улыбкой. Чтобы стереть читающееся в вырвавшейся фразе: «Всё равно их теперь придётся выбросить».
— Не нужно, — холодно произнёс вампир. Принялся расстёгивать пуговицы. При всей своей повышенной координации он через раз промахивался. Пальцы безрезультатно скользили по тёмной шелковистой ткани. Очевидно, ему хотелось вообще рвануть рубашку и покончить с этим побыстрее.
Чем больше он избавлялся от чуждой одежды, тем более опасным и закрытым становилось его лицо. Словно вместе с этой маскировкой с него слезала слоями и одолженная на вечер человечность.
— Возможно, ты всё-таки...
— Где моя одежда?
— Думаю, там же, где ты её оставил, — вежливо ответил Артур. И торопливо добавил: — Я принесу.
Ему не хотелось касаться вампирского барахла — вдруг кожные болезни и насекомые не гнушаются и немёртвыми, — но ещё меньше он хотел лицезреть своего сообщника голым. Артур запоздало вспомнил, что не сообразил выдать гостю нижнее бельё, и теперь начинало мутить при одной мысли о  стриптизе в гостиной.
Старая одежда Алистера была сложена аккуратной стопкой на полу. Как будто вампир с самого начала собирался её забрать. На стеллаж он её тоже не положил, хотя две  нижние полки были свободными.
Артур прихватил эту стопку и вернулся в комнату. Одолженные вещи по контрасту со своими вампир побросал небрежно — скомканными, с вывернутыми рукавами, размётанными полами,  — как растерзанную жертву. К счастью, на этом эксцессы закончились; к немалому облегчению Артур заметил, что на вампире оставалось заношенное бельё. 
Оказывается, у немёртвых сохраняются родинки. Их вереница млечным путём покрывала плечи вампира. Кожа даже на расстоянии казалась отталкивающе холодной и липкой. В неловком молчании Артур ждал, пока вампир оденется. Натянув плащ, Алистер заметно расслабился. Нужно было ловить момент.
— Перкинс довезёт тебя до любого места, какое назовёшь. Ему можно доверять.
Алистер коротко кивнул. Спрятал деньги в один из многочисленных карманов.
Артур проводил его до машины.
— Перкинс, отвезите мистера Макмиллана к... месту его следующей игровой локации, будьте добры.
Шофёр ни единым мимическим движением не выдал своих чувств по поводу новых хозяйских забав.
— Конечно, сэр.
При Перкинсе Артур не мог спросить про револьвер. Ну и чёрт с ним. С отцом он как-нибудь объяснится по поводу пропажи.
Хотя было маловероятно, что он когда-либо ещё увидит Алистера, Артур тщательно запер двери. Начался дождь. Вскоре позвонил Перкинс — осведомиться, нет ли каких указаний. Он высадил мистера Макмиллана буквально в десяти кварталах от их дома. Артур представил, как подозрительный вампир мечется в приступе клаустрофобии в автомобиле и ждёт подвоха.
 
 
Трель звонка раздалась где-то через полчаса. Артур бросил тоскливый взгляд на пустой ящик комода.
На ступенях стоял Холлис.
— Всё ещё никак не привыкну, — с восхищением, смешанным с опаской, Холлис окинул его жадным взглядом.
— Что-то случилось?
— На самом деле, да.
Лицо Холлиса враз потемнело. Он нервно обернулся через плечо. Быстро зашёл в дом. Элегантным движением смахнул бриллиантовую россыпь дождевых капель с пиджака.
— Мне кажется, за мной следят, — объявил он, пройдя в гостиную.
— Кто? Зачем?
— Очень странное и неприятное чувство. Ты уверен, что за тобой никто не ехал, когда ты отправился в клуб?
— На сто процентов.
— А этот тип… Макмиллан. Откуда тебе знать, что он не заодно с ними?
— Алистер? — Артур чуть не рассмеялся.
— Что ты о нём вообще знаешь? — встревоженно спросил Холлис.
— Я не затем воспользовался сертификатом, чтобы заводить новых друзей и болтать с ними о жизни. Мы едва парой слов перемолвились не об игре.
— А он жаловался тебе на какие-нибудь сбои или отказ в поддержке?
— Ему не требовалось обращаться на горячую линию.
— С кем ещё ты говорил?
— Да ни с кем, я же сказал, что остался без связи.
— Вот видишь.
Холлис нерешительно прикусил губу, словно не желая пугать Артура догадками. Потом всё-таки осторожно спросил:
— А ты не допускал мысли, что за всем стоит что-то серьёзное? Что это не случайность? После твоих слов я много думал, и… Что, если они воспользовались игрой как прикрытием?
— Боже, Холли, да кто «они»?
— Вампиры. Вдруг они так увеличивают свою численность? И — влияние? В «Лорелею» ведь не кто попало идёт.
Артур едва не фыркнул, но сдержался, чтоб не обидеть Холли. Тот непритворно волновался.
— Сывороткой невозможно превратить кого-то в вампира. Только на время.
— Но ты же не уверен до конца, что тебе ввели.
Высказанное вслух предположение сменилось неловкой паузой. Каждый про себя продолжил мысль. Возможно, Артур уже не человек. И они в доме вдвоём.
— Это было бы очень нерационально, — с нервным смешком отреагировал Артур. Тут же одёрнул себя, сообразив, что лишний раз демонстрирует во всей красе клыки.
Холлис покосился на пустой пакет из-под крови. «Выбери, каким тебе быть» — задорно призывал слоган на упаковке.
— Может, стоит подъехать к Оливеру? Чтобы прояснить всё как можно скорее.
Артур глянул в окно. Дождь забарабанил вовсю. Вспомнился сломанный зонтик.
— Завтра. Эти тридцать с лишним часов получились слишком насыщенными.
— Тогда я пойду, — Холлис торопливо поднялся. Опасливо посмотрел в окно. На пакеты. На Артура. — Нет-нет, не вставай.
Надо убрать подальше эти упаковки, подумал Артур.
Он ощутил болезненный тройной укол в плечо, охнул — и тут же по телу разлилось вяжущее онемение. Широко распахнув глаза, Артур рухнул со стула, неуместно радуясь, что ковёр смягчит падение. Он видел боковым зрением ботинки Холлиса и хотел подать какой-нибудь знак. Но ботинки потоптались — и удалились.
В холле отворилась дверь. Цокот каблуков соединился с голосом Кси.
— Я думала, что заледенею там, снаружи.
— Ну, извини, я старался быть естественным, только и всего. Всё, он нейтрализован. Выманить наружу не удалось.
— Ты уверен?
— Это же дей-дример! Поверь, за прошлые пару недель я прочёл об этих штуках всё, что только когда-либо публиковалось. На ближайший час он будет в такой же отключке, как днём.
— Оливер сказал, что всё уже сделал.
— Огаст успеет? Мне не нравится, что мы здесь торчим. И не нравится, что объявился тот, второй. Я не понимаю, откуда он вообще взялся.
— Всё будет выглядеть очень логично. Нас беспокоило, что Артур ведёт себя слишком... слишком по-вампирски.  Мы заехали, никого не застали, вернулись. Сейчас же ночь. Его понесло гулять, под действием сыворотки он не мог усидеть дома. Так что только его вина. Пойду, отнесу в его комнату.
Артур увидел в руках Кси голубой прямоугольник. Голограмма, много более переливчатая, чем на его карточке. Настоящий сертификат.
Холлис набрал чей-то номер.
— Роберт, привет, это я… Заехал сейчас к Артуру. Всё-таки я серьёзно беспокоюсь. Его снова нет. Да-да, знаю… Ты решишь, что это смешно, но… Всё это было до жути убедительно. Мне в какой-то момент показалось, оно взаправду. Да? Вот и я об этом. Все мы помним про Санкт-Антон. …Конечно, нет! Я не представляю, что скажу Кси, если вдруг… ну, ты понимаешь… если натолкнул его на какие-нибудь неправильные мысли. Послушай, это не для чужих ушей, но… В общем, моя сестра с ним пару раз пообедала. Так, пара встреч за ланчем. Она этого не показывает, однако я-то её знаю. …А я-то как удивлён! Они же знают друг друга с детства. Мы с Артуром как-то вместе разрисовали её куклу фломастером. …Если так, она никогда мне не простит.
«Пару раз пообедала?!» Артур молча завопил. Их с Кси встречи не были свиданиями. Она едва вспоминала о его присутствии за столиком. Рассеянно смотрела поверх его плеча, с явным усилием заставляла себя вернуться к разговору. Высидела минут двадцать и сбежала. Но кого это волнует? Персонал подтвердит: она была там, с ним. В кафе наверняка запомнили её платье — броско-синее, с яркой вышитой колибри. Кси долго обсуждала с официантом десерт, парень весь изошёл на улыбку.  Конечно, он их запомнил. А обедали они в ресторане, где Артур постоянный клиент. «О, вы сегодня с дамой, господин Амхёрст?» 
Кси вернулась.
— Положила под документы. Вместе с распечатками о вампирах. Надеюсь, он не проверял историю поиска в браузере. Памятку я забрала. Удачно, что не придётся думать о карточке и браслете.
— Меня беспокоит, что за тип был вместе с ним.
— Уймись уже. Тебе же сказали — ещё один игрок.
— Но это значит, они решили заработать дополнительно. Не ограничиться инсценировкой с Артуром, а развести по пути какого-то лоха.
— Тебя удивляет, что люди, которые падки на деньги, пожадничали и решили заработать ещё? — скептически хмыкнула Кси.
— Меня заботит не их честность, а то, что у нас появился потенциальный свидетель. Как только дело получит огласку…
— Неуравновешенный псих, одержимой идеей мести, убивает первого, кто попался на пути, даже не разобравшись, настоящий это вампир или временный. Трагедия, да. Что это меняет?
— А если этот Алистер сознательный и пойдёт в полицию? И сообщит, что это была не настоящая «Лорелея»? Или обратиться к ним с иском?
— Зачем? Признаваться, что его надули, или что он сознательно пошёл на сговор с мошенниками ради экономии? Да и не выглядит он человеком, любящим публичность. С арендой офиса тоже никаких следов.
— Всё равно, мне это не нравится.
— Перестань, Холли. Это проблемы Артура, как он вышел на подставную контору. Даже если всплывёт, что он воспользовался чьими-то услугами, а не был обращён по-настоящему.
Ужас дей-дримера заключался в том, что разум не впадал в спячку. Мышление оставалось столь же острым, как и во время бодрствования, только тело было полностью обездвижено. Полиция проверит базу «Лорелеи». Выяснит, что Артур туда не обращался. Найдут в доме сертификат. Если поднимут запись звонка на горячую линию, она тоже сработает не в плюс. Друзьям скажут: Артур всегда был склонен к рисковым поступкам. Роберт и сегодняшние девицы подтвердят: он вдохновенно разглагольствовал о новом опыте не по плану. Холлис подкинет намёк: сестра и давний друг только что начали встречаться. Симпатия была взаимной. Впереди свадебные фанфары и выгодный союз. Любой, увы, подтвердит: Артур обращался с Кси особо обходительно.
Как он будет общаться потом с… И тут Артур остро осознал: он не будет больше с ними общаться. Он вообще ни с кем не будет общаться. Через час или два он перестанет существовать. И даже не сможет перед смертью бросить им в лицо какие-нибудь едкие слова, что потом разъедали бы остатки их совести, потому что к нему так и не вернётся речь. Идеальное преступление. Его убьют до истечения срока аттракциона, и он останется в вампирском облике.
— Но если сыворотка была поделена на две дозы, вдруг действие вот-вот закончится?
— Тогда бы нейтрализатор его не взял.
— Нужно заранее убрать дей-дример, чтоб следы исчезли.
— Никто не будет делать вскрытие при таких обстоятельствах.
— Он не мальчик с улицы. Конечно, будут. Его дед так просто не успокоится.
— Ради бога, Холли! — презрительно фыркнула Кси. — Вампиры вне закона. Сертификат не реализован. Значит, по протоколу он считается вампиром. Всё, следствие закрыто. Оно было бы закрыто, даже если б он просто пренебрёг бейджем. Не забудь вынести из дома упаковки с кровью.
Она подошла. Присела рядом. Упёрлась руками Артуру в плечи, так что её лицо оказалось совсем близко.
— Ты всегда обращался с окружающими, как с грязью.
Артур ощутил холодок внутри. Выдержанный тон Кси казался сейчас страшнее всего.
— Ещё бы. Ведь с тобой никто не сравнится. Ты смотрел свысока на Оливера. Только потому что он, в отличие от тебя, не получил сразу непыльную работу с раздутой зарплатой. Ты годами унижал Джеймса. А он не мог дать тебе отпор. Да, он не такой успешный и ловкий, как ты. Но у него есть то, чего у тебя нет. Доброе сердце. Он идёт за своими мечтами. А ты его оттеснил. Заставил деда закрыть глаза на его существование. Подмял под себя фирму, должность, наследство. То, как ты на него смотрел, — каждый раз хотелось залепить тебе пощёчину. Сначала я его просто жалела. А потом разглядела, что прячется за его нерешительностью, за его дурацкой чёлкой. Он замечательный и добрый. И это он должен получить твоё место и состояние. Я рада, что ты взял сертификат. Сейчас ты весь именно таков, каков внутри. Мерзкий, холодный уродливый ублюдок.
Как он мог не замечать, что она не просто к нему равнодушна, что она его ненавидит? Будь у него возможность, он бы сказал, что никогда не хотел ничего плохого для Джеймса. Что Джеймс сам не хотел быть на его месте. Что даже Артур не слишком-то хотел. Просто должен был соответствовать ожиданиям.
— Так даже лучше, — скорее сам себе, чем сестре, сказал Холлис. — Одно дело — если бы Огаст заметил его на частной вечеринке. А так — чистое совпадение.
— Он точно клюнул?
— Оливер постарался болтать по телефону прямо у него под боком. Раза два упомянул адрес. Только что прислал сообщение: всё в порядке, Огаст уже вышел. Попросил кого-то его подменить.
Артур почувствовал, что к нему шагнули.
— Нужно вытащить его на улицу через заднюю дверь.
— Отойди, — раздалось от окна. Пахнуло дождём.
Алистер целился в Холлиса из револьвера. На подоконнике остался ржавый след от перчатки.
— Мистер Макмиллан?.. — изумлённо начал Холлис, но не успел договорить. Вампир уже стоял рядом и заламывал ему за спину руку тем самым безотказным приёмом, который Артур уже испытал на себе.
Кси издала возмущённый возглас, похожий на крик чайки.
— Да что вы себе позволяете… — взвыл Холлис.
Бросок, громкая оплеуха, падение тела, стон. В поле зрения Артура вторглась туфля, длинная стройная нога, и он понял: бросившаяся на помощь брату Кси потерпела поражение. Звуки ожесточённой возни достигли крещендо; настоящий и Холли боролись, сцепившись намертво. Холлис вырывался с неожиданным упорством и изворотливостью. Артур и не предполагал, что его всегда расслабленный элегантный приятель может сопротивляться так яростно и с такой силой, что мощный Алистер его ещё не урезонил. Как в ответ на это удивление Холли вдруг затих, обмяк… И дальше последовал моментальный бросок — ему удалось дотянуться до тяжёлой вазы и со всей силы ударить Алистера в висок. Вампир пошатнулся. «О, нет!» — мысленно застонал немой Артур.
Уже нарисовавшейся ему картине расправы над настоящим не суждено было воплотиться. Вампир встряхнулся, как ужаленный злой осой лев, рыкнул и тяжело обрушился на Холли всем телом. Дальше схватка сместилась за пределы поля зрения. Но Артур слышал. Он услышал характерный звук прокушенной артерии. Глоток, последовавший за этим. Вопль Холлиса. Резкий обрыв вопля — Стэнтону явно зажали рот. Яростное мычание. Короткое фырканье вампира.
— К стене. Ты тоже.
Алистер снова появился перед глазами. Он утирал тыльной стороной ладони губы, не отводя револьвер от цели.
— Не могу! Вы мне ногу повредили! — зазвенел яростью голос Кси.
— Спокойно, Кси! Ты, что, не видишь? — прошипел Холли.
— Оба сядьте там. Не двигайтесь.
— Холли, тебе нужен врач, — с тревогой сказала Кси.
— Я очень хорошо стреляю, — предупредил Алистер.
Он подошёл к Артуру. В левой руке вампир сжимал узкий антикварный нож для разрезания бумаги. Куплен нож был исключительно из-за красоты; газеты Артур читал в онлайн-версии, книги нынче в помощи скальпеля не нуждались, письма приходили по электронке. На секунду мелькнуло подозрение, что настоящий не станет делать различия между ним и Стэнтонами. Перережет горло, чтоб не тратить пули.
Вампир опустился рядом с ним на одно колено, не выпуская Холли с Кси из виду, а револьвер из рук. Положил нож на пол, ухватил Артура за шиворот, как собака щенка, бесцеремонным рывком перевернул на живот. А затем под лопаткой полыхнула через онемение боль. Лезвие провернулось, неглубоко, но сочно, вынырнуло, снова вгрызлось в плоть. Что-то звякнуло. Артур хватанул беззвучно ртом воздух.
 
 
Он не мог понять, надолго ли потерял сознание; теперь он полусидел, прислонённый к косяку двери. По спине вязко полз ручеёк крови. Заползал за резинку трусов и засыхал там неприятно стягивающей кожу кляксой. Тело начинало оттаивать от спячки. И, как хотелось надеяться, — регенерировать. Рядом в лужице крови валялась трёхлапая штуковина — стеклянное круглое тельце, острые лапки-шипы.
Стэнтоны всё ещё чопорно восседали на банкетке. Холлис, очень бледный, прижимал к шее платок. Кси застыла каменным изваянием с презрительным выражением лица. Алистер сидел в кресле, выдвинутом в центр гостиной. Теперь револьвер в правой руке уравновешивался смартфоном в левой. Узнаваемым смартфоном, принадлежащим Холли.
Вода с насквозь промокшей одежды вампира щедро впитывалась в обивку кресла.
Придётся менять, автоматически подумал Артур.
— Как видно, я не слишком уклонился от истины, заметив, что Артур любит заходить за обозначенные границы, — язвительно прокомментировал овладевший собой Холлис. — Это уже явно не лорелеевская тихая мирная демо-версия.
Артур попытался опробовать голос. Откашлялся.
— Вам это не сойдёт с рук, — небрежно заметил Стэнтон. — Ни вам, мистер Макмиллан, ни Артуру. Крайне неблаговидный тандем. С точки зрения закона, это действительно чересчур.
— Именно это и случится. Нам это сойдёт с рук. Вы ничего не сообщите властям, — спокойно возразил Алистер. — Потому что ваш тандем сейчас даст небольшое интервью под запись.
Он помахал смартфоном Холлиса.
— Боюсь, интервью не состоится.
— До утра далеко. И я ещё не пробовал вашу сестру, мистер Стэнтон.
— Ничтожество.
— Вы не посмеете!
Алистер не стал приводить аргументы. Без выражения глянул на Кси. Грузно шевельнулся, удобнее вытягивая ноги. Коснулся экрана смартфона
— Расскажите, когда вы решили убить своего приятеля.
— Ничего не говори, — быстро произнесла Кси, схватив Холли за запястье.
— Эти признания не имели бы никакой юридической силы. Как сделанные под давлением, — криво усмехнулся Холли.
Вампир перевёл взгляд на Кси.
— У вас есть тридцать секунд, чтоб начать рассказ, мистер Стэнтон. Я быстрее вас, я сильнее вас, так что даже не имеет значения, что у меня оружие. Действие дей-дримера на вашего друга тоже почти закончилось. Но можете рискнуть сестрой, если хотите.
Холлис облизнул губы.
— Это была шутка. Мы с Оливером обсуждали охранника, которого он знал по «Трём прицепам» и нанимал иногда на свои вечеринки. Парень свихнулся на том, что прочёсывал по ночам город, искал вампиров. В выходные, как по часам, торчал на работе в клубе, а с понедельника по пятницу бродил по улицам…
— Холли!..
— Спокойно, Кси. Он этим не воспользуется. Мы просто предоставляем друг другу гарантии… Так ведь, Алистер?.. Кто-то из нас — мы сидели втроём, я, Кси, Оливер, — посмеялся, что если кому нужно убрать вампира, достаточно обратиться к этому типу. Кси сказала…
Он сглотнул. Покосился на сестру.
— Кси сказала, что единственный упырь, от которого она хотела бы избавиться, это Артур.
Кси пожала плечами.
Артуру показалось, что в него воткнули ещё одну капсулу с дей-дримером. В область сердца.
— Мы посмеялись. Кси сказала так сгоряча. Из-за того, что Джеймсу утром дед устроил разнос. И… это впрямь была шутка. Обычная болтовня. Кто-то подхватил — сказал: сейчас каждый может стать вампиром. Ненадолго.
— И?
— Мы пофантазировали. Разговор на этом и закончился. А потом отчего-то вдруг возобновился на одной из следующих встреч… Не помню, кто снова поднял тему. Что это легко было бы устроить. Вампир на сорок восемь часов, частная вечеринка, охранник, свихнувшийся на идее убить из мести хоть одного вампира … Несчастный случай, трагическое недоразумение. Это всё обрастало подробностями. Как-то само собой. А через неделю разразился скандал с кражей сыворотки из офиса «Лорелеи». И буквально на следующий день Оливер услышал, что его приятелю предлагали купить по смешной цене одну из краденых ампул… Мы вышли на продавца без особой задумки. Возможно, просто испробовали бы её на себе.
Кси недовольно выдохнула.
— И тут подумалось… А что, если бы Артур решил не пользоваться официальным сертификатом, а пойти с козырной карты, попробовать фри-райд? Снова? Это значило бы, что мы вообще не причастны. И что расследования вообще не будет. Полный бред, сказал Оливер, кто поверит. Ведь никто в здравом разуме не согласится стать одним из этих уродов, — Холлис будто невзначай улыбнулся Алистеру уголком рта. — Тем более Артур, у которого есть всё. Но мы-то хорошо его знали. Ради имиджа он всегда готов был делать очень высокие ставки. Господи, да он на нём зациклен. Это навязчивая идея, а перед идеями-фикс разум пасует.
Холлис произносил его имя, но при этом вообще не смотрел в его сторону. Даже хотя он уже вполне дышал и начал понемногу двигаться. Просто говорил, как будто Артура нет в гостиной. Как если бы он уже умер. Голос его приобрёл ту убедительную самоуверенность, с какой Холли вёл диспуты в Итоне.
— В случае провала на любом из этапов мы ничем не рисковали. Если бы нанятые актёры прокололись, могли сказать: старина, это был презанятный розыгрыш. Если бы охранник заболел или отказался работать на вчерашней вечеринке, просто смирились  бы с судьбой. В любой момент можно было сойти с поезда, имея на руках совершенно невинные, совершенно законные объяснения. Я подменил сертификат, пока Джеймс бил посуду? Так я известен безобидными шутками. Оливер неосторожно обмолвился о вампире при Огасте? Что с того, Оливер безостановочно сплетничает и болтает, таков уж он.
Голос Холлиса звучал и звучал, неторопливый, поставленный. Иногда его разбавляло раздражённое одёргивание Кси или односложный вопрос Алистера. Время текло неправильно, с комками. То по-обычному, то вдруг дёрганными скачками.
— Холли… — произнесла с запинкой Кси. Последние несколько минут она не сводила с брата глаз.
Артур увидел раньше, но подумал, что это последствия дей-дримера на его сознание. Ведь не может же Холлис бледнеть и бледнеть. Он думал, ему мерещится. Думал, что это всего лишь испарина на лбу Холли. И тени падают так, что кажется, будто черты лица становятся резче, острее.
— О, нет, — Кси прижала руку к губам.
Повернулась к Алистеру.
— Как! Вы! Посмели!.. Остановите это!
— Не могу.
— Неправда! Во всех рекламных материалах пишут, что возможен откат!
— Только под сывороткой.
— Должно быть какое-то противоядие! Какой-то способ! Вы сделали это специально!
— Нет. Ваш брат сам виноват.
— Что?!
— От укуса не становятся вампиром. Но он попытался впиться мне в ладонь.
Алистер мельком глянул на перчатку.
— Не может быть, этого не может быть, — принялся негромко повторять Холлис, делая быстрые вдохи. Помотал головой. Малиновая чёлка всплеснулась вправо-влево. Яркими штрихами подчёркивая заостряющиеся уши и скулы.
— Уходите, — сказал Алистер.
— Послушайте. Сколько вам заплатил Артур? — Холлис подался вперёд, вернув себе обычное самообладание. — Я дам в два раза больше.
Алистер указал стволом на дверь.
— У вас будет время до утра добраться… куда-нибудь.
Он поднялся. Стэнтоны вскочили на ноги.
— Чёрт, — сказал Холлис. — Чёрт.
Теперь они двинулись к двери так целеустремлённо, словно изначально собирались как можно скорее отделаться от формального визита. Кси демонстративно прихрамывала. Никто из них не обернулся на Артура, ничего не сказал и вообще не показал, что помнит о его существовании.
Алистер отконвоировал их до выхода. Мягко щёлкнула входная дверь. Всё ещё безупречным вампирским слухом Артур слышал шаги — три разных мелодии, одна стремительная, вторая с пристуком каблучков, третья осторожная и только до дверей. Дуэт переместился на мостовую. Вниз по улице.
Потом заурчал тихо-тихо незнакомый двигатель. Прошуршали вкрадчиво шины.
А потом раздалось несколько зловещих хлопков. Пауза. И ещё один.
Когда Алистер вернулся  в гостиную, Артур обнаружил, что уже может шевелить языком.
— Что… там… произошло?
— Они мертвы. Оба. Все трое.
Артур едва не воскликнул: «Чёрт!», но вспомнил последние слова Холлиса и промолчал.
— Тот человек, которого они ждали. Он уже был снаружи. Караулил в машине. Увидел Холлиса. И сделал то, что хотел сделать. Женщина пыталась его остановить. Попалась под горячую руку. Вряд ли он этого хотел. Наверное, совсем не хотел. Застрелился сразу же.
Алистер тщательно вытер рукоятку револьвера и положил его на комод.
— Из этого не стреляли, можешь проверить. Вообще страшная глупость — хранить оружие рядом с патронами.
— Это не я храню. Это семейная…
— …реликвия. Всё равно.
— Обращение — правда вышло случайно?
— Зачем бы мне. Все в курсе, что за такое усыпляют без разговоров.
— Но ты знал, что тот тип — он уже там.
— Я засёк, что подъехала машина. С полчаса назад. Это давало единственный и лучший выход.
— Почему ты вернулся?
— Я слышал их в клубе. Они говорили по телефону. Говорили, что нужно задержать тебя на пару часов.
— То есть ты догадывался уже там. Но почему не сказал?
— Ты бы не поверил.
Артур хотел возразить, но прикусил язык.
Они сели на нижнюю ступеньку лестницы, ведущей на второй этаж. Сирен пока не было слышно — оба подрагивали ушами, синхронно, как сговорившись. Вряд ли Оливер или Джеймс осмелятся что-то после сказать, подумал Артур. Джеймс вряд ли даже знает. И — как теперь?..
— Куда бы ты хотел поехать?
— Куда-нибудь, где контроль послабее.
— Ты можешь уехать из страны.
— Это невозможно. Вода.
— О самолётах слышал?
— Если только ночные рейсы. Но и на них никто не пустит без документов.
— А если бы получилось, куда бы отправился?
Алистер подумал.
— В Австралию. Там вообще нет антивампирских законов.
— Зато адски жарко.
— Я никогда не видел кенгуру.
— Тогда конечно. …У одного моего друга свой самолёт. До Австралии не долетит. Но куда-нибудь...
Алистер покрутил стэнтоновский смартфон. Сунул его в карман.
— Это я оставлю себе. Для подстраховки.
Встал и направился к задней двери.
— Постой! Куда ты?
— С минуты на минуту по всему району будет полиция. До утра мне надо найти надёжное место.
— Ты здесь можешь остаться.
— Спасибо, — Алистер коротко кивнул. — Но… Я тебе не доверяю.
— Я тебе жизнью обязан. Дважды.
— Именно поэтому. И через несколько часов ты снова станешь собой.
С улицы пахнуло ночью и дождём.
— Как это — быть вампиром? — спросил вслед ему Артур.
— Попробуй — узнаешь.
— Может быть, — медленно произнёс Артур. — Может быть, я и попробую.
Комментариев: 1 RSS

Начинается задорно и пафосно, стиль имидж понты. Тяга красоваться и пускать пыль в глаза, все играют и не сами себя, а образы.

И вдруг один из них начинает жить. По настоящему. И это оказывается рожей об асфальт и больно и неожиданно и опасно. И его вроде жалко, а с другой стороны он такой жалкий. Убогий даже. Сам не жил и в других не видел жизни

И печально, что все так. Буднично, жизненно, печально.

Один из моих любимых рассказов.

Обсуждение

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация  Facebook.

(обязательно)

⇑ Наверх
⇓ Вниз