Рассказ «Сафари». Денис Давыдов


Рубрика: Конкурсы -> Библиотека -> Трансильвания -> Рассказы
Рассказ «Сафари». Денис Давыдов

Сафари

Я учился в обычной школе. В ней получали образование мой старший брат и отец. Её не коснулись изменения эпохи. Она не поменяла свой статус и не стала зваться лицеем или гимназией, с их претензиями на высшее общество. Внутренний и внешний облик нашего учебного заведения не менялся до прошлого года. Именно тогда произошла смена власти, и вместо старого директора пришла директриса.

Римма Карловна Отто была строгой женщиной. В школу она принесла новые порядки и железную дисциплину. Казалось, что её боялись не только ученики, но и преподаватели. Действительно, когда она смотрела на тебя, хотелось поскорее пройти мимо или провалиться сквозь землю. Она обладала тяжёлым, пробирающим до самых костей взглядом. Казалось, что она просвечивает тебя насквозь и при этом сканирует твой мозг узнавая о всех проступках которые ты совершил. В такие моменты хотелось чистосердечно признаться в старых грехах, которые совершал ещё в детском саду и рассказать ей о том, что той белокурой кукле, которую так любили девчонки из средней группы голову оторвал именно ты.

За первые полгода своего правления в школе она уволила половину преподавательского состава. Новые учителя были под стать ей: требовательные, пунктуальные и дисциплинированные. Мне иногда казалось, что все они или родственники или клоны, по другому я не мог объяснить эту идентичность. Хотя, сама директриса объясняла это жёстким отбором. В принципе каждый начальник имеет право подбирать тот коллектив, который бы отвечал его требованиям. Новые учителя сильно отличались от тех, кто остался, хотя «старички» из кожи вон лезли, чтобы соответствовать новым стандартам: вводили новые учебные методики, планы, но всё равно не дотягивали до педагогического перфекционизма, который царил отныне в школе. Ходили слухи, что в следующем учебном году, вся «старая преподавательская гвардия» будет уволена. Как хорошо, что я вырвусь наконец из этого образовательного ада… Сама Римма Карловна не гнушалась учительским трудом и преподавала немецкий язык. Родители и отдел образования города готовы были носить нашу директрису на руках. Успеваемость в школе резко поднялась.

Наши ученики стали занимать призовые места на различных олимпиадах, утирая нос представителям именитых школ и частных лицеев. Она нашла и привлекла спонсоров, которые буквально за неделю сделали в школе ремонт. Так быстро не воздвигали, наверное, даже военные объекты. Во сколько обошлась реконструкция, даже думать было страшно. Теперь наша школа выглядела весьма современно, как снаружи, так и внутри. Тонированные бронированные окна, которые нельзя было открыть, прекратили классическое развлечение местных хулиганов — битьё стёкол в кабинетах с обратной стороны здания. Насколько я помню, эта традиция имела глубокие корни, и каждый уважающий себя пацан на районе должен был оставить хотя бы отметину на казённом имуществе. Приток свежего воздуха в классы обеспечивали кондиционеры, внешние блоки которых стройными рядами выпирали над плоской крышей школы.

Снаружи здание стало похоже на модный торговый центр: чёрная глянцевая облицовка хоть и смотрелась непривычно для образовательного учреждения, но, я готов был поклясться, наша школа была самой стильной не только в России, но и, вероятно, во всём мире. Тонированные зеркала окон, смотрели на мир, с насмешкой отпускника, недавно вернувшегося из тропического рая. В городе нашу школу прозвали Чёрным квадратом, хотя если взглянуть на неё с крыши соседней девятиэтажки, то будет видно, что своими очертаниями она напоминает букву «Н» — два корпуса соединялись между собой широким коридором-перемычкой.

Я дожил до выпускного, казавшимся когда-то таким же далёким, как и звёзды на небе. Не смотря на все моднее тенденции, он проходил в школьной столовой, а не в одном из шикарных ресторанов города. Наконец-то выберусь из оков среднего образования и сделаю свой первый шаг на встречу взрослой жизни, без запретов и ограничений. Я собирался сбежать от отеческой опеки в Ростов, где жил мой старший брат. Даже если в этом году я не поступлю в университет, то останусь там и буду работать в охране. Особого умственного напряжения или навыков эта профессия от меня не требовала, а с атлетизмом проблем не было. Выглядел я здоровее и старше, многих моих сверстников. У моего дяди была своя охранная фирма и он обещал мне помогать. Сверлить взглядом шопингующихся дам было гораздо лучше, чем приходить домой к назначенному сроку. Естественно мать была против такого решения, но отец поддержал моё стремление к свободе, за что я ему был безгранично благодарен. Билеты на поезд были куплены, чемодан упакован и ждал заветной даты. Оставалось лишь попрощаться со школьными днями. Вообще я не собирался идти на выпускной, но батя настоял, сказав, что этот день оставит в моей жизни неизгладимое впечатление.

Родители на праздничном мероприятии не присутствовали. Пользуясь своим безграничным авторитетом, директриса убедила их в том, что детям лучше праздновать одним. Лишняя опека будет только мешать детям наслаждаться своим последним днём в школе… За соблюдением порядка следили учителя и наш штатный охранник. Да и кто бы мог усомниться, в словах нашей Риммы Карловны? Она была воплощением слова «дисциплина» не только для учеников, но и для родителей. Директриса не только гарантировала порядок на выпускном, но и нашла человека, который взял на себя часть расходов за кейтеринг, сегодня нас обслуживал лучший в городе ресторан грузинской кухни. Специально выписанный для мероприятия модный диджей крутил пластинки, лучший в городе ведущий развлекал публику, передвигаясь между столами в блестящем костюме тройке.

Директриса не стала нагружать нас утомительными напутственными речами или самодеятельностью учителей. С этими дурацкими песнями, наигранными сценками и частушками о школьной жизни от каждой ноты которых несло нафталином. За это ей было отдельное спасибо. Выпускники действительно отдыхали и расслаблялись, участвовали в конкурсах, танцевали, но мне не было дела до всего этого. Даже есть мне совершенно не хотелось, несмотря на обилие аппетитных блюд на столах. Вы не можете себе представить, как сильно я ждал этот выпускной, только по одной причине, которая вкупе с уговорами отца и заставила меня пойти сюда...

Я удалялся от эпицентра праздника, оставляя за закрытыми дверями громкую музыку и атмосферу праздника. Все эти радостные возгласы радостной толпы терялись в коридорах с каждым пройденным метром. Вместе со мной столовую покинули четыре человека: мой друг Ромка Шилов — обладатель россыпи веснушек на широком лице; альбинос-задира — широкоплечий Андрюха Алексеев и его приятель выбритый под ноль — Виталий Фомин. Также за нами увязался вездесущий Вовка Прилипало. Его фамилия уже давно получила статус клички, поэтому школяры склоняли её окончание, как было душе угодно. С Андрюхой мы давно были на ножах, но открыто на публике не враждовали. За драку между одноклассниками, даже за пределами учебного заведения, можно было запросто вылететь из школы. Был у нас подобный прецедент, когда Римма Карловна только вступила в свою должность. Парням не помогли даже связи родителей, наша директриса была железной бабой, которую все боялись. Такого удовольствия я не хотел ей доставлять. Стиснув зубы я долго терпел этого выскочку и пузырь моего терпения был готов лопнуть, выбрасывая на обидчика весь запас злобы, который я копил в течение года.

Сегодня можно было наплевать на это табу и позволить себе то, о чём так долго мечтал. Мой старый враг перешёл границы дозволенного, отпуская сальные шутки в сторону Наташки Скворцовой. Делал он это в высшей степени демонстративно в те моменты, когда рядом находился я. Эта девушка мне давно нравилась, но я никак не решался ей в этом признаться. Застенчивостью я не страдал, но перед дамами робел, поэтому моей подружкой была боксёрская груша. Всё свободное время я предпочитал потеть в её компании в секции бокса. Тренер предсказывал мне великое спортивное будущее, намекая, что я уже одной ногой в Школе Олимпийского резерва. Наверное из-за этого я и принял решение сбежать из города. Признаться ей не хватало смелости, а расстояние могло бы вылечить мою душевную боль. Андрюха являлся чемпионом города по карате, этот факт объяснял его завышенное самомнение. Волевые скулы, смазливое лицо словно с обложки женского романа про оборотней. Слащавый и дерзкий, уверенный в себе любимчик всех девчонок. Оба мы являлись неформальными лидерами школы, а, как известно, двум королям одного трона недостаточно.

— Каратека против боксера — это событие, которое нельзя пропустить, — аргументировал Прилипало, увязавшись за нами.

Ромка шикнул на него, но это не возымело действие. Прилипало обладал умением «падать на хвост» любой компании, хотели ли этого его новые компаньоны или нет. На заварушки и скандалы он имел чутьё и мечтал сделать карьеру в политике или журналистике. Не знаю, может быть у него была такая карма, но он частенько становился свидетелем чрезвычайных происшествий или дорожных аварий, постоянно выкладывая в сеть видео с телефона. Один раз благодаря его стараниям даже был пойман угонщик, о чём Вовка любил вспоминать при любой удобной возможности. Он вёл свой блог, имел каналы на Твиче и Ютубе, а так же админил кучу групп в «Вконтакте». Ему даже удалось на удивление всех одноклассников добиться права администрировать официальную страничку нашей школы. Как он удостоился такой привилегии у Риммы Карловны было совершенно неясно, по этому поводу в школе ходильные сальные шуточки, на каждую из которых Прилипало лишь таинственно улыбался.

Вряд ли это было правдой… Но из-за этих слухов многие пацаны начали уважать Вовку и даже завидовать ему, всё же наша директриса была очень красивой женщиной. Говорили, что ей было лет сорок, но она выглядела очень молодо. Строгая офисная причёска с длинными волосами собранными на затылке в шишку и лишь два игривых локона постоянно свисали с левой стороны, поверх небольших, узких очков. Казалось, что её полные губы, постоянно окрашенные вишнёвой помадой усмехаются над каждым представителем противоположного пола. Она знала о своей магической привлекательности и пользовалась ею на полную катушку. Наша директриса была идеальным воплощением власти — она знала чего хочет и быстро добивалась намеченных целей.

Местом поединка мы выбрали мужскую уборную. Вначале шёл небольшой тамбур метра два в длину, где располагались две раковины и одна сушилка для рук, дальше располагалась комната покрытая чешуёй белого кафеля метров, по её левую сторону были оборудованы четыре кабинки. Это помещение за последние два года успело забыть, что такое драка, курение или художественная роспись стен нецензурными словами. Мы с Андрюхой стояли друг напротив друга, готовые пустить в ход кулаки. Чтобы нам не мешать, зрители встали на унитазы, используя стенки кабинок, как подлокотники.

— Знаешь, теперь я с превеликим удовольствием врежу тебе по морде, не боясь вылететь из школы, — я расстегнул пиджак. Лёгкая приятная дрожь пробежала по телу мигрируя от головы к рукам, так всегда случалось перед соревнованиями. Мир сужался до размеров комнаты, пропало всё лишнее, остался лишь мой враг... Я знал, как только начнётся драка, все мысли разбегутся в стороны, чтобы не мешать телу действовать.

— Ты, наверное, ждал этого момента, зачёркивая дни в календаре, — Андрюха загоготал. — Ну, давай, я весь твой. Аттестат у тебя в кармане, его ты не потеряешь, а вот пару-тройку зубов — это да!

Я ударил первым.

— Уффф, — выдохнул Андрюха, пропуская удар в печень и отвечая встречным. Мы дрались, выплёскивая всю злобу, копившуюся два года. Наконец он удачно для меня открылся, и я отправил апперкот на свидание с его челюстью. На моё удивление Андрей мог держать удар. Он захватил меня за руку и провёл бросок. Падая, я повлёк его за собой и мы сцепились на холодном кафеле. Я оказался в неудобном положении, прижатый к полу, практически не мог атаковать, мне оставалось лишь прикрываться руками от ударов. Алексеев лежал поперёк меня, широко расставив ноги, прижимая меня вниз и нанося удары локтем в голову. Неужели я проиграю? Нет! Только не моему давнему недругу! Я не могу себе этого позволить!

Неожиданно нас стали разнимать. Как двух дерущихся котов, которые цепляются друг за друга выпустив когти и скаля свои зубы. В драке меня так не оттаскивали со времён младшей школы.

— Отвалите! — неистовствовал Андрюха, пытаясь вырваться, — Я тебя по полу размажу!

Он тянулся ко мне и кричал, но его оттаскивали двое, и он был бессилен что-либо сделать.

— Успокойтесь! Хватит! Смотрите!

На полу тамбура в углу под умывальником сидела Лизка Сенникова. Видимо в разгаре драки мы не заметили, как она забежала к нам в туалет. Плечом она прислонялась к стене, одной рукой держась за шею. Её вечернее платье с правой стороны было пропитано чем-то бордовым, словно она пролила на себя банку вишнёвого варенья. Этот тёмно-красный сироп просачивался сквозь пальцы и стекал вниз по руке. Сквозь ладонь, которую она прижимала к шее сочилась кровь. Это была кровь!

— Охренеть... — слово само слетело с моих губ, а возбуждение от драки растворилось как рафинад в кружке с кипятком.

— Спокойно, Лиза, спокойно... — я присел рядом, отодвинул руку девушки и зажал артерию на её шее. Нас учили делать так на уроках ОБЖ. Кровь почти перестала просачиваться.

— Надо ей руку с другой стороны поднять и жгут наложить, чтобы тут прижать артерию, а с той стороны кровь поступала в голову, — предложил Ромка.

— Её срочно нужно отвезти в больницу! — кивнул головой я соглашаясь с предложением. Я никогда не видел раненого человека, тем более с таким повреждением. Платье девушки намокло от крови, она теряла на каждом шагу пока шла в сторону нашей уборной. Сейчас я впервые ощутил растерянность и беспомощность, голова закружилась, как в тот раз, когда я первый и единственный раз, поддавшись на уговоры брата, выпил полстакана вина.

— Из школы не позвонить, здесь же глушилки, — отрезвил меня Вовка, возвращая в реальность.

Для каждого преподавателя одним из главных врагов, мешающих образовательному процессу являются смартфоны и социальные сети. Никто пока не мог придумать как защититься от этой напасти цифрового века. Никто, кроме Риммы Карловны. Наша директриса быстро поборола зависимость учащихся от мобильных телефонов, конечно, ей это влетело в копеечку, но всякая связь внутри здания школы глушилась. Никто не знал, как это делалось, то ли по указанию Риммы Карловны во время ремонта в стены что-то зашили и это служило защитным экраном, то ли где-то стоял хитроумный электронный прибор, который глушил сигнал, но мобильной связи не было. Некоторые родители и особо активные дети пытались жаловаться «куда следует», но эффекта это не принесло. В городском комитете образования нашей директрисе вообще готовы были памятник отлить «За самоотверженную и успешную борьбу с СМС и социальными сетями в системе образования». Связь с внешним миром присутствовала только в кабинете у медиков, учительской и у директрисы, там стояли обычные городские телефоны.

— Дуй в столовку, зови народ, пусть скорую вызовут, — Андрюха разгорячённый недавней дракой, отдал быстрое распоряжение Витальке.

— Интересно, кто её так? Лиза, что случилось? — посыпались вопросы от парней.

Глаза девушки были на выкате, она была сильно испугана и бледна до синевы на губах.

— Они... Они бросились на всех... стали кусать..., — едва слышно произнесла Лиза слабеющим голосом.

— Кто они? Собаки? — подался вперёд Вовка и не дожидаясь ответа, сразу добавил, — откуда здесь взялись собаки?

— Учителя... — совсем тихо, почти шёпотом произнесла девушка, её взгляд пристальный и холодный остановился на мне. Она не моргала, секунду, вторую третью…

— Не разговаривай, тебе лучше молчать, Лиза, — я приложил указательный палец к её губам, и не почувствовав дыхания, проверил пульс, — кажется, она умерла...

Эта фраза сама слетела с моих уст, словно говорил её не я, а кто-то другой. Грубым хриплым голосом. В горле неожиданно пересохло. Я не понимал, что происходит. Я не испытывал страха, но мне было чертовски жутко. Праздничный вечер окрасился траурными цветами, на пару секунд мне показалось, что вокруг меня лишь два тона — чёрный и белый.

— Как умерла? Не неси ерунду! — дернул меня за рукав Алексеев, подался вперёд, но не стал приближаться к однокласснице, оставшись выглядывать из-за моего плеча.

— Нет пульса, и она не дышит! — заорал я, выпрямляясь и глядя ему прямо в глаза. — Ты думаешь, она притворяется!?

Злость на моего давнего врага куда-то испарилась. Сейчас мы были с ним на одной стороне — людей, которые стали свидетелями смерти. Жуткой и непонятной.

Я посмотрел на свои руки, они были перепачканы кровью. Решительно открыл кран и принялся быстро тереть их под струёй воды. Когда я думал о том, что выпускной должен остаться в памяти ярким впечатлением, то не предполагал, что цвет его будет красным.

Дверь резко открылась. В туалет пулей влетел отправленный за помощью Виталя. Глаза у него были, как у обезумевшего учёного маньяка, сделавшего открытие всей жизни. Он очумело посмотрел на мёртвое тело одноклассницы, затем перевёл взгляд на нас. Парень жадно начал заглатывать воздух, словно ныряльщик за жемчугом, который только что поднялся с рекордной для себя глубины.

— Там... там... творится какое-то безумие! — дрожащим голосом воскликнул он, -наша химичка жрёт физрука!

Сюрреализм вечера зашкаливал. Если бы сейчас в наше убежище ворвался клоун с пыхтящей бензопилой, я бы воспринял это как само собой разумеющееся.

— Что? Ты грибов объелся что ли? Чё ты мелешь? — Алексеев для пущей выразительности похлопал вошедшего ладошкой по лбу.

— Мелет мельница, а я говорю, что видел, — окрысился Фомин, отбрасывая руку одноклассника, выброс адреналина придал ему храбрости, по крайней мере для такого резкого движения, — она впилась в шею физруку, и вроде как... кровь его пила... там в коридоре.

Трудно было представить, как молодая преподавательница химии Вера Антиповна, обладательница пышных форм и невысокого роста в метр шестьдесят, могла завалить нашего физрука Сергея Ивановича. В нём было почти два метра роста и килограммов сто двадцать веса. Физрук работал в школе давно и был не только её гордостью, но и вообще выдающейся личностью в городе. Ему принадлежали все рекорды области по гиревому спорту и некоторые достижения в пауэрлифтинге. Этот бородатый весельчак с первых секунд общения умел расположить к себе. Все уставились на Виталю, как на нищего, волей случая забредшего на званый обед к губернатору.

— Может быть она ему засос ставила, — услышал я из-за спины.

— Идите, сходите и посмотрите сами, если не верите! Там полшколы кровью залито! — Фомин успел отдышаться, но возбуждение не давало ему стоять на месте, он постоянно двигался на месте и жестикулировал.

— Ты хочешь сказать, что наша химичка кровосос? Ну, извращенка она ещё та, но чтобы до такой степени? — я был удивлён новостью не меньше, чем все остальные.

— Химичка же гном с титьками, а физрук подковы руками гнёт! — недоверчиво покосился на Фомина Вовка, — разыгрываешь?

— Вот иди и сам глянь, только учти, что она сейчас его доест и пойдёт искать добавки! Два трупа я сегодня уже видел и не хочу стать третьим! — Фомин сошёл на крик, брызгая слюной, как поливальная установка муниципальной дорожной службы.

Андрюха сделал шаг вперёд и угостил парня хлёсткой пощёчиной, — Не ори!

Действие Алексеева принесло нужный эффект, Виталя остановился, потирая щёку и перестал дёргаться словно обезумевшая марионетка. В туалетной комнате на несколько секунд повисла тишина. Я ощутил себя маленьким ребёнком, которому старший брат сказал, что солнце рано или поздно погаснет. Мне тогда было пять лет. Ночь была бессонной и солёной от слёз. Мысли о том, что мир накроет мгла, я больше не смогу видеть самых дорогих для меня людей и играть с друзьями, стали для меня откровением. С тех пор я ничего так сильно не боялся. Поняв, что жизнь скоротечна и нужно успевать сделать как можно больше, вокруг меня словно образовался защитный пузырь, который всё это время отгонял страх, но сегодня он вернулся. Отогнать его я мог лишь активными действиями.

— Стоп! Успокоились! Хватит истерить. Попробуем рассуждать логически. Допустим, у химички башню сорвало. Она сошла с ума и стала всех кусать, но почему её не остановили, не схватили? В столовой народу человек сто! — стал выдвигать я предположения, перебирая аргументы, способные прояснить картину происходящего.

— Лизка сказала: они — учителя! Может быть, их было несколько? Массовое помешательство? — выдвинул свою гипотезу Вовка, — я читал о подобных случаях в Интернете.

— Мне самому странно, что я говорю это, но, похоже, что наши учителя вампиры, — Андрюха склонился над мёртвым телом Лизы и внимательно разглядывал рану на её шее.

— Кажется, я сплю. Просыпайся, просыпайся, просыпайся, — стал хлестать себя по щекам Прилипало.

— Я серьёзно, — продолжал Андрюха, — в мистику я не верю, но верю фактам. У неё прокус — две аккуратные дырочки. Не разрыв шеи челюстями в несколько зубов, не рваная рана, а именно два отверстия.

Он отступил немного назад, словно опытный патологоанатом, приглашающий убедиться в своей правоте: «Смотрите, снизу следы от челюсти, тут зубы отпечатались, а сверху два прокола.»

Я подошёл к телу и посмотрел на шею. Когда я оказывал Лизке первую помощь, я особо не приглядывался к ране, а сейчас мог это сделать. На шее действительно было всего две ранки, что делало предположение Андрюхи весьма очевидным.

— Допустим, что это так. Что мы знаем о вампирах? — я попытался сконцентрировать усилие наших рассуждений, понимая, что времени у нас в запасе не так много, нужно было срочно искать выход из ситуации в которую мы вляпались.

— Они кровь пьют.

— Света боятся и чеснока тоже...

Неожиданно Вовка хлопнул себя по ляжкам: «А вы не задумывались, почему в нашей школе нет зеркал? Ни одного, даже в столовой. Раньше ведь были, помните? До того момента, как директором стала наша нордическая леди у нас в актовом зале целая стена была зеркальной.»

— И в столовой были зеркала, — добавил Ромка, но к чему ты клонишь?

— К тому, что вампиры не отражаются! Об этом в каждом фильме про кровососов рассказывается, — завершил свою теорию Прилипало.

— Похоже, что фильмы не врут. Давайте взвесим все факты. Зеркал в школе нет — это раз. Все окна тонированы и не открываются изнутри — это два, а значит солнечный свет проникнуть в помещения не может, — я стал загибать пальцы, — кто-нибудь хоть раз видел директрису стоящей на улице днём?

— Да, я видел однажды, — вспомнил Ромка, — она дворника нашего отчитывала.

— Значит она или не вампир, или наша теория не верна. Ты точно её видел на улице? Вспоминай! Она не дымилась на солнце?

— Это позавчера было, она стояла в тени здания...

— Солнца боятся это три! — я загнул ещё один палец.

— Директриса постоянно в школе задерживается и водит тонированный «Land-Cruiser», — вспомнил ещё одну деталь Виталя, — черный!

— Хреново дело, братцы, — шмыгнул носом Вовка, — а ещё в вампиров обращаются все, кого они укусили.

Мы одновременно посмотрели на лежащий труп, ожидая, что Лизка восстанет из мёртвых. И начнёт разрывать нас на части. Перспектива была так себе.

— Встанет она или нет, надо выбираться из этого толчка. — Андрюха расправил плечи, разминая спину.

— Что? Выбираться отсюда? — Прилепало вытянул свою физиономию, — фигушки, вы как хотите, а я тут посижу. Я в принудительные доноры не записывался, меня моя подписота в Интернете ждёт!

— Хочешь тут сидеть — о’кей, — безразлично ответил Алексеев, — просто если мы имеем дело с вампирами, они тут всю школу прочешут и рано или поздно тебя здесь найдут. А если мы попробуем вместе выбраться отсюда, то есть шансы выжить.

— А если вампиры существуют лишь в нашей фантазии и произошло что-то другое… — я замолчал и физически почувствовал как на меня уставились парни, словно ждали, что сейчас я им всё объясню, — короче надо уходить отсюда, но всем вместе!

— Нужно добраться до телефона и вызвать полицию! — предложил свой вариант Вовка.

— И что ты скажешь? Приезжайте скорее, на школу напали вампиры? — Андрюха продолжал свою разминку, на этот раз переключившись на голеностоп.

— Если грабят, кричи пожар! — вспомнил старую поговорку Виталя. — Нам нужно привлечь к школе внимание. Звоним во все экстренные службы и под шумок валим отсюда!

— Для начала нужно выбраться из здания, а потом будем звонить хоть самому президенту, — подкорректировал план Андрюха.

— Как ты отсюда выйдешь? С тех пор, как наш центральный вход директриса превратила в электронную проходную, двери закрываются автоматически, по графику, а карточки-ключи только у охранника и Риммы Карловны, — вернул всех в действительность Ромка, настороженно косясь на лежащий в углу труп.

— Окна? — предложил Прилипало, — может попробуем их выбить?

— Нет, их не высадить, — отверг эту идею Роман, — мой младший братец пробовал. Стрелял из рогатки металлическим шариком из подшипника. Если умеешь правильно юзать рогатку, такой заряд пробивает обычное стекло насквозь, оставляя лишь круглое отверстие. От наших окошек подшипники отскакивают, словно горох от стенки. В рогатках Ромка был эксперт. В детстве он сбивал пролетавших птиц налету, и я склонен был ему верить в этом вопросе.

— Значит, нужно добыть один из ключей, — подытожил я.

— Слышите? — воскликнул Вовка, поднимая вверх указательный палец.

Все замерли и прислушались.

В коридоре были слышны крики, вопли и топот ног. Звуки приближались. Похоже, кто-то собирался спрятаться в туалете и бежал в сторону нашего убежища. Прилипало среагировал на это молниеносно. Он рванулся к двери и закрыл её на щеколду. Дверь стала сотрясаться от чьих-то попыток проникнуть внутрь. Затем шаги стали отдаляться дальше по коридору, туда где находилась женская уборная. Хлопнула дверь.

— Кажись кто-то из наших, — сделал вывод Андрюха и с вызовом бросил, — никто не смеет трогать моих одноклассников в моей школе!

Вовка кинулся вперёд, чтобы помешать Алексееву сделать задуманное, но не успел. Каратист решительно открыл дверь и вышел из туалета. Пару секунд мы стояли, как вкопанные, я не ожидал от своего врага таких решительных действий. Возможно, Андрюха был не таким уж говнюком, каким он мне казался, а может быть просто хотел казаться круче меня. Уж в этом я ему не уступлю!

— Что встали? Пошли! — я последовал к выходу, увлекая за собой парней.

Из рекреации к нам на встречу бежал Лёха Семёнов. Компьютерный гик из «Б» класса. Он был длинный и худой, а потому кличка Шкелет прилипла к нему моментально. Глубоко посаженые в череп глаза были переполнены ужасом. Он спотыкался, отталкивался от пола руками, не сбавляя своего темпа и неистово вопя, продолжал бежать. За ним гналась химичка. Невысокая, плотная женщина с подбородком залитым кровью, которая стекала по шее на белоснежную блузку с ажурным воротником, выглядела безумно. Для своего телосложения она двигалась очень проворно. Босые ноги гулкими шлепками ударялись о пол. Лёгкая, полупрозрачная юбка была подвязана сбоку на бедре, для того, чтобы не мешать бегу.

В два прыжка она сократила пятиметровый гандикап, разделявший её и Лёху. На следующем шаге она оттолкнулась от пола и запрыгнула убегавшему парню на спину. От полученного импульса он начал падать, сделал несколько шагов вперёд, пытаясь сохранить равновесие. Его закружило. Наша химичка обняла Шкелета за шею руками и крепко сжала свою добычу ногами. Её распущенные волосы свободно развивались, а лицо выражало наивысший восторг, словно она кружилась на карусели. Из горла вырывался задорный хрипловатый смех. На фоне ровных белых зубов, отчётливо выделялась пара острых и длинных клыков, изогнутых словно сабли. Никогда не думал, что женский смех может вызвать у меня отвращение. Мы быстро разгруппировались, окружая Шкелета и его наездницу. Опыт уличных драк позволял нам принимать правильные решения за считанные секунды. Один только Прилипало стоял в сторонке, он всегда предпочитал быть рядом с эпицентром события, а не находиться в нём. Драться с женщинами мне ещё не приходилось, я вообще не представлял как возможно поднять руку на девушку. Это было барьером, который сейчас мешал хладнокровно действовать, но как только я вновь бросил взгляд на искривлённый гримасой рот и длинные клыки, то все внутренние противоречия исчезли. Я видел нечеловеческий оскал. Нелюдь хотела убить каждого из нас это читалось в её диком взгляде. Она получала удовольствие от происходящего и с наслаждением перегрызла бы глотку каждому из нас. Я встал в стойку и сжал кулаки.

Андрюха сделал несколько шагов, ускоряясь. Подпрыгнул и со всего размаха врезал нашей преподавательнице ногой в голову. Такой акцентированный и точный удар заставил бы любого человека на время расстаться с сознанием. Шкелет стал заваливаться на спину, увлекаемый вниз вцепившейся в него мёртвой хваткой Верой Антиповной. Тело женщины обмякло, а зрачки закатились за веки широко раскрытых глаз. Такого быстрого исхода поединка никто не ожидал.

— Ну, вот, а вампиры не такие уж и страшные, — Андрюха, хлопнул по подставленной ладони Виталия, — видел бы сейчас меня тренер!

Шкелет барахтался на полу пытаясь выбраться из хватки химички. Она сжимала его ногами словно анаконда, не желавшая расставаться с добычей. Наконец ему это удалось и он, неуклюже перебирая конечностями, «тараканом» отполз в сторону.

— Она тебя не успела цапнуть за шею? — я подошёл и протянул руку, что бы помочь Лёхе подняться.

Парень бешено вращал глазами. Похоже, он не особо понимал, что происходит. Я только собрался влепить ему пару пощёчин, чтобы привести в чувства, как химичка резко приняла вертикальное положение. Она сидела на полу, раскинув в стороны ноги, словно детская кукла. Её зрачки так и не вернулись на положенные для них места, и она смотрела на нас белёсыми слепыми глазами.

— Мать твою, — дёрнулся в сторону испугавшийся Ромка.

— Шилов, разве ты не знаешь, что в школе нельзя выражаться? — улыбнулась Вера Антиповна, оголяя клыки. — А ты, Алексеев, дерёшься, как девчонка. Разве так нужно бить? Смотри и учись!

С этими словами вампирша не меняя своего положения резко вскочила, подпрыгнула к Андрюхе и толкнула его двумя руками в грудь. Он отлетел назад, с треском выбивая из косяка дверь в класс. Хорошо, что старорежимные дубовые двери во время ремонта заменили на тонкие «фанерные», соответствовавшие стандартам евроремонта. Андрюха рухнул внутри кабинета и неподвижно застыл.

— Тварь! — крикнул Виталя, бросаясь на химичку.

Наша преподавательница улыбнулась, поворачиваясь к нападающему лицом. На втором шаге Виталий не вовремя споткнулся и на полном ходу врезался в вампиршу. Со стороны это движение выглядело как красивая блокировка в регби — он плечом врезался чуть ниже её груди и замыкая захват руками увлёк учительницу-монстра за собой. Два тела с грохотом рухнули на пол. Химичка попыталась вцепиться в лицо Витальке пальчиками с острым маникюром, но подскочивший Ромка схватил её за правую руку. Я молниеносно бросился на пол и навалился на левую. Дама под нами рвалась и металась с такой силой, что мы еле сдерживали её напор. Она билась словно рыба, выброшенная на берег мощными рывками изгибая своё тело. Сковывая вампирше движение, мы висли на ней как бульдоги на медведе. Химичка обладала нечеловеческой силой. Мы — тренированные парни, прилагали все усилия, чтобы она не вырвалась. Каким-то усилием ей удалось вывернуть руку из Ромкиного захвата. Я увидел, как пальцы с острым маникюром стремятся выцарапать мне глаза, и приподнял плечо, прикрываясь.

— Ребята, я здесь! — раздался возглас Вовки.

Тело под нами судорожно забилось и обмякло. Я посмотрел на вампиршу. Длинная деревянная указка острым концом через глаз вошла глубоко в череп. За её толстый конец, обеими руками держался Прилипало. Пока мы барахтались на полу, обездвиживая противника, Вовка сбегал в класс, дверь которого вынес своим телом Андрюха, и принёс указку. Я помню, как на уроках труда, классе в седьмом, мы строгали их в промышленных масштабах. Школа была завалена этими орудиями учителей в борьбе с безграмотностью учеников, на годы вперёд. Толстые, длинные и, похоже, из осины. Словно трудовик заранее знал, что кому-то понадобятся такие указки для убийства вампиров.

Мы все приходили в себя после поединка. Вампирша не растаяла в воздухе и не рассыпалась на миллион песчинок, как это часто показывают в фильмах. Перед нами лежало мёртвое тело. Обычный человек, только из застывшего в хищном оскале рта торчали огромные острые клыки.

— А мы ещё удивлялись в своё время, зачем трудовик нас заставляет такие копья стругать, — облегчённо выдохнул Ромка.

— Шкелет, ты живой? — я повернул голову в сторону Лёхи.

Он всё ещё сидел на полу, опираясь на локти и учащённо дышал. Глаза его буквально лезли из орбит, глядя на убиенную нами кровососиху.

— Я смог! Ха! — удивлённый и довольный Вовка запрыгал, потрясая кулаками, словно только что победил на Олимпийских играх. — Я всех спас!

Виталий подошёл к неподвижно лежащему Андрюхе, который начал приходить в себя.

— Ухх, — сморщился он, потирая ушибленный затылок.

— Цел?

Вместо ответа Алексеев молча показал большой палец правой руки вытянутый вверх. Виталя помог ему подняться. Каратист нагнулся вперёд, упираясь руками чуть выше коленей. Отдышавшись, подошёл к трупу.

— Ну и силища у неё, — отвесил он комплимент поверженному противнику.

— Но мы всё равно сильнее, — Вовка размахивал указкой, как мушкетёр, разя невидимых врагов, — возможно, я потомок клана охотников на вампиров! Я чувствую в себе силы!

Он дурачился и хорохорился, словно сейчас участвовал в репетиции для школьной постановки, а не боролся за свою жизнь.

— Автограф не оставите, Владимир Ван-Хелсингович? — саркастически заметил Ромка, и протянул руку к указке, — не машись, дай сюда.

— Ага, щас, — Вовка спрятал своё оружие за спиной, — за автографом в очередь, а мой кол не тронь. Я его потом на eBay продам.

Может быть, это сказывался стресс, но вели себя мы достаточно естественно. Панического страха больше не было. Мы победили опасного врага, и это придавало сил и уверенности в себе.

— Шкелет! На меня смотри, хватит на дохлую химичку пялиться, — прикрикнул я на Лёху, подойдя к нему вплотную и защёлкал перед его лицом пальцами.

Он вздрогнул и отрешённо взглянул на меня, словно видел впервые в жизни. Так смотрят на городских сумасшедших, которые пристают на улицах к людям с глупыми вопросами. Мой одноклассник только что избежал смерти, на его спине катался монстр, о существовании которого до сегодняшнего времени он даже не подозревал, в такой ситуации шоковое состояние было ему простительно. Шкелет в нашей школе относился к категории задротов, забитых тихонь, которые не мог причинить никому вреда, даже в Интернете. Он снова как завороженный уставился на бледное лицо, изуродованное ударом указки и медленно подполз к трупу. Остановившись на безопасном расстоянии он уставился на уродливые клыки.

— Это зубы? — испуганный компьютерный гений, осторожно тянул указательный палец, словно хотел потрогать нос собаки, которую побаивался.

Складывалось впечатление, что Шкелет задавал вопросы сам себе, словно он находился в одной реальности, а все мы в другой, незаметной для него.

— Не боись, не укусит, — съязвил Вовка, хорохорясь и словно герой фильма про кунг-фу мастеров крутанул указкой, — я познакомил её со своей малышкой.

Шкелет продолжал тянуться к мёртвой химичке и в тот момент когда его палец почти коснулся бледной кожи, её зрачок, в оставшемся нетронутом глазе, словно переворачивающийся в воде поплавок резко вернулся на своё место, заменяя пустое белёсое пространство.

Мы отпрянули от мёртвой женщины, готовясь снова отбиваться, но она не шевелилась. Вовка замахнулся указкой, готовый без раздумий повторно пустить её в ход.

— Я сейчас чуть не поседел, — он произнёс эту фразу практически не двигая губами.

— Вы убили её?! Моё почтение!

Мы одновременно обернулись на голос. Перед нами стояла зарёванная Наташка Ламзина. Тушь на её глазах потекла и размазалась, делая её похожей на певицу какой-нибудь готической рок-группы. Этот образ дополняла взъерошенная причёска и вечернее платье забрызганное кровью. Свои туфли на высоком каблуке, она потеряла и стояла перед нами босиком. Это она совсем недавно скрывалась в женской уборной. Услышав и узнав наши голоса, она видимо решила выйти и посмотреть, что случилось. По её щекам скатывались крупные слёзы, благодаря туши оставляя серые дорожки.

— Учителя, — Наташа приблизилась к трупу и опасливо обошла его стороной, — они сошли с ума! Они стали убивать нас. На моих глазах математичка перегрызла шею Семёнову! Это было ужасно! Она ещё сильнее залилась слезами, переживая в памяти недавние события. Виталя протянул ей носовой платок.

— Дурак! Зачем мне платок! — заистерила Наташка, — мы все умрём!

Девушка стала бить Виталю в грудь кулаками, словно он был виноват во всём происходящем. Он сделал шаг ей на встречу и обнял, успокаивая.

— Учителей было десять, — перевёл разговор в нужное русло я, — они разбрелись по школе. Часть из них вампиры. Часть — возможно нет.

— Минус химичка и физрук, — продолжил ход моих мыслей Ромка, — восемь.

— По математике вам пять, а вот по логике — твёрдая двойка! — Опершись плечом на стену, возле границы, где коридор переходил в рекреацию, стоял наш охранник. Увлекшись разговором, мы не заметили как он подошёл.

Я знал, что его звали Серёга. На вид молодой — не больше двадцати трёх лет. Мы иногда перебрасывались с ним парой-другой фраз. Он был весёлым, за словом в карман никогда не лез, комментируя что-либо, мог рассказать «анекдот в тему». Одет он был в свою обычную камуфляжную форму и выглядел весьма праздно для столь чрезвычайной ситуации, что развивалась вокруг. Казалось, что его нисколько не волнует труп на полу, выбитая дверь и наш потрепанный вид.

— Учителей вы посчитали, а официантов и поваров — нет. Почему — непонятно, — Серёга стал медленно приближаться к нам, — охранника вы почему-то тоже приплюсовать забыли. Кто человек, а кто нет? Вот она загадка ценою в жизнь.

Охранник обыденно держал руки в карманах штанов и вальяжно шёл в нашу сторону, словно прогуливался где-то в парке, умиляясь видом молодых парочек, целующихся на скамейках.

Мы, чувствуя новую потенциальную угрозу, стали расходиться в стороны. Прилипало оттащил Наташку подальше за наши спины и встал, загораживая её, поигрывая в руках своим импровизированным оружием. Наверное, он надеялся повторить трюк с указкой и в этот раз.

— Верку, конечно, жаль, но... — обозначил присутствие на полу трупа охранник, — дурой жила, дурой и сдохла. А вам респект и уважуха, так даже интересней...

— Зачем вы это делаете? — выкрикнула Наташка из-за наших спин.

— Зачем, — Серёга широко улыбнулся, обнажая длинные белые клыки, — потому что это весело, интересно и к тому же чертовски вкусно!

— Нас будут искать! Вас арестуют и посадят! — пыталась припугнуть охранника девушка. Но в её голосе совсем не было надежды, он предательски дрожал нотками обречённости.

— Ой, не смешите мои тапочки, они и так смешные, — свои слова охранник подкрепил небольшой пантомимой, ставя свою ногу, обутую в армейские берцы, то на пятку, то на носок и смотря на них так, словно это были Гриндерсы.

— Пропажа трёх классов учеников не останется незамеченной! — поддержал одноклассницу Вовка.

— Конечно, не останется, — согласился вампир, — об этом даже напишут в газетах, покажут по телевизору в новостях, на каждом сайте в Интернете появятся заметки. Возможно, найдут потом козла отпущения и дадут ему по шапке. Так всегда бывает, когда сгорает школа или интернат, или взрывается газ во время корпоратива в офисном здании. Жертвы, обгорелые трупы, брррр, жуть! Что самое забавное, и тела прятать не приходится, — вампир продолжал свои откровения, медленно приближаясь к нам всё ближе и ближе, — вы не представляете, как скучно иногда бывает бессмертным. Всё надоедает. Это у вас, людишек, всё просто. Не успели родиться, как уже пора в деревянный ящик ложиться. Ваша жизнь настолько коротка, что вы не просто боитесь смерти, вы жизни боитесь...

— Не слишком ли сложная схема для убийства? — я перебил откровения охранника-позёра, который хорошо вжился в роль киношного злодея, раскрывающего свои планы героям в конце фильма.

— Для бессмертного существа пара лет ожидания не срок. Зато затраты окупятся удовольствием с лихвой. Вольер для вас мы отстроили превосходный. Вот мне, например, сейчас ничто не мешает развлекаться. Надеюсь, вам тоже.

— Урод! — буркнул себе под нос Ромка.

— За урода ответишь, — с улыбкой на лице заметил вампир, сделав движение рукой с вытянутым пальцем в сторону Ромки, словно стрелял из пистолета, — Фирма организует сафари каждый раз по-новому. Играть роль охранника лично мне было весело, смотреть на вас, выбирать себе поросяток пожирнее! Знаете у вас людей, тоже существуют фермы, где выращивают свинок на заказ. Их выбирают ещё совсем маленькими, такими миленькими и смешными, с мокрыми пяточками. Приезжают даже иногда смотреть как они выросли, а потом увозят домой расчленённую тушку…

— А если кто-нибудь вырвется за пределы здания, тогда о вас узнает весь мир! — Вовка, видимо, точно решил просветить общественность и выгодно продать указку на интернет-аукционе.

— Он и так знает, — усмехнулся Серёга, — из фильмов и книг. Когда-то это называлось легендой, сейчас брендом. Мы сами занимаемся своим промо, потому что именно таким образом можно оставаться незамеченным как можно дольше. Кто поверит россказням про вампиров? Ну, спасся кто-нибудь, прибежал в полицию и завизжал: «Меня только что чуть не съели кровососы!». В лучшем случае дадут пинка под зад, в худшем этот человек попадёт на принудительное лечение. У выживших после пожара частенько психика даёт трещину. Я бы вам статистику показал, да дома оставил, уж извините...

В охраннике было столько позёрства и самолюбования, что казалось, он долго репетировал свою речь, а может быть и говорил её уже не раз. Видимо, бессмертным было на самом деле скучно жить. Неожиданно для себя я обнаружил, что словно заворожён размеренной речью вампира. Я просто слушал его, даже не думая о том, каким образом мне на него нападать. Словно проснувшись, мы переглянулись с Андрюхой и стали расходиться в стороны, окружая противника. Нашему примеру последовали Ромка и Виталя. Шкелет продолжал стоять на корячках, уставившись на мёртвую химичку, словно пытался разглядеть нечто важное в её единственном зрачке и едва слышно бормотал что-то невнятное себе под нос. Видимо парень окончательно слетел с катушек.

— Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана, — вампир стоял, окружённый нами, и, поворачиваясь на месте, тыкал в нас по очереди пальцем, зачитывая считалочку, как неизбежный приговор, — буду резать, буду бить...

Охранник остановил своё кружение напротив Ромки. Зло ухмыльнулся и бросился вперёд. Он двигался мягко, как кошка. В три прыжка оказался рядом с человеком. Ромка нанёс удар рукой, но вампир, продолжая движение, нырнул под неё. Сделал ещё шаг. Прыгнул на стену позади юноши и, оттолкнувшись от неё двумя ногами, полетел на школьника. Кровосос врезался предплечьем в шею Ромке, сомкнул захват второй рукой и, описав круг вокруг человека, словно стриптизёр вокруг шеста, приземлился на ноги.

— И-и-и-ха! — воскликнул он, — должны дать высший бал!

Вампир встал в позу гимнаста, выполнившего соскок со спортивного снаряд, и поприветствовал взмахами руки воображаемых зрителей на трибунах.

Ромка рухнул на пол. Его голова была неестественно повёрнута назад. Мой друг был мёртв. Наташка пронзительно завизжала. Шкелет заскулил, соскочил с места и побежал прочь. Чёртов трус. Я кинулся в атаку, одновременно с этим на охранника набросились Андрюха и Виталя. Алексеев провёл серию ударов ногами, слитую в единую комбинацию, но вампир легко увернулся. При этом он продолжал своё позёрство, уперев руки в бока, и не пытался нас атаковать. Он просто играл с нами. Я попробовал достать его своими ударами, но он легко ушёл в сторону. Виталя бросился ему в ноги, пытаясь свалить на пол. Вампир легко перешагнул его и был атакован вновь. Вовка не лез в драку, поджидал своего шанса. Уличив момент, он со всего размаха, держа указку как копьё, пытался вонзить её в живот вампиру. Кровосос чуть сдвинул туловище в сторону, уходя от атаки, и ребром ладони переломил пополам деревяшку в руках парня, затем пропуская его дальше мимо себя, дал ему хорошего пинка в пятую точку. Прилипало, получив сильный импульс, врезался в стену. Виталя дотянулся до ноги кровососа и попытался его схватить, но охранник с силой наступил на кисть вытянутой руки юноши. Он перенёс вес тела на эту ногу и медленно проворачивался на каблуке. Виталя закричал от боли. Андрюха провел несколько ударов, отгоняя вампира от друга, кровосос уклонился в мою сторону, и я встретил его боковым с правой, но вместо головы неприятеля мой кулак саданул по воздуху.

— С вами интересно, давно не получал такого удовольствия, — вампир запрыгал на месте, пародируя поведение Брюса Ли, и резко бросился на меня. Только благодаря своей боксёрской реакции и рефлексам, я увернулся от двух ударов и подставил предплечье под третий. Один раз в уличной драке, точно так же я встретил удар битой. Синяк потом не сходил две недели. Ощущения были идентичны.

Я ответил боковым, но всего лишь шаркнул вампира по щеке. Тут же вступил Андрюха. Кровосос проскользнул между нами, находясь совсем рядом, но в то же время, оставаясь недосягаемым для наших ударов. Он был идеальной машиной убийства — сильный, быстрый с молниеносной реакцией.

— Лови, — крикнул Виталя, бросая в вампира свой пиджак, — тот на долю секунды отвлёкся на летящий предмет и, пользуясь этим моментом, Алексеев хорошенько приложил противника лоу-киком по голени, сбивая с ног. Вампир начал падать, пытаясь восстановить равновесие, и в этот момент, поймав его на противоходе, я ударил в открывшийся висок.

Акцентированный точный удар сделал своё дело. Височная кость вампира с хрустом вошла в мозг. Он упал, попытался подняться, но Андрюха ударил его ногой в лицо! Движения охранника стали вялыми, он был словно дизориентирован в пространстве. Вампир завалился на спину и посмотрел вверх. Над ним стоял Вовка, держащий над своей головой огнетушитель. Увлечённые поединком мы не заметили, как он сбегал до пожарного щита и вооружился этим тяжёлым предметом. Прилипало со всего размаха опустил своё орудие на лицо вампиру. Ещё, ещё и ещё. Он бил, вкладывая в удары все свои силы и всю свою злость. Кровосос пытался защититься, но движения его становились всё слабее и слабее.

— А это тебе контрольный в голову, — кричал Вовка, нанося удары.

Я поднял с пола обломок указки с острым концом, и установил её на груди вампира в области сердца. Кивнул Вовке и тот, поняв меня без слов, в несколько ударов заколотил колышек в грудину кровососа. Прилипало тяжело присел и отложил огнетушитель в сторону. Из его ноздрей двумя струйками текла кровь, переносица была смещена. Я протянул руки, чтобы поправить ему нос. Вовка, не понимая моих намерений, отмахнулся от меня.

— Дай я нос тебе на место поставлю, он у тебя сломан, — пояснил я, — минут через десять будет гораздо больнее.

— Ты уверен? — недоверчиво спросил он, опасливо отстраняясь от меня.

— Да, твой будет третьим, из тех, что я вернул на место! Сиди спокойно!

— Ай, — вскрикнул Вовка, когда мои пальцы вернули хрящ на место.

Виталька бережно, словно ребенка поддерживал свою скрюченную руку, на которой недавно топтался вампир.

— Кисть полюбому сломана, — поставил ему диагноз Андрюха, — надо бы в больницу.

— Нам бы отсюда выбраться для начала, — буркнул я, глядя на тело Ромки. Мой друг был мёртвым, но внутри меня не было никаких эмоций: ни сожаления, ни гнева, ни чувства удовлетворения, что за его гибель я отомстил, не было ничего, одно сплошное безразличие.

— Давайте уходить, пока все вампиры на шум не сбежались, — предложила Наташа всхлипывая. Она подошла к эпицентру недавних событий и озиралась по сторонам.

— Пусть бегут, я из их тел баррикаду сделаю, — Вовка пыхтел, вытягивая из трупа охранника вбитый кол, после некоторых усилий ему это удалось.

— Блин, он сломался, — Прилипало покрутил перед носом обломок указки, наконечник которой был размозжен. Похоже, что пробив тело насквозь он сломался, упершись в пол.

— Карты-ключа нет, — объявил я результат обыска охранника.

— Хреново. Что будем делать дальше? — Андрюха присел на корточки рядом со мной.

— Дай я посмотрю, — стал шарить по карманам трупа Вовка, не доверяя моим сыскным способностям.

— Нам повезло, что они, — я указал пальцем на каждый из трупов вампиров, — к нам приходили по одному. К тому же нам ещё больше повезло в том, что первая недооценила наши силы, а второй переоценил свои и излишне позёрствовал. С остальными может так не повезти. Ворота закрыты, они откроются автоматически только по времени, в 7-00, когда сработает таймер или принудительно от карты-ключа. Так долго находиться внутри здания кишащего вампирами — равносильно самоубийству. Мне кажется, пора нам добраться до телефона и вызывать помощь: пожарных, скорую, ОМОН, налоговую, санэпидемстанцию — всех. Чем больше — тем лучше.

— Может быть, нам удастся найти надёжное место и спрятаться? — предложил Виталя, — например, в туалете закроемся и до утра там просидим?

— Это чучело говорило, что-то про пожары, — Андрюха кивнул в сторону мёртвого охранника, — возможно рассвета никто ждать и не станет, запалят школу и всё…

— Я не хочу тут сгореть, — пробурчал Вовка, пытаясь осторожно ощупать свой нос, — я вообще не хочу здесь больше находиться.

— Нет никакой разницы куда звонить, главное — сообщить, что в школе заложена бомба, на это должны быстро среагировать, — неожиданно поделилась с нами ценной мыслью Наташка и выдержав несколько секунд перекрёстный огонь наших удивлённых взглядов, пояснила, — недавно в новостях рассказывали. Парень один так пошутил, приехали а бомбы нет. Его родителям штраф выписали… Да чего вы так смотрите, тут же есть бомба! Они хотят школу сжечь, нас не накажут за ложный вызов…

Мы рассмеялись, а единственная в нашей команде девчонка обиженно надула губки. Окружённая опасными тварями в здании, которое в скором времени должно загореться, она беспокоилась о законности вызова представителей силовых структур.

— Нужно прорываться, — предложил я, — неплохо было бы чем-нибудь вооружится...

— Где в школе взять оружие? — Андрюха осмотрелся по сторонам.

— В кабинете труда можно взять молотки, — своевременно предложил Прилипало, продолжая обыскивать труп охранника.

Все удивлённо посмотрели на него.

— Завязывай ты с этим, в карманника превратишься, мы его уже обшарили.

— Вдруг недообыскали, — деловито возразил Вовка.

— Точно, и там, в каморке трудовика единственное место в школе, где висит пожарный багор и топор, — вспомнил Виталя, прерывая нашу перепалку. Это хозяйство во время ремонта хотели выкинуть, но Валерий Серафимович заботливо припрятал его в классе.

— Чего он к нам без ключа припёрся, — вскочил на ноги Вовка и в сердцах пнул труп охранника, — козёл!

Наша школа, если посмотреть с высоты птичьего полёта, имела форму буквы Н. Два четырёхэтажных корпуса между собой соединял широкий переход длинной метров шестьдесят — восемьдесят. С одной стороны вдоль стены располагались раздевалки, огороженные кованой решёткой и разбитые на секции для каждого класса. Чтобы попасть в кабинет труда, нужно было пройти через этот переход. Царство трудовика находилось на первом этаже, там же располагались кабинет домоводства и столовая, где и происходил наш выпускной. Идти туда было равносильно самоубийству, ведь эпицентр кровавых событий находился именно там, хотя скорее всего, выжившие разбежались по всей школе, а вампиры отлавливали сейчас их в разных уголках и это давало нам шанс на успех. Учительская располагалась на втором этаже, а кабинет директора на четвёртом, но в этом корпусе. Мы приняли решение сначала добраться до кабинета труда, чтобы вооружиться, а затем наверх, чтобы добраться до телефона.

Шли мы осторожно. Впереди я и Андрюха, затем травмированный Виталя. Наташа и Вовка, который тащил огнетушитель, замыкали нашу процессию. Выкидывать его он отказался, сообщив, что тот приносит удачу в борьбе с вампиризмом. Издалека до нас доносились визги и душераздирающие крики, сигнализируя о том, что очередного нашего одноклассника достали клыки вампира. Коридор встретил нас пугающим полумраком. На его границе лежал наш физрук, голова его была буквально отделена от туловище и держалась на небольшом кусочке шеи. Из него вытек настоящий океан крови. Наташка взвизгнула, но молниеносная реакция Вовки, который закрыл ладонью её рот, не дала этому визгу превратиться в крик.

— Боженьки, — едва слышно промолвил Виталя, — ему голову практически отъели…

В нескольких местах валялись растерзанные трупы наших одноклассников. Они застыли в странных позах словно пытались закрыться руками от невидимых врагов. Мы старались не всматриваться в их лица. Я не знал кто это. И не хотел узнавать. Нужно выжить и тогда я буду считать тех, кого уже нет с нами… Кровавые следы и целые дорожки из кровяных подтёков выделялись тёмными пятнами на светлом ламинате. А ведь, если бы мы с Алексеевым не пошли выяснять отношения, возможно лежали бы где-то здесь… Наш отряд прошёл уже половину расстояния, как впереди послышались шлепки. Сперва глухие и отдалённые, затем всё более отчётливые и близкие. Мы замерли. Отступать назад или продолжать движение вперёд? Переглянувшись с Андрюхой, я облизнул пересохшие губы, а он плотнее сжал кулаки. Виталя медленно, одной рукой стянул с брюк свой пижонский ремень, с тяжёлой металлической пряжкой в виде кленового листа. Намотал свободный конец на неповреждённую руку. Я слышал от брата, что в армии во время серьёзных разборок солдаты делали так же. Удар пряжкой армейского ремня мог послужить козырным тузом в партии с превосходящими силами противника. Вовка, глядя на Виталика, поставил огнетушитель, проверил свои брюки, которые держались на подтяжках. Не найдя в них ничего, что можно было бы использовать как оружие, тихо выругался и вновь поднял огнетушитель с пола.

Наконец в проходе перед нами появился источник загадочных звуков. Сгибаясь под тяжестью сидящей верхом директрисы, на корячках полз Шкелет. Директриса подгоняла его, шлёпая его по заднице длинной металлической линейкой.

— Тпру, — скомандовала она, сжимая своими сильными бёдрами рёбра Лёхи так, что он взвыл.

Наездница грациозно слезла со своей «лошадки».

Мы стали пятиться. Я упёрся спиной в Виталю. Обернулся. Мы сбились в кучу, потому что Наташка, замыкавшая нашу колонну, пятилась нам на встречу. На противоположном конце коридора стоял Илья Борисович, преподаватель географии. Его лицо от носа и до подбородка было перепачкано кровью.

— Куда торопятся мои ученики? — оскалился он парой уродливых клыков.

— Идите лесостепью в болотистую местность, господин географ, вы у нас даже не преподавали, — храбро выкрикнул Вовка и, удобнее перехватив огнетушитель, добавил, — вы пока отдохните в сторонке, не видите, нас директор вызывает!

— Какое плохое воспитание, — своим властным голосом, лишённым эмоций, произнесла директриса, — Семёнов, ползи в клетку и сиди там, пока я не велю тебе оттуда выходить.

Шкелет, пряча взгляд в пол, забрался в ближайшую раздевалку и с лязгом захлопнул за собой дверь.

— Римма Карловна, вы не отдадите нам ключ от входа? Нам просто смертельно хочется отсюда уйти, — я старался произносить слова максимально спокойно, чтобы не выдать своим друзьям испуга, который с каждой секундой всё сильнее разрастался внутри меня до размеров полноценного страха. Впервые за вечер я ощутил реальность происходящих с нами событий. Перед нами одновременно находилось два сильных противника и я не чувствовал уверенности в нашей победе.

— Нет, ключик я оставлю у себя, а тебя, мой дерзкий мальчик, я, наверное, не буду сегодня убивать. Твой острый язычок мне ещё пригодится. Я увезу тебя в свой подвальчик, где ты послужишь мне во благо науки, — голос директрисы пробирал своим холодом до самых костей.

Она грациозно вышагивала навстречу нам, раскачивая упругими бёдрами. Длинное вечернее платье с глубоким декольте и высоким разрезом делали её похожей на графиню из готического романа. Вполне возможно, что именно она и послужила прообразом для некоторых из них. Узкая юбка — «карандаш», даже не смотря на вырез, изрядно сковывала движение, и это, безусловно, было нам на руку. Географ нерешительно мялся на месте, облизывая губы. Возможно, даже он побаивался нашей директрисы и не мог осмелиться раньше своей госпожи напасть на её добычу. Наверняка Римма Карловна занимала в вампирской иерархии высокое место.

— А может мы с вами побеседуем, а вы пока отдадите ключик ребятам и отпустите их? — продолжал я заговаривать ей зубы, лихорадочно ища пути спасения, но на ум не приходило ни одной нужной идеи.

— Почему бы и нет? Забирайте, — она сняла с шеи золотую цепочку, на которой висела заветная пластиковая карточка.

Такого поворота событий мы не ожидали.

— Забирайте, ну же, чего вы ждёте, — директриса вытянула руку вперёд и покачала цепочку из стороны в сторону на своём пальце. Она была очень красивой женщиной и даже такое простое движение в её исполнении было переполнено сексуальностью.

Мы переглянулись. Вампирша играла с нами. Видимо, эти существа действительно считали себя всесильными... Неожиданно из-за наших спин вышел Виталя и, не доходя примерно метра до вытянутой руки, резко махнул рукой с ремнём. Пряжка зацепила цепочку, Виталя рванул на себя и через мгновение держал в руке заветную карточку-ключ. Директорша от такой наглости взвыла. Виталя сиганул назад за наши спины, а мы с Андрюхой встретили разъярённую директрису серий ударов. За этот вечер мы неплохо сработались в паре. Узкое платье мешало Римме Карловне быстро передвигаться, сковывая её движения, но вампирша компенсировала этот недостаток, вращаясь вокруг своей оси и размахивая руками, как мельница крыльями. Всю прелесть этой тактики вместе с остротой ногтей мы с Андрюхой испробовали на себе, сразу же получив по несколько глубоких царапин. Они были заточены как бритвы, плечо словно укусила оса. Я бросил туда быстрый взгляд. Рубашка была порвана и на ней проступали три кровавые полосы. Наташка завизжала. Географ бежал к ней. Вовка замахнулся огнетушителем и, крутанувшись, как метатель молота, запустил свой снаряд в противника. Кровосос отпрыгнул в сторону и, цепляясь за решётку раздевалки, не сбавляя скорости, продолжил, передвигался по вертикальной плоскости. Он спрыгнул вниз, оказавшись перед Наташкой. Девушка, весь вечер не выпускавшая из рук косметичку, достала из её недр газовый баллончик и пустила струю в улыбающуюся рожу вампира. Тот завизжал и задрыгал ногами, как истеричная девочка, которая таким образом пыталась выпросить у мамы новую куклу. Вовка с разбегу толкнул его в грудь, и вампир отлетел через открытую дверь внутрь раздевалки. Виталя захлопнул её за ним и закрыл на засов снаружи. Географ скулил и катался по полу, держась руками за лицо, словно его облили серной кислотой.

— Ты чего раньше не доставала баллон? — заорал Вовка, отбирая у девушки оружие, и осторожно стал приближаться к беснующейся директрисе, продолжавшей терзать нас своими ногтями.

— Я… — хотела сказать что-то в оправдание Наташка, но не успела.

Со стороны входа, откуда недавно вышел географ, появилась биологичка с окровавленным оскалом и побежала в нашу сторону.

— Бери ключ, беги отсюда, зови на помощь, звони, куда только возможно! — Виталя вложил карточку в ладонь девушки, легонько подтолкнул её и, раскручивая свой ремень, встал на дороге у нового противника.

Наташка промчалась мимо директрисы, которая уже получила струю из баллончика в лицо и пропускала удар за ударом.

***

Коридор закончился, перейдя в просторное фойе. С левой стороны находились кабинеты труда и домоводства, с правой стороны столовая. Впереди — выход! В центре помещения лежал парень с распростёртыми руками. Наташка сбавила темп и осторожно, словно боялась разбудить спящего, перешагнула через труп. Вот и дверь. Она провела карточкой по считывающему механизму. Устройство пикнуло, мигнув красной лампочкой. Неудача. Девушка перевернула карточку и попробовала опять. Начала неистово водить ключом взад и вперёд.

— Ну же! Давай! Открывайся! — закричала она, словно это могло ей как-то помочь.

Было обидно остаться здесь в этой западне, находясь в шаге от спасительного выхода. Наконец щёлкнул механизм замка. Навалившись плечом, девушка с трудом отодвинула в сторону массивную дверь. Летняя ночь встретила её теплом, шелестом листвы на ветру и далёкими воплями гуляющей молодёжи. Через квартал отсюда находилась ещё одна школа, и там тоже праздновали выпускной. В небе сверкали выстрелы салюта, похоже, веселье там было в самом разгаре. Наташка спустилась с высокого крыльца и побежала в сторону дороги, которая проходила совсем рядом. За продуктовым павильоном стоял полицейский автомобиль. Патрульные часто дежурили здесь. К ночному магазину стекались любители выпить, а свет фонаря перед ним помогал блюстителям закона выбрать наиболее пьяных и менее опасных для задержания лиц. Таким нехитрым способом, находясь в засаде, они постоянно выполняли план по количеству задержанных алкашей. Наташка подбежала к машине и со всех сил заколотила по стеклу. Служитель правопорядка от неожиданности вздрогнул, увидев девушку в таком потрепанном виде.

— Откройте! Там! Нужна помощь! Скорее! — зарыдала она ни то от счастья, что выбралась из школы, ни то от навалившихся переживаний.

— Что случилось? Успокойся! — ошалело смотрел на неё вышедший из автомобиля полицейский в звании сержанта. Он смотрел на девушку так, словно она была привидением.

— Скорее! Там маньяк! — на ходу придумала более правдоподобный повод Наташа, чтобы её не приняли за сумасшедшую с рассказом о вампирах. Он убивает моих одноклассников!

Из машины вышли ещё два сотрудника полиции. Один из них откусил от бутерброда, наклонился в кабину и оставив его там, достал с сиденья автомат.

— Так, Михаличенко и Петров, — бегом в школу! Я вызову подкрепление, — распорядился старший наряда.

Полицейские резво убежали в школу, готовя на ходу оружие к бою. Оставшийся блюститель закона помог девушке сесть в машину на пассажирское сидение, сам сел на место водителя. Девушка откинулась назад и повернула голову в сторону школы. Там остались её одноклассники, многие из которых были уже мертвы. Ей повезло. Она выжила. Ребята пожертвовали собой, чтобы она выбралась наружу. Теперь она должна им помочь, девушка была уверена, что полицейские быстро справятся с вампирами.

— Успокойся, самое страшное уже позади, — улыбнулся сержант и подмигнув девушке, обнял её одной рукой.

Наташа наконец-то почувствовала себя под защитой. Полицейская машина казалась ей броневиком, который оградит её от любой опасности. Ужасы кровавого выпускного остались позади. Ей казалось, что всё это произошло с ней пару лет назад. А может быть и не с ней? Может быть всё это воспоминания о фильме ужасов, который она посмотрела. Сейчас она доберётся домой, выспится, а утром снова встретится со своими школьными подружками. Рука полицейского была тёплой, он осторожно, словно боясь разбудить младшую сестрёнку, уснувшую на плече гладил её по голове, утопая пальцами в девичьих волосах.

— Успокойся, девочка, всё закончилось, — ласково сказал сержант, — я всегда Карловне говорил, что во время сафари подстраховка не помешает.

Полицейский резко схватил девушку за волосы. Наташка вскрикнула от неожиданности и боли. Он оттянул голову в сторону оголяя шею девушки и бешено пульсирующую под кожей артерию. Два белых клыка, стремительно увеличиваясь в размерах, пронзили её плоть.

Комментариев: 5 RSS

Вау! Это божественно.

Немного не по теме, мне кажется.

Есть противоречия, которые портят впечатления.

Но как преподнесено, как описано. Очень вкусное произведение.

А что, бодрый такой экшн. Эдакий "От заката до рассвета" на местном материале. Стиль несколько шероховатый, где-то это смотрится достаточно органично, как незамысловатая манера изъясняться героя-подростка, где-то спотыкает. Например, два раза почти одними и теми же словами упомянута форма здания школы. Или вот заместительные синонимы попадаются неудачные. "Школьник" для контекста протагонист-одноклассник звучит неуместно.

Но в целом бодро, динамично, задорно. Я, правда, всё ждала, когда ботаника-очкарика посадят хакнуть систему контроля дверей (или он хотя бы коротыша догадается пустить на распредщит). Впрочем, история про спортсменов, а не про олимпиадников по физике, так что логично всё.

Жёсткий "экшн"!:) Напоминает американский ужастик. Было бы неплохо,если бы рассказ кто-нибудь отредактировал.

Первое впечатление – страшный сон выпускника. Когда уже – слава богам! – все параграфы, контрольные, топтания у доски и экзамены за спиной, когда – вот она, свобода!.. Ан нет. Мечта вырваться из стен школы рушится, погребая под кровавыми обломками всех и каждого.

Но при том реалистичность хороша (черт, я узнаю свою школу!), и экшн, и акцент на интересах выпускников, не особо умничающих, но в целом и неглупых. Немного затянутыми показались сцены, где они размышляют сидят… а потом – подхватываются, будто вспомнив об опасности, - и бежать! Забавно. А с другой стороны – очень логично и "беспалевно" выстроен "вольер". Идеальное преступление.

Сам текст требует редактирования, шлифовки, но в целом, при беглом прочтении в пылу отчаянного бегства и битв – вполне читабелен.

Довольно нудное, медленное и суховатое начало... Зато с середины идет вполне бодрый и динамичный экшн:) Герои живые, диалоги вполне естественные.

Рассказ цепляет и запоминается, несмотря на обилие штампов и большое число ошибок в тексте. Этакий наш ответ "Факультету" Роберта Родригерса.

Вычитать бы... и изменить начало: сократить, добавить динамики. А лучше вообще начинать с экшн-сцен, раз уж такой "боевиковый" рассказ. А уже потом вставить отступление с предысторией.

Автору удачи!

Обсуждение

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация  Facebook.

(обязательно)

⇑ Наверх
⇓ Вниз