Роман «Эффект крови» (ознакомительный фрагмент). Мария Устинова


Рубрика: Трансильвания -> Романы
Эффект крови
 
Аннотация: Когда охотница на вампиров Яна вышла замуж за вампира, ее жизнь превратилась в ад. Что заставило ее решиться на этот опасный шаг? Нелюбимый муж ведет свою игру, в которой она становится пешкой, и когда он бесследно исчезает, у Яны остается два пути: найти его и отвести от себя беду, или всю жизнь прятаться от кровожадных хищников. Что она выберет? Сумеет ли избежать смерти и разорвать брачный договор или навсегда останется связанной брачными узами?
Автор: Мария Устинова

Глава 1

Платье для меня выбрал муж: огненно-красное и вызывающее.

— Ты должна произвести впечатление, Яна.

Я промолчала. Выбор в пользу красного он сделал не потому, что цвет мне подходит — Эмиль был вампиром. Интересно, что бы на это сказал старый добрый Зигмунд Фрейд?

Обычно, охотники не получают приглашения на вампирские вечеринки, но я шла туда как жена Эмиля. Никто не знает, кто я, кроме виновника торжества — главного вампира города.

Его называли мэром, хотя к официальным властям он не имел отношения — просто название для главного кровососа. Нас с Эмилем он считал своей лучшей шуткой за последние три года. На самом деле шутка была злой, и мэр города Всеволод заслужил кол в сердце.

На парковке перед клубом я сглотнула холодный ком и постаралась выглядеть по-светски. С вампирами сложно, но с волками жить — по-волчьи выть. В «Фантом» я вошла ровной походкой.

В фойе женщины снимали дорогие пальто перед зеркалами. От света и духов кружилась голова. Я мельком взглянула на отражение: обычно смуглое лицо побледнело, темные глаза выглядели затравленными.

Эмиль держался спокойно. Я взглянула в его сторону и он ласково улыбнулся.

Мы не слишком похожи и дело не в том, что он вампир. Кажется, его отец был немецких или шведских кровей и это на нем отразилось: широкое лицо, серые глаза, светлые волосы. Я темноволосая и не такая породистая. Если бы он мог выбирать, на моем месте оказалась бы эффектная вампирша, а не я.

Муж помог мне раздеться. На публике он всегда такой — импозантный и заботливый. Я осталась в красном платье, в котором чувствовала себя неловко. Ладони вспотели, а виски пульсировали, словно перед приступом мигрени.

— Улыбайся, — велел он.

Я послушно растянула губы.

Он мной помыкает, но приходится терпеть. В глубине души я не могла с этим смириться, но Эмиля не впечатлял мой внутренний стержень. Чтобы впечатлить вампира, его нужно как минимум избить до смерти. И то, что я охотница, его только раззадоривало или бесило в зависимости от настроения.

«Бывшая охотница», — напомнила я себе, и вошла в гостеприимно распахнутые двери банкетного зала.

Всеволода я вычислила сразу, спасибо многолетней привычке выделять лидера. Пальцы Эмиля крепко сжали запястье — тоже его заметил. Мэр даже не взглянул в нашу сторону, окруженный гостями.

Пытаясь отвлечься, я заказала шампанское. Терпеть его не могу, но Эмиль запрещает пить крепкое, а на красное вино у меня аллергия — как и на все красное.

Приглашенные заходили в зал, вечеринка была на той стадии, когда гости не знают, чем заняться и выискивают знакомых. Мы с Эмилем чужие на этом празднике жизни, вечер организовали не для нас. Потягивая ледяное шампанское из запотевшего бокала, я рассматривала мэра.

Высокий, черноволосый — от человека не отличишь, пока не улыбнется. Ему около сорока, как моему мужу, и выглядит он на столько же.

Мэр не приветствовал гостей, наоборот, все стремились к нему: улыбались, льстили, заглядывали в глаза. Он стоял в компании двух людей — парня и девушки. Уверена, они не вампиры. Иногда сложно распознать кровососа, но эти блондинчики из другого теста — очень даже человеческого.

Отличить вампира от человека можно только опытным глазом. Эти паразиты маскируются под нас. Каждому в рот не заглянешь, а официально вампиров не существует, так что у них это неплохо получается.

Но у меня были свои секреты. Во-первых, поведение. Хищник всегда держится чуть иначе и если прожить с одним из них три года, вы эту породу в темноте вычислите.

Во-вторых, общение. Вампиры не слишком улыбчивы и смотрят в глаза только равным. Если вы не можете поймать взгляд собеседника, который рыщет глазами вокруг, а вас презрительно игнорирует — проверьте у него пасть. Людей они не боятся, часто не принимают в расчет и вам придется потрудиться, чтобы привлечь их внимание. Повезло, что людей намного больше, им приходится с нами считаться и терпеть, чтобы жить в цивилизованном обществе, а не где-нибудь в лесу. Парадокс, вампиры притворяются нами, но не уважают ни капли.

Девушка в голубом платье с блестками сияла на весь зал. И я еще думала, что мое платье яркое. Одеты, как на вечеринку, но выглядят по-деловому. Я встретилась взглядом с блондинкой, она что-то сказала парню, а он передал мэру.

Нас ждали?

Я чуть не выронила бокал: Всеволод оглянулся. Прекрасно, просто замечательно — он действительно нас ждал. Надеюсь, не для публичного унижения?

— Он смотрит на нас, — прошептала я.

Эмиль понял, о ком я.

— Не волнуйся, — его рука легла мне на поясницу. — Все в порядке. Пей и улыбайся.

Я отпила из бокала. В нашей семье строгий порядок: Эмиль говорит, я подчиняюсь. Первые полгода совместной жизни способность говорить «нет» еще была, но у Эмиля тяжелая рука. Лучше не нарываться.

Общие беды, казалось, должны нас сблизить, но увы. Между мной и Эмилем такая же пропасть, как между мной и мэром. Мы враги.

Поладить с волнением я не могла, и наощупь начала перебирать в сумочке мелочь.

— Убери руку, — сказал Эмиль.

Наверное, со стороны это выглядело, будто я пытаюсь нашарить там оружие — мой муж как всегда предусмотрителен. Мы и так завладели вниманием блондинистой парочки, которые с мордами злых телохранителей стояли рядом с мэром.

Я покорно застегнула сумочку и пошла за Эмилем.

Чем ближе мы подходили, тем плотнее становилась толпа. Запахи дорогих духов убивали последний кислород. Хватка на талии стала жесткой, словно Эмиль боялся, что я сбегу. Нам уступили дорогу: подойти, улыбнуться, поздороваться — и свободна. Я постаралась взять себя в руки.

Чтобы отвлечься, я разглядывала блондинчиков, и вблизи уловила внешнее сходство — брат и сестра? Раньше я их не видела. Значит, недавно в городе и сразу попали в плохую компанию.

Мы оказались перед мэром, и он улыбнулся. Я заметила клыки и отвела взгляд.

Дорогой костюм, стрижка — все говорило о богатстве, даже красивый загар, который тоже наверняка влетел ему в копеечку.

Вопреки легендам, вампиры не боялись света, хотя сумерки и темнота нравились им больше. Но в общество вписаться трудно, если выходишь только по ночам. Эмиль весь день пропадал в своей компании, зарабатывая на жизнь. Не думаю, что сотрудники догадывались о его происхождении.

— Эмиль! Рад тебя видеть… Как поживаешь? Как жена? — он взглянул в мою сторону.

Я вымученно улыбалась, чувствуя, как пол уходит из-под ног.

Боль в спине привела в чувство. Пальцы Эмиля слишком сильно впились в мою костлявую поясницу, и я переступила, пытаясь ослабить хватку. Если бы мы не оказались в центре внимания, получила бы от Эмиля по заднице. Вместо этого он ослабил напор, чтобы я не ерзала.

— Конечно, все прекрасно, — ответил Эмиль с таким чувством, будто сказал правду.

На самом деле он благодарен мэру за тайну моего прошлого, иначе его деловая репутация оказалась бы под угрозой. Женат на охотнице, какой позор! Эмиль всей душой ненавидел мое плебейское, по его словам, происхождение. Родиться вампиром тоже не бог весть какая роскошь, но муж считал себя образцом для подражания, и иного мнения не терпел. Искусству компромисса пришлось учиться мне.

Я наблюдала, как они обмениваются любезностями и страшно становилось, как легко и непринужденно лгут вампиры.

Говорить — не мое дело. Раньше Эмиль вообще запрещал открывать рот, боялся, ляпну глупость. Все, на что я могла рассчитывать — вежливые улыбки. А я радовалась, что меня избавили от общения.

Эмиль и Всеволод пожали друг другу руки, ненависть в их глазах стала почти осязаемой — одно неверное слово и будет труп.

Муж, наконец, потянул меня прочь. Нас провожали взглядами. Вампиры видели, что мэр выделил нас среди гостей, но не понимали почему.

Наше место заняла другая пара.

— Можно мне отлучиться? — тихо спросила я.

— Замолчи.

Уловив злость, я решила держаться на расстоянии. Вряд ли он начнет распускать руки на публике, но нужно быть осторожной.

Эмиля взял меня за шею и чуть сдавил. Он привлек меня, наклонился, но я дернулась, как от укуса змеи. Сложно одновременно бояться и придерживаться образа счастливой супруги.

Он силой удержал мою голову и коснулся губами виска.

— Ладно. Про нас забыли, уходим.

Вот и все. Экзекуция подошла к концу. А я боялась.

В «мерседес» я садилась с тяжелым сердцем. Казалось, я сделала что-то не так, и Эмиль зол. Я пристегнулась и притихла. Когда мы выезжали с парковки, я смотрела в окно — на фасад «Фантома» в разноцветных огнях. Вывеска сияла и подмигивала кроваво-красным неоном.

Эмиль следил за дорогой, и я скрестила на удачу пальцы. Если повезет, обо мне до самого дома не вспомнят.

Неожиданно он сказал:

— Я уеду на несколько дней.

Я вопросительно оглянулась, но не спешила задавать вопросы. Эмиль страсть как их не любит.

— В пятницу вернусь.

— Когда ты уезжаешь?

— Завтра вечером. Ты поняла, что я сказал?

Эмиль считал меня полной дурой, или ему просто нравилось, когда я послушно повторяю указания.

Завтра понедельник, значит, мы идем к Ренате.

К несчастью, посещение психоаналитика обязательное условие нашего брака, личное распоряжением мэра. Раз в две недели мы шли в уютную частную клинику, и отчитывались о наших делах. Эмиль подозревал, что Рената самозабвенно стучит на нас мэру. Я с ним соглашалась.

За три года мы ни разу не пропустили встречу.

— Ты не забыл, что завтра нам назначено у Ренаты?

— Приеду пораньше с работы и сходим, поэтому дождись меня. Никуда не выходи. Мне еще раз повторить?

— Я все поняла, — быстро ответила я, пока Эмиль не взбесился.

Он довольно улыбнулся, а я собралась с духом и промямлила:

— У меня завтра дела, — вышло на редкость жалко, и я разозлилась. — Завтра тренировка, так что мне придется ее отменить или…

Я тут же поняла, какого дурака сваляла.

— Отмени, — равнодушно велел Эмиль, аккуратно вписываясь в поворот.

Свет фар скользнул по стенам подворотни, и мы въехали во двор. Эмиль припарковался напротив подъезда и вылез из машины. Тихо злясь, я последовала за ним.

Осенний ветер всколыхнул пальто, в тонких чулках было холодно. Вечерний наряд не слишком удачный выбор для поздней осени. Я ждала, пока Эмиль загонит «мерседес» в гараж, и пыталась набраться сил, прежде чем отстаивать свои права.

Конечно, он и в грош не ставит мою работу, если вообще о ней помнит, но для меня она важна. Я была тренером по баскетболу в местной школе, и пусть денег она приносила меньше, чем морального удовлетворения, зато у меня в активе числилось первенство на городских соревнованиях и кубок, бережно хранимый в кабинете директора школы.

Эмилю, конечно, на это плевать.

Поднимаясь по лестнице, я все еще укоряла себя за бесхарактерность. Буду мучиться весь вечер, но слова не скажу против. Сколько раз такое было.

Квартира принадлежала Эмилю и об этом напоминала каждая частичка дома: от ремонта до чашек на кухне. Все соответствовало его вкусам. Я сразу же ушла в свою комнату и захлопнула дверь. У нас разные спальни с первого дня брака и только здесь я чувствовала себя в безопасности.

Я подошла к окну и отдернула штору.

Ночной пейзаж успокаивал. Из окна виднелся одинокий фонарь у подворотни, дорога, а за ней россыпь огней. Я люблю вид ночного города. Помогает сосредоточиться. Честно.

Я опустила взгляд и против воли улыбнулась. Спрятавшись за шторкой, в углу стояла фигурка Боба Марли. Одна из немногих вещей, которые я принесла в дом Эмиля. Статуэтку я прятала за шторкой, потому что если он увидит «эту безвкусицу», статуэтка полетит в мусорное ведро.

При виде карикатурной улыбки стало легче. Жизнь прекрасна — улыбался Марли. Иногда я и сама так считала.

Утро выдалось солнечным. Эмиль ушел на работу до того, как я проснулась, а когда его нет у меня всегда хорошее настроение.

На часах почти полдень, и если я не встану — опоздаю на тренировку. Я отбросила одеяло и сползла с кровати.

Уже под душем я вспомнила, что сегодня мы едем к Ренате. Раньше пяти Эмиль вряд ли освободиться, а меня не будет всего три часа. Если вовремя вернусь и буду искренней, то смогу убедить его, что никуда не выходила.

Я высушила волосы феном, схватила пиджак и выбежала за дверь. До школы идти минут двадцать — проветрюсь и немного приду в себя.

Погода оказалась лучше, чем казалась. Люблю осень за прозрачный воздух, сочетание тепла и прохлады, и запах листьев. Дворник сгреб их в кучи, но ветер потихоньку разносил по дорожкам и детской площадке.

Я пересекла двор и вышла на проспект. Здесь оживленно — центр города, мне надо подняться наверх, свернуть в переулок и через вишневый сад выйти к школе. Хорошая прогулка.

Я не торопилась, стараясь растянуть удовольствие. Последние три года это чувство редко меня навещало. Медленным шагом я шла по тротуару и безотчетно улыбалась, разглядывая прохожих. Привычка охотника — подмечать детали.

Именно это меня и выручило. Через дорогу параллельно мне двигалась девушка в джинсах, кроссовках, и жакете от делового костюма. Что-то в облике показалось знакомым, и я нахмурилась.

Ах вот оно что — мы похоже одеты. На мне тоже кроссовки, джинсы, и пиджак, но я иду на тренировку, а она?

Я пригляделась внимательнее: девушка молодая, но одета плохо, пиджак, застегнутый на одну пуговицу, велик на размер-другой, волосы уложены в косу, плотно прилегающую к голове. Она напоминала меня до того, как я вышла замуж.

Охотница? Я не знала, что делать — поддаться подозрительности и убедиться, или идти по своим делам? Я подошла к газетному киоску, исподтишка наблюдая за той стороной дороги.

Вампиры цивилизованны, но иногда они не могут сдержаться. Еще они иногда слетают с нарезки и сходят с ума. Потом в прессе появляются сообщения о пропавших без вести и серийных маньяках. Но вампира не поймать, если не знаешь, кто он. Вот для таких случаев и нужны охотники.

Я, конечно, имею в виду настоящих охотников.

Иногда ими называют людей, которые просто знают о реальном положении вещей, и пытаются примазаться к нашему жестокому, но притягательному мирку. Вампиром нужно родиться, но охотником можно стать. Не знаешь, как ответить на вопрос о том, кто ты — называйся охотником. Документы проверять не будут. Таких самозванцев среди нас много. Я всегда хотела большего — попасть в тот, первый список. Жаль, не вышло.

В наше время охотники чаще сами работают на вампиров, чем выступают против них. Сами понимаете, деньги нужны всегда.

Интересно, кто она такая? Девушка зашла в посудный магазин «Федорино горе» с большим окном во всю стену. Не думаю, что за посудой.

Школа отменяется. Если бы она шла себе дальше, я бы успокоилась, но стоило мне остановиться, как ей сразу понадобился ближайший магазин. Охотники не верят в совпадения — экономит время.

Я дошла до остановки, потолкалась между людьми, но в автобус не села. Если бы я хотела оторваться, это одно, но я собиралась наблюдать за наблюдением. Из магазина просматривался участок проспекта, тут не спрячешься, а мне нужна толпа и еще — как-то перебраться через дорогу. Ладно, девчонка совсем молодая и вряд ли многому научилась.

Вернувшись к киоску, я встала в короткую очередь. Меня закрывала стеклянная автобусная остановка, афишная тумба, и туда-сюда снующий народ. Я купила журнал, обогнула киоск и быстрым шагом свернула в переулок.

Пока она будет искать меня, я успею выйти ей в хвост. Сунув подмышку свернутый журнал, я рванула на квартал назад по параллельной улице и очутилась почти у самого дома. На светофоре я с трудом дождалась зеленый свет, перешла дорогу, спокойным шагом вернулась к посудному магазину и уселась на скамейку.

Надеюсь, она не поняла, что я смылась.

Но меня ждало разочарование: в магазине, насколько я видела, никого не было. Зато вокруг газетного киоска на той стороне бродил другой охотник, и в этот раз я не сомневалась. Я его знала. Это охотники и они пришли за мной.

Лазарь бы не вернулся просто так. Он жил в других местах и зная его, я так и говорю — местах, потому что подолгу он нигде не задерживается. Нет, он не дауншифтер. И не путешественник. Он просто напорет косяков в одном городе, и бежит в другой. А у нас он уже был. Так какого черта ему надо?

Я вскочила со скамейки и спряталась за каркас остановки.

Охотник оглянулся и начал спускаться по проспекту, быстро, почти бегом. Я легко следила за его высокой фигурой в серо-зеленой парке. Из-за киоска вынырнула уже знакомая девушка и пошла наверх.

Меня ищут, не понимая, сами упустили или я их обошла. Лазарь отправился проверять меня на хитрость, а девушка — исправлять свои ошибки. Отлично. Я перешла дорогу по «зебре» и пошла за девчонкой. С ней я справлюсь. Но уже через пять минут охотница перешла дорогу и направилась обратно.

Я остановилась: следить за обоими я не смогу, меня обязательно заметят. Пойду-ка я на тренировку. В конце концов, мне за это деньги платят.

Значит, Лазарь в городе. Он знает мой адрес, но не образ жизни, иначе они с напарницей не метались бы по улице, а разделились и один ждал бы меня возле школы, а второй искал. Что им нужно? Я не видела Лазаря много лет и с удовольствием не видела бы еще столько же.

Настроение испортилось. Раз он здесь — у меня будут проблемы, только я еще не знаю, какие.

Перед крыльцом школы крутились подростки с рюкзаками, судя по росту — из моих.

— Так, — зарычала я, поднимаясь по ступеням. — Почему не в зале?

— Яна Сергеевна! — ребята взбежали за мной по лестнице. — Вы на полчаса опоздали! Наши уже разошлись.

— Почему? — удивилась я. Ладонь уже зависла над ручкой двери и, сдвинув рукав, я посмотрела на часы. — Да всего на двадцать минут задержалась! Вы сами не могли поиграть?

Володька начал возмущенно загибать пальцы:

— Ключ вы не оставили — раз, и Иван Савельевич мяч без вас не дает.

— Давайте на другой день перенесем, — предложил Игорь.

— Только не на воскресенье!

— Давайте так — в четверг, — предложила я.

— Семь уроков!

— Вот и прекрасно, баскетбол будет восьмым! Ребята, серьезно, у меня времени нет. Приду в четверг, и решим, остальным не забудьте передать. И вот еще… отсюда можно выйти через задний двор?

Игорь удивленно поднял брови.

— Через гаражи.

— Только там шиповник, — вставил Вовка. — Колючий.

— Ничего. Спасибо, ребята. До четверга!

Я обогнула школу, прорвалась через заросли шиповника и вышла к гаражам. Не хочу снова встречаться с Лазарем. Не знаю, что старый друг от меня хочет, но я не вооружена, так что домой не пойду. Там подворотня темная. И даже консьержки в подъезде нет.

Посомневавшись, я набрала номер подруги. Надеюсь, в выходной она дома.

Ольга распахнула дверь, как душу, и пропела:

— Как дела?

Мы с ней, как негатив и фото, абсолютно непохожи. Она невысокая, пухлая, с мягкими ладошками и светлыми волосами, а на лице всегда лучистая улыбка. Ольга предпочитала вязаные юбки и шали, старые комедии и лохматых кошек. У нас не было ничего общего, кроме одного факта, на почве которого мы и спелись — ей тоже насолил мэр.

А еще мы обе посещали Ренату, где и познакомились. Я была рада подруге, посвященной в нюансы ночной жизни и при этом не имевшей ко мне претензий.

— Не скажу, что хорошо.

— Заходи. А что случилось? Эмиль наорал?

— Можно подумать, он когда-то не орет.

Я прошла на кухню — маленькую, но симпатичную. Люблю бывать у Ольги, здесь уютно, а главное, безопасно. Старый стол со скатертью, цветной абажур, расписной чайный набор — все, как на кухне у бабушки.

Она села напротив и принялась разливать чай.

— Ты же в школе должна быть. С мужем поругалась?

Я задумчиво пододвинула чашку, и спросила:

— Помнишь, я рассказывала про Лазаря?

— Смутно, — призналась она. — А что?

— Охотник, который меня сюда привез. Я его видела.

Ольга нахмурилась, но попыталась сделать вид, что все в порядке, ломая шоколад на подносике и запивая чаем.

Я продолжила:

— Он за мной следит и не один, с какой-то девчонкой. И если бы она не ошиблась, я бы их не заметила.

— Думаешь… это с Эмилем связано? — неуверенно предположила она.

— Не знаю.

— Ты ему рассказала?

— Не уверена, что нужно ему говорить. Лазаря три года не было… С тех пор, как… Ну, ты помнишь?

Ольга помнила, я поняла по выразительному взгляду.

— Если он набрался смелости вернуться, это что-то значит.

— Скажи Эмилю. Пусть разбирается. Я уверена, охотники ничего тебе не сделают.

— Мне бы твою уверенность. Я его знаю, он бы не сунулся сюда после такого просто так.

Глаза Ольги забегали. Она не любила острых ситуаций. После того, как мы дружно вляпались, она зажила тихо, зализала старые раны и только я напоминала ей о старой истории.

Мне из этого мира оказалось не так просто выбраться.

— Уверена… все будет хорошо, — пробормотала она, но уверенной совсем не выглядела.

Я ободряюще улыбнулась и сменила тему. Мы болтали о пустяках, пока день за окном не начал блекнуть. Эмиль скоро будет дома, и чем дальше я оттягиваю неприятный разговор, тем хуже.

— Надо позвонить Эмилю, — вздохнула я и достала мобильник. — Мы сегодня едем к Ренате.

Ольга сморщилась: к ней давно потеряли интерес, но она прекрасно помнила эту стерву.

Я набрала номер и затаила дыхание. Он ответил мгновенно:

— Да?

— Эмиль? Ты не мог бы заехать за мной к Ольге? Я не дома…

Он молчал несколько секунд, словно соображал, о чем это я вообще.

— Хорошо. Приеду, поговорим, — он отключился.

Дрожащими руками я сунула трубку в карман, и медленно выдохнула. На первый взгляд все прошло нормально, он даже голоса не повысил, но я прекрасно знала его «поговорим».

Эти «разговоры» заканчиваются плохо.

Ольга следила за мной сочувствующими глазами.

— Послать бы твоего Эмиля далеко-далеко, — тихо сказала она, и я приложила палец к губам.

— Тсс, у меня раньше тоже был длинный язык, за что и расплачиваюсь. Так что не говори глупостей. Ты знаешь, я пробовала договориться, я пыталась, но Эмилю все равно… Если бы я могла… Давно бы от него избавилась.

Я тряхнула головой, обрывая себя. Надоело говорить об этом, думать, и мучать себя. Эмиль скоро подъедет, пора спускаться, если я не хочу заставлять его ждать.

А я не хочу.

Я скорчилась на сидении, зажав ладонью горящую щеку. На Эмиля я старалась не смотреть, да он и не интересовался мной, поглощенный дорогой.

Оплеуха была крепкая. Не знаю, мое непослушание тому виной или еще что. Хорошо Ольга не стала меня провожать и не видела этой сцены.

Это несправедливо, черт побери, он даже меня не выслушал.

Я собралась с духом, убедилась, что контролирую себя и твердо сказала:

— Эмиль…

— Заткнись.

— Я осталась у Ольги, потому что не могла вернуться домой. За мной следят охотники.

— Ты вообще не должна была выходить. Хватит.

И все? Никакой реакции?..

— Я видела Лазаря.

— Заткнись! — он постучал пальцами по рулю и добавил. — Не вздумай Ренате вякнуть про это. Поняла?

— Ничего я не скажу, — буркнула я.

Вереница машин перед нами тянулась до конца улицы, с такими пробками мы приедем через час, не раньше. И отлично. Не хочу видеть смущенные глаза, когда она увидит мою отекшую рожу. Почему-то Ренату нервирует, что временами мне достается от Эмиля. Она даже не пытается притвориться психологом.

Я убрала ладонь от лица — щека болела. Боюсь, будет синяк.

Глупо, но было обидно, хотя чего еще ждать от Эмиля? Я сразу знала: насчет него не стоит питать иллюзий.

Он не настаивал на общении, и я отвернулась. Мы редко находим общую тему. Друг другу мы абсолютно чужие, так что меня больше интересовал городской пейзаж за окном.

К клинике Ренаты мы подъехали затемно. До полноценной клиники нескольким кабинетам далековато, но она не поклонница скромности и любит «называть вещи своими именами».

Эмиль припарковался у крыльца рядом с красным «БМВ» и заглушил мотор.

— Иди, я догоню.

— Одна? — удивилась я и быстро добавила, заметив, как дернулась его губа. — Подожду в коридоре.

Я поднялась по ступеням к мощной двери с витой ручкой и нажала кнопку звонка, встав так, чтобы меня видели через камеру наблюдения. Да, сюда трудно попасть. На самом деле эта дверь стальная, обшитая сверху дубовыми панелями, и если ваше лицо незнакомо охране — вас не впустят.

К сожалению, мое лицо тут знали.

— Заходите! — рявкнул динамик.

Я с трудом открыла дверь и попала в уютную прихожую. Улыбнулась девушке из регистратуры и свернула в маленький закуток с кожаным диваном и искусственной пальмой в углу. Так называемый гостиный уголок. Подожду Эмиля здесь.

Через зарешеченное окно было видно нашу машину. Я думала, Эмиль остался забрать документы, но он сидел, опустив голову на руль. Потом встряхнулся и рывком вылез из машины. Сейчас зайдет.

Мелодично звякнул звонок, с улицы потянуло прохладой и я вскочила с дивана.

— Яна! — позвал Эмиль. На мой настороженный взгляд, он ответил легкой улыбкой.

— Проходите, вас ждут! — вмешалась девушка.

— Благодарю, — Эмиль галантно пропустил меня вперед.

Я прошла по коридору, постучала в дверь и вошла в кабинет.

Рената читала с монитора и пила кофе. Выглядела она как обычно: слегка уставший вид, черные волосы, заколотые на затылке, и костюм делового кроя — готова спорить, с юбкой. Она всегда носила юбки и каблуки. Сиреневая блузка прекрасно шла к костюму и оттеняла смуглую кожу. Модница наша Рената. В свои сорок она выглядит лучше моих двадцати пяти.

— Здравствуй, Эмиль! — она поставила кружку и приветливо улыбнулась. — Проходи. Как дела?

Не здороваясь, я села в кресло, пока Рената суетилась перед моим мужем.

Меня она словно не замечала, но я привыкла. Вот уже три года она треплет мне нервы, и я стараюсь платить ей тем же.

— Может быть, кофе?

— Пожалуй, — Эмиль опустился в кресло рядом со мной. От недавней нервозности не осталось и следа: он улыбался, спокойный и уверенный в себе. Умеет пускать пыль в глаза, но я давно живу с ним под одной крышей и научилась понимать.

Рената вышла из-за стола и подошла к кофеварке.

— Я думала, ты раньше приедешь. Что-то случилось в дороге?

— Пробки, — коротко ответил он.

Рената, нежно улыбнувшись, подала ему бумажный стаканчик с кофе и присела на край стола.

— Когда ты у меня был, две недели назад? Ну, рассказывай, как дела?

— Все отлично. Спасибо, что спросила.

— Точно? Выглядишь скованным…

Вопрос звучал слишком интимно для простого знака внимания. Мне давно приходило в голову, что Эмиль и Рената были знакомы до меня. Они обходили эту тему, подозрение появилось из-за мелких деталей: нечаянного взгляда, фривольных вопросов и чувственных улыбок Ренаты. Иногда возникало ощущение, что я им мешаю.

— Просто устал, — отговорился он. — На работе сплошная нервотрепка.

— Яна? Как твои дела? — на секунду она повернулась ко мне. Царственная осанка, взгляд свысока. Я почувствовала себя насекомым и разозлилась.

— Не жалуюсь.

Рената подняла накрашенную бровь — не поверила.

— Эмиль, ты не возражаешь, если сначала я поговорю с Яной?

Я напряглась: она всегда допрашивает нас поодиночке, но я в этом меню — последнее блюдо. Эмиль тоже насторожился, но кивнул с улыбкой.

— Разумеется.

Когда за ним закрылась дверь, Рената несколько секунд рассматривала меня по-змеиному, не моргая, и резко сказала:

— Знаешь, в чем твоя проблема?

— Перечислить? — огрызнулась я.

— О, в маленьком райском саду все не так чудесно? — она хрипло рассмеялась. — Давай, перечисляй.

Я зло смотрела в пол.

— Все в порядке. Я просто огрызнулась.

— Врешь.

И кто тянул меня за язык? Я наморщила лоб, словно вот-вот заплачу, злость я контролирую с трудом, но сейчас придется. Придется играть роль и убеждать Ренату в чуде.

Я внутренне расслабилась и поискала в памяти что-нибудь подходящее.

— Тебе знакомо чувство, как будто…

— Ну-ну, продолжай, — оживилась она.

— Как будто ты говоришь с пустотой? Эмиль, он… Ему ничего не интересно, ему неинтересна я… Сколько раз я пыталась наладить наши отношения, но…

На лице Ренаты появилось раздражение.

— Дело в этом?

— Да, — я глубоко вздохнула.

— Ну, дорогая, займись своими делами, оставь его в покое, если он не хочет с тобой общаться. Сходи к подруге, в магазин, не знаю, — она передернула плечами. — Лучше скажи мне, как он ведет себя в последнее время? Ничего особенного не замечала? Может, беспокойство, может, он чем-то расстроен?

Ее всегда больше интересовал Эмиль, даже если я умру прямо здесь, ее и вполовину это так не заинтересует.

Я сделала вид, что задумалась и подняла честные глаза.

— Нет, все в порядке.

— Он поздно приходит домой?

— Как всегда.

— Вы не ругались в последнее время?

В Ренатином исполнении это означало «бил или нет». Неужели, отек сошел и она не видит? Иди-ка ты к черту.

— Нет.

Она внимательно смотрела в глаза, постукивая ногтями по столу. Я постаралась выглядеть кроткой и искренней. Лучшая тактика в этом кабинете — на все говорить нет, иначе Эмиль будет недоволен.

Наконец она сказала:

— Еще встретимся. Пригласи Эмиля, когда выйдешь.

Я облегченно улыбнулась. Всякий раз, когда я ухожу от Ренаты, душа поет, ведь целых две недели я ее не увижу! Какое счастье!

Эмилю пришлось задержаться и когда мы вышли, на улице уже стемнело. Мы сели в машину, и он завел двигатель.

— Что она спрашивала?

Я пожала плечами:

— Как всегда. Во сколько возвращаешься домой и как себя ведешь.

— Прилипла, как пиявка, — он зло усмехнулся, задом выезжая со стоянки. — Если позвонит, не смей ни о чем болтать, поняла? Что бы ни происходило — без подробностей. И вообще никому не смей болтать.

— Ладно, — нахмурилась я.

О чем это он? С ним точно что-то происходит. Может, на работе проблемы?

— Эмиль, а как у тебя… дела… на работе?

— Что ты сказала? — удивился он.

— Н-ничего.

— Очень хорошо.

Чертов барьер в общении. С ним ни о чем не поговоришь.

Остаток пути я провела как мышка, уткнувшись в окно. От свободы меня отделяли тонкое стекло и дверь «мерседеса», но я не могла уйти. Неужели, это на всю жизнь?

Нет, Эмиль не выдержит столько. Убьет меня раньше.

Дома я спряталась на кухне. Я хотела выпить кофе и немного успокоиться. Кофеварка забурлила и отключилась, рука дрожала, пока я переливала напиток в чашку.

Я настороженно прислушивалась к тому, что происходит через стену — в спальне Эмиля. Он выдвигал ящики, шум был такой, будто он опустошает полки.

Чем дальше, тем больше я беспокоилась. Даже кофе пить не могу — зубы стучали о фарфор.

— Яна! Иди сюда.

Я заглянула в спальню, оставив недопитый кофе на столе.

Эмиль перебирал документы: бегло их просматривая, он клал некоторые в пластиковую папку, но большинство рвал. На столе лежала внушительная стопка, на полу выросла гора рваной бумаги. Убирать, конечно, буду я.

— Присядь, — велел он, не поднимая головы.

Я со вздохом села на кровать. На кухне стыл кофе и мне не хотелось тут торчать.

— Эмиль…

— Заткнись, — беззлобно отозвался он и безжалостно разодрал договор на поставку чего-то там.

От резкого звука рвущейся бумаги я вздрогнула. Странно. Обычно Эмиль наводит порядок в документах в начале года. Похоже, он решил заняться реорганизацией бизнеса или от него избавлялся. В рабочие вопросы я никогда не лезла и ничего в них не смыслила.

Когда он закончил, вся спальня была в мусоре.

Эмиль обернулся, подошел, опустился рядом — слишком близко, чтобы я чувствовала себя спокойно, и что-то достал из кармана пиджака.

— У меня подарок для тебя.

— Что? — я испугалась. Эмиль никогда и ничего не дарил. Добродушное слово от него считалось праздником, а день, когда на меня не обращали внимания, был хорошим днем, потому что его внимание жестоко.

Пусть лучше будет затрещина — она хотя бы не выбьется из обычной картины, а от этих новшеств непонятно чего ждать.

— Это тебе.

Передо мной очутилась бархатная коробочка для украшений. Я удивленно подняла глаза. В лице ничего не изменилось, словно подарок для Эмиля — просто рабочий момент. Как подписание договора.

— Открой. Там кольцо.

Я представила, что в коробочке окажется змея. Ладно, пусть кольцо, но с секретом в виде яда. Я послушно подняла крышку.

Эмиль безучастно наблюдал за реакцией.

— Нравится? — нетерпеливо спросил он.

Это было скромное кольцо из гладкого серого металла — серебра или платины. Без камня, только с затейливым орнаментом с завитушками. Очень странный выбор.

— Нормально, — осторожно ответила я.

Потеряв терпение, он сам достал кольцо, распрямил мою ладонь и надел на безымянный палец. Я слегка сжала кулак, рассматривая ободок металла. Рука Эмиля была горячей, а кольцо — прохладным и неприятным.

— Давай поговорим.

Я кивнула.

— Через три, максимум четыре дня я вернусь. Ты должна ждать меня дома. Будь осторожна, Яна, никуда не выходи. И если кто-то спросит — твоя подруга, Рената или еще кто-то — у нас все хорошо. Ты слышишь?

— Да.

— Я бы взял тебя с собой, но не могу, — глаза Эмиля стали серьезными и холодными. — Или с удовольствием запер бы тебя, но это не похоже на счастливую семейную жизнь.

— Что-то случилось? У тебя неприятности?

— Не бери в голову, — отрезал он. — Все нормально.

— Тогда зачем мне сидеть дома? — резонно спросила я.

Он отрывисто вздохнул.

— Потому что я так сказал.

В его лице ничего не было — ни единой зацепки. Я не понимала, что происходит и надеялась, что Эмиль нервничает из-за предстоящей сделки, а охотники тут вообще ни при чем, что он действительно уезжает по делам, а не уносит ноги.

Ведь если бы случилось что-то серьезное, он бы не бросил свою жизнь, свой круг, работу, хотя меня бросит с радостью. Но побег его убьет.

Мне не о чем беспокоиться. Не о чем.

Эмиль задумчиво коснулся губами кольца на моем пальце, и я не стала убирать руку. Не хочу его злить. Но поцелуй напомнил о нашей первой встрече. Когда-то я любила его — не слишком долго, но несколько дней я точно была счастлива, пока не узнала его лучше.

Воспоминания вызвали мучительную боль.

Не стоило тогда к нему подходить. Не нужно было верить Лазарю.

Столько всяких «не», за которые я расплачиваюсь.

— Мне пора. Не бойся, тебя никто не тронет, — добавил Эмиль. — Я не брошу тебя.

Да не пошел бы ты к черту.

Глава 2

Когда он уехал, я выждала для верности пару часов и вышла из дома.

Эмиль, конечно, озабочен моей безопасностью, но у меня тоже есть дела. Проблемы охотников лучше решать охотникам.

Вчерашний дождь превратился в тонкую ледяную корку на асфальте, я поежилась, жалея, что надела туфли.

Я остановилась на остановке под фонарем, издалека рассматривая дом. Двухэтажный, старый, но с претензией на хорошее состояние. В последний раз я была здесь три года назад — стояла на шухере, пока Лазарь встречался с нужным ему человеком. Вернее, вампиром.

Я еще была не уверена, что хочу того же, поэтому не торопилась.

Тогда Лазарь не пустил меня с собой. Не знаю, чего он боялся, может, не хотел знакомить со своим информатором. Да-да, если вам нужно что-то узнать о той стороне общества, о которой не пишут в газетах, придется прийти сюда и заплатить определенную цену.

У меня к этому вампиру был один, но конкретный вопрос.

Плюс был в том, что он обещал полную конфиденциальность. Я не хотела снова получить по лицу от Эмиля или охотников, поэтому меня это очень привлекало.

Беда в том, что этого парня я знала только по рассказам Лазаря, причем нелестным. Он побаивался его, считал странным, но высоко ценил за то, что тот не поддерживает связей с диаспорой вампиров.

Вампир, который сам по себе — одного этого достаточно, чтобы назвать его странноватым. Что ж, проверим.

Прогулочным шагом я вошла во двор и прошла между клумбами с осенними, уже увядшими цветами. Полупьяная компания молодежи не обратила на меня никакого внимания. Люблю быть незаметной.

Второй подъезд, первый этаж — это я помнила. Лазарь тогда велел следить за окнами, и я примерно представляла, какая квартира мне нужна.

Я подошла к двери, обтянутой бордовым дерматином. Поискала звонок, не нашла и постучала. Дверь открылась резко и бесшумно, за порогом начиналась темнота, в которой угадывались очертания фигуры. Сглотнув ком, я улыбнулась, стараясь выглядеть приветливой.

— Это ты Андрей Рем?

Он молчал. В подъезде светло и вампир мог рассматривать меня сколько угодно, я же такой роскоши лишена. Это напрягало.

— Охотница? — наконец спросил он.

— Как ты узнал?

Он шагнул ближе — туда, где падал свет, и я увидела его: бледное лицо с презрительными глазами. К презрению добавилась кривая усмешка.

— Меня так только охотники называют, — он гостеприимно распахнул дверь. — Входи.

Я подумала и шагнула в темноту.

Надо же быть такой дурой! Раскрыться так быстро! Не могла догадаться, что не стоит называть его прозвищем, которое я услышала от Лазаря.

В прихожей было не так темно, в кухне горел свет, и я с любопытством присмотрелась к хозяину. На вид молодой и не опасный. Из-за бледной кожи глаза казались темными и большими, волосы в художественном беспорядке, словно я подняла его с постели. Возможно, так и есть: он был одет в шлепанцы и шорты, на голой груди болталась цепочка с крестом. Но под глазами — круги от бессонницы.

Он стоял, едва заметно улыбаясь, с искренним интересом в глазах, больше похожим на интерес к незнакомому блюду.

Мне стало неловко.

— Ты всегда так легко впускаешь посторонних?

— А что ты мне сделаешь? — кивнул он.

— Я давно на охоте, умею за себя постоять.

— Да? — рука метнулась к моему лицу и убрала волосы. — Почему же ты в синяках?

Я отшатнулась, зло глядя на него. Андрей широко улыбнулся, губы расползлись в подловатую усмешку.

— Ладно, иди за мной. Не разувайся.

Он пошел на кухню, и я с опаской последовала за ним.

Андрей сел за стол, подперев голову сцепленными руками. Взгляд спокойный, словно ночные визиты незнакомых охотниц для него дело привычное. Перед ним стояла полная рюмка и бутылка коньяка. Значит, не ото сна я его оторвала, а от пьянства. И что-то компании здесь я не вижу. А пить в одиночку — паршивый симптом.

Мне точно нужна его помощь?

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Яна, — фамилию, благодаря Эмилю, довольно известную в городе, я опустила.

— Садись. Хочешь выпить?

Ладно, если пришла… Я села напротив. Лазарь говорил: он пария среди вампиров и больше мне не к кому обратиться. А чужой алкоголизм меня не касается.

Андрей уже налил, не дожидаясь ответа, и пододвинул рюмку.

— Пей.

— Может, сначала поговорим?

Он усмехнулся, глядя в стол. Меня эти усмешки начали беспокоить — было в них что-то нездоровое, словно Андрей не контролирует себя. Вполне вероятно, бутылка была наполовину пустой, хотя назвать его пьяным я тоже не могла.

— А что взамен?

— Чего ты хочешь? — чем расплачивался Лазарь, я не знала, но была готова к вопросу.

Он осмотрел меня сверху вниз, клыком покусывая нижнюю губу. Взгляд остановился на кольце, и глаза подозрительно прищурились.

— Как ты сказала, тебя зовут?

— Яна, — терпеливо повторила я.

— А фамилия?

— Не знала, что тут спрашивают паспорт.

— Ты Кармен? — неожиданно спросил он.

С выражением лица я справилась, но пошла красными пятнами — кожа просто горела. Я малодушно скомкала воротник, сжав пальцы так, что костяшки побелели.

— Нет, ты ошибся.

— Брось, я еще могу сложить два и два. Это ты. Жена Эмиля Каца, верно?

Я молчала, боясь, что не справлюсь с голосом. В ушах истерично бился пульс, ладони вспотели. Вампиры не знают, что я охотница и если это выплывет наружу — Эмиль меня пристукнет.

И Андрей узнал меня, как? Как?

— Расслабься, — добродушно протянул он и всучил в мои слабые пальцы рюмку. — Выпей, полегчает. Муж в курсе, что ты у меня?

Он поддержал рюмку, довел до рта и я выпила. Коньяк обжег горло и я закашлялась. Андрей привстал, хлопая меня по спине.

— Я думал, ты круче… Зачем ты пришла?

— Поговорить, — после коньяка голос был сиплым и я снова откашлялась. — Мне нужна информация об охотниках, и я хочу, чтобы эта встреча осталась между нами. Это можно устроить?

— За деньги можно все, — пожал он плечами. — Но так дело не пойдет. Я хочу знать, ты пришла сама или тебя послал муж?

— А что, тогда информация будет разной?

Андрей молча выпил и снова криво улыбнулся — и без слов понятно.

— Его нет в городе, — ответила я. — И он ничего не знает.

— Значит, проблемы у тебя?

И тут до меня дошло, что происходит.

Я так давно отвыкла общаться с вампирами, кроме Эмиля, которого так можно назвать только с натяжкой, что не заметила, как Андрей начал со мной играть. Я разозлилась: совсем потеряла форму.

— Что ты мне нервы мотаешь? Назови цену!

— Если я скажу, что ты хочешь, ты расскажешь о себе?

— Нет!

— Что тогда предложишь?

Я недолго сомневалась:

— Кровь. Я достану тебе крови.

— Дорогуша, — издевательским голосом сказал он. — Откуда вообще ты обо мне узнала?

— От охотников. Ну что, согласен?

Он покачал головой:

— Ты решила, что я зависимый, но это не так. Кровь меня не интересует, Кармен.

Я смотрела в его темные больные глаза в полной уверенности, что он лжет. Эмиль похож на человека, но Андрей — нет. Но все равно отказывается от крови по непонятной причине.

— Тогда что? Деньги? — наличности у меня почти не было. Финансы целиком и полностью контролировал мой муж, ценности тоже у него… Может, удастся свистнуть, что плохо лежит и продать, но гарантий этому никаких.

— Проблемы с деньгами? — усмехнулся он. — Дай-ка подумать…

Я проследила его взгляд и неосознанно коснулась прохладного ободка на пальце.

— Оставь мне колечко. В залог. Что-то мне подсказывает, ты за ним вернешься.

Сердце екнуло, но я не стала отказывать сразу, хотя перед моим внутренним взором предстала сцена возвращения Эмиля. Даже думать не хочу, что будет, если он не увидит кольца на пальце, куда собственноручно его надел. Наверняка ударит меня.

Но вернется он только в пятницу, а к тому моменту я раздобуду деньги или принесу кровь. Пусть Андрей строит святую невинность, но почувствовав ее запах, он не устоит. Никто из них не сможет.

Кровь для вампиров — наркотик, попробуешь раз и это навсегда. А то, что Андрей пробовал, я не сомневалась.

Я твердо сняла с пальца единственный подарок Эмиля.

— Это не насовсем, — предупредила я, отдавая кольцо.

Он снова усмехнулся — одной стороной рта, и я заметила правый клык. Пожалуй, я погорячилась, списывая все на алкоголь, просто не сразу поняла, в чем странность: Андрей улыбался одной стороной лица. Возле правого глаза появились морщинки, и я подумала, что он старше, чем кажется.

Андрей положил кольцо на стол и накрыл ладонью.

— Давай, спрашивай. Что тебя интересует?

— Охотник Лазарь. Он был у тебя три года назад. Я хочу знать, не заходил ли он снова на днях?

— Заходил. Вчера.

— Чего хотел?

Вампир пожал плечами.

— Задавал вопросы о тебе: как ты живешь, чем занимаешься, где бываешь. Я рассказал пару сплетен и он отстал.

— Адрес ты ему дал?

— Твой? Я его не знаю.

— Он говорил, зачем приехал? — я начала выходить из себя. — С кем был, один или собрал группу?

— Ко мне приходят получить информацию, Кармен, — усмехнулся он. — Поэтому сами делятся ею неохотно. Своих целей он не называл. И с кем был, не сказал тоже.

— И чем же он с тобой рассчитался? Не надо вешать лапшу на уши, я Лазаря прекрасно знаю, откуда у него деньги? Сколько вытряс? Сотню? Две?

— Деньги у него были, — спокойно сказал Андрей. — Он заплатил хорошо.

Я похолодела: значит, Лазарь принял заказ. И судя по поведению — слежке, сбору информации, этот «заказ» — я.

— Что ты ему рассказал? Конкретно?

Он глубоко вздохнул, закатывая глаза к потолку.

— Пересказал вампирские сплетни о тебе и твоем муже. Что он любит тебя без памяти. Что ты его недостойна. Что он оказался заложником своих чувств к человеку.

— Это неправда, — вырвалось у меня. — Ложь от первого до последнего слова!

— Я знаю, — ровно ответил Андрей.

Я сглотнула, пытаясь справиться с собой. Подумать только! Но Лазарь, ставший свидетелем той грязной истории, вряд ли купился на эту кучу вранья.

Стало так обидно, будто меня оболгали.

Да так оно и было.

Эмиль умеет морочить головы, уверена, эти слухи расползлись не без его участия. Вот так. У него несчастная личная жизнь, а как мне живется за ширмой благополучия, никому не интересно.

— Не переживай, — посоветовал Андрей. — Знала бы ты, что говорят обо мне… Лучше выпей, — он снова предложил коньяк, но я отмахнулась.

Надо было молчать и улыбаться, но когда мужа нет рядом, я по его словам «распускаюсь» и веду себя так, как хочется мне. Раньше я старательно поддерживала легенду о счастливой жизни, но перед Андреем не сдержалась.

Да и какой в этом смысл? Он уже знает, что я охотница.

— Андрей, — вздохнула я. — Я хорошо тебе заплачу, если ты кое-что сделаешь для меня.

Он с интересом поднял бровь.

— Постарайся узнать, зачем Лазарь вернулся, чего хочет. И еще… никому не говори, что я охотница, ладно?

Я думала, вампир начнет торговаться, но он сказал:

— Дай свой номер телефона.

Я записала.

— Только умоляю, звони строго с девяти до пяти и только в будние дни.

— Семейное счастье дало трещину? — серьезно спросил он.

— Не было никакого счастья. Я… Он…, — я запуталась, что хочу сказать и нахмурилась.

— Не старайся, Кармен. Я все понял, — Андрей подмигнул. — Я тебе позвоню.

Я выпила коньяка на дорожку, и мы попрощались.

На обратном пути меня застал ледяной дождь. Зябко передернув плечами, я подняла воротник, но чем ближе к дому, тем медленней я шла, несмотря на холод. Холод и дождь разогнали прохожих, а мне нравятся пустые улицы.

На Ворошиловском проспекте я вообще перешла на прогулочный шаг, рассматривая отражения неоновых огней на мокром асфальте. Домой не хотелось.

Я впервые была на улице ночью одна за последние три года. Можно вот так брести, ни о чем не думая, не беспокоиться о том, что скажет Эмиль и что будет дальше.

Ночной город давал чувство свободы — сладкое, но недоступное.

Я остановилась на перекрестке. Дальше идти некуда: либо стоять под дождем, либо направо — домой. Я свернула под арку.

Дома было темно и пусто. Проглотив на место истошно стучащее сердце, я захлопнула дверь и расстегнула плащ. Эмиля здесь нет, зря боялась. Нерационально, но когда вы три года живете в постоянном страхе, в голове остается мало рационального.

Включив на кухне свет, я заварила чай и села за стол.

Я так и не выяснила, что против меня имеют охотники.

Через мгновение я усмехнулась. Глупый вопрос! Они имеют против очень многое. Я их злю, раздражаю, вызываю презрение — я живу с вампиром, и если бы это меня не защищало, они бы не ограничились плевками под ноги при моем появлении.

Но этой дешевой неприязни мало, чтобы мой бывший лидер, друг и напарник, втравивший меня в историю с Эмилем, вдруг начал за мной следить.

И у меня не было никого, чтобы довериться, хотя бы спросить совета. Я одна.

А ведь когда-то все было иначе. Я помню, как…

…В сумерках иду по грунтовой дороге. До города четыре километра. Руки в карманах мешковатых штанов, через плечо перекинут ремень походной сумки, а под джинсовкой укрыт мой первый пистолет.

Мне двадцать. Я еще ничего не боюсь. Здесь, в безлюдной местности у меня назначена встреча с охотником, о котором я много слышала.

Тихо шелестит гравий, взволнованно бьется сердце, я мечтаю, чтобы он сказал «да».

На обочине стоит машина, я подхожу, и стекло с тонировкой опускается вниз. За рулем я вижу мужчину: удлиненное лицо, серые глаза с морщинками человека, часто смотрящего на солнце.

— Яна? — спрашивает он, и я киваю. — Кармен?

Я киваю снова. Он подает мне руку:

— Лазарь. Мне сказали, ты ищешь работу, хочешь учиться.

Он внимательно смотрит на меня, осматривает с ног до головы, задерживая взгляд на мозолистых руках, лице, фигуре, и наконец — на выпирающей из-под куртки рукоятке.

— Ты ничего. Думаю, ты подходишь.

Кажется, так все и начиналось…

Меня разбудило солнце — накануне я не задернула шторы.

Я заворочалась, перевернулась, загораживаясь от света, но тут сон сняло как рукой.

Эмиль в командировке, а еще я отдала Андрею кольцо.

Я резко села на кровати. До пятницы надо вернуть подарок и выяснить, чего от меня хочет Лазарь. Но вопреки всему, инцидент с охотниками уже не казался таким серьезным. Бывшего дружка я отлично знаю — он слишком себя любит, чтобы рисковать, а против Эмиля он никто.

Пусть ищет повод на мне заработать, если хочет.

Намного хуже, что вчера я выболтала Андрею много личного. Проклятый коньяк!

Я привела себя в порядок, выпила кофе, и задумалась, как исправить ситуацию.

Перво-наперво, нужно раздобыть крови. С финансами худо и лучше отделаться ею, чем объяснять разгневанному мужу, куда я дела деньги. Ситуация осложнялась тем, что купить ее не так просто. Тем более, мне.

Эмиль кровь не пил.

За три года, что мы вместе, я ни разу не видела его с «допингом». Мы были под колпаком у мэра и я догадывалась, что к чему. Уверена, Всеволод запретил продавать ему кровь.

Вряд ли Эмиль вообще ее пробовал. Он не был похож на вампира, которому ее не хватает, а уж если они пробуют, то, как я уже говорила, быстро подсаживаются. Это как сигареты — разок закурил и всю жизнь мучаешься.

И если жена Эмиля начнет выяснить, где в городе можно купить крови, то до мэра дойдут слухи — и ему это вряд ли понравится. Слухи могут дойти и до Эмиля. Я не хочу объясняться с ними обоими.

Значит, пойдем другим путем. Самый надежный и безопасный способ — проколоть вену и сцедить, но я сомневалась. В этом есть что-то неправильное и опасное.

Первое, чему меня научил Лазарь: не разрешать вампирам тобой питаться. Черт знает, что придет в голову кровососу, если ему понравится твоя кровь. Еще он говорил: не дай бог оказаться с напившимся и враждебным тебе вампиром наедине.

Он вообще говорил о вампирах много и страшно, но я не побывала ни в одной ликвидации, из чего заключила, что спятивших вампов не так много, как он пытался представить. Но и чему верить я не знала. Опыта у меня нет, а расспрашивать Эмиля я остерегалась.

Ладно, оставим этот вариант на крайний случай. До пятницы куча времени и если я не придумаю, как вернуть кольцо, то в четверг вечером сцежу кровь и пойду к Андрею. Если он меня сожрет, что ж, поделом мне. Но на самом деле я в это не верила. Несмотря на легкие странности, он казался разумным.

Закончив с кофе, я натянула куртку и вышла на улицу. Это мой день и никому испортить его я не позволю. Эмиль уезжает в командировки не так часто, как хотелось бы.

До обеда я шлялась по магазинам, ничего не купила, но насмотрелась вдоволь. Было так здорово тратить время и никуда не торопиться, что я парила от эйфории.

Около двух, перекусив дешевым бутербродом, я заглянула в парк. Раньше мне нравилась здесь гулять, пока Эмиль не запретил. Он всегда хотел знать, где я, контролировал каждый шаг, а это слишком сложно, если не запирать меня дома.

Я уселась на холодную скамейку. Солнечный день был по-осеннему прохладным, деревья стояли золотые и багровые, наполовину облетевшие, и печальные. По дорожке молодая женщина катила детскую коляску, листья хрустели под колесами. Наискосок парк пересекала шумная ребятня с разноцветными рюкзаками, в конце аллеи стояла старуха в шерстяной кофте, тяжело опираясь на клюку. Обычный день, обычные прохожие.

Я так увлеклась переживаниями счастливого одиночества, что не сразу заметила слежку.

На соседней аллее, на скамейке курила знакомая охотница.

Этот цирк уже действовал на нервы. Я встала и пошла к ней. Девчонка напряглась, с замешательством глядя на меня.

— Закурить не найдется? — я остановилась перед ней, поставив ногу на скамейку, тем самым отрезая путь к бегству.

— Нет…

— Я тебя сигарета в руках, — я нагло плюхнулась рядом и мирно спросила. — Как дела у Лазаря?

Было видно, что она не знает, как реагировать. С близи она казалась еще моложе, чем я думала. Мы даже немного похожи, неудивительно, что тогда, на проспекте, я обратила на нее внимание.

— Что вам нужно? — выдавила она.

Она нервничала. Мне бы тоже стало неловко, если бы объект слежки подошел и запросто поинтересовался делами. Неудобная ситуация, ничего не скажешь.

— Познакомиться хочу, — я пожала плечами. — Глупо как-то — везде тебя вижу, и ни поздороваться, ни рукой помахать. Помнишь, как тогда, на проспекте? Тебе от Лазаря по ушам не досталось за такие косяки? Мне в свое время доставалось. Кстати, дружеский совет на случай, если вы плохо знакомы — спать и в долг давать не рекомендую, в обоих случаях толку ноль, одна возня.

— Слушайте, я вас не знаю и не понимаю, о чем вы.

— Хватит врать, — разозлилась я. — Я видела вас вместе. Какого черта вам от меня нужно?

— Так надо! — огрызнулась она.

— Я бы на твоем месте поинтересовалась у Лазаря, для чего. Знаешь, он меня в историю втравил, до сих пор расхлебываю.

Я преувеличила. В историю, которая окончилась браком с Эмилем, втравил меня Лазарь, но расхлебываю я свои ошибки.

Охотница резко встала, но я схватила ее за руку, крепко сжав запястье.

— Еще раз тебя увижу, даже виду не подам — отведу в тихое место и ноги переломаю. Так что тренируйся.

Она вырвалась и молча зашагала по аллее. Наверняка обойдет парк и продолжит наблюдение издалека. Настроение испортилось, зря я начала угрожать — нахваталась от Эмиля.

Покинув парк, я побрела в центр. Домой не хотелось, и я решила использовать остаток дня по максимуму. В квартиру я вернулась около полуночи, зверски уставшая, но довольная.

Через несколько часов меня разбудил звонок.

Слепо нащупав мобильник, я перевернулась на спину и промямлила в трубку:

— Да.

— На выезд поедешь? — огорошили меня.

Я взглянула на определившийся номер — незнакомый.

— Вы номером ошиблись.

Не выпуская телефон, я сунула руку под подушку, перевернулась на другой бок, и собралась досыпать. Он зазвонил прямо в ухо.

Злясь все сильней, я рявкнула в трубку:

— Алло!

— Кармен, ты чего трубку бросаешь? На выезд поедешь, говорю?

— Андрей? — я собралась с мыслями. — Ты зачем звонишь? Ты что, ненормальный?

Он помолчал и задумчиво ответил:

— Ну, вообще-то да, — голос был серьезным. — Так тебя ждать? Ты просила звонить, если что… меня тут тянут, дай, думаю, тебе скажу… Едешь?

— Ты охренел? Какой еще выезд?

— Охотники сейчас позвонили. А почему ты такая злая? Случилось что?

— Ничего, — в тихом бешенстве ответила я, нашаривая выключатель.

Наконец, свет вспыхнул, и я посмотрела на часы. Три ночи. Самое время для странного звонка с загадочным вампиром на проводе.

Я потерла лицо ладонями, пытаясь прийти в себя.

— Кармен, ты слышишь?

— Да, — я выпуталась из одеяла, плечом прижимая трубку к уху. — Что еще за выезд? Причем тут охотники?

— Не по телефону. Тебя ждать?

Я почесала всклокоченную голову. Охотники. Очень хорошо.

— Да.

— Только это, мне ехать не на чем. У тебя ведь машина есть?.. Подъезжай, я жду.

Он отключился и я, тяжело вздохнув, встала с кровати.

Машины у меня, конечно, не было. Но Андрей, безусловно, слышавший о доходах нашей семьи, этого не знал.

Да, у Эмиля были деньги, но дождь щедрости на меня не пролился из-за того, что он взял меня в жены, хотя окружающие, наверное, считали меня богатой. Печально, но факт.

Я умылась, быстро натянула джинсы и старую футболку, и задумчиво остановилась перед зеркалом. Смотрела я не на отражение — на полочке лежали ключи с брелоком автосигнализации.

Права у меня были. Черт побери, Эмиль даже вписал мое имя в страховку, несмотря на то, что пользоваться его машиной мне строго запрещалось, он всегда отличался практичностью. Где лежат документы, я тоже знала. Но если Эмиль узнает, что я взяла «мерседес», мне не жить.

Хотя откуда он узнает? Его здесь нет.

Подхватив связку, я заторопилась в гараж. По-хозяйски устраиваясь за рулем серебристо-серого «мерседеса» я волновалась. Своей машины у меня никогда не было. Я вообще никогда ничем не владела. Даже единственное украшение — кольцо, оставленное Андрею в залог, не мое. Пожалуй, самая дорогая вещь, что у меня была — оружие, давно у меня отобранное. И, разумеется, будь Эмиль дома, я бы не рискнула в полночь выбраться из дома на его авто.

Почаще бы он уезжал.

С непередаваемым ощущением собственной значимости я покатила к Андрею.

Он ждал меня на въезде во двор. Заметив, как я бестолково мечусь, пытаясь туда заехать, он помахал рукой. Я прыгнула на тормоз. Хлопнув дверь, Андрей устроился рядом.

— Хорошая тачка, — он осмотрелся и поигрался со стеклоподъемником. — Ну что стоишь? Поехали на Пушкинскую. Знаешь там музей?

Глядя в его плутоватые глаза, я заподозрила, что желание взять меня «на выезд» продиктовано эгоистичным намерением доехать с комфортом. На моей машине.

Ничего не сказав, я вывернула на проспект.

— Что произошло? И при чем тут охотники? — поинтересовалась я.

— Чего пристала? Не знаю. Позвонили, просили приехать, — он поморщился. — Я посплю пока, а ты меня толкни, как приедем. Разберемся на месте.

Он опустил кресло и, кажется, правда задремал.

Я сосредоточилась на вождении — практики у меня мало, а страх за машину заставлял даже по свободной дороге ехать с осторожностью.

Нужный дом я нашла быстро, он был единственным красивым зданием на скучной улице с аллеей посередине. Светлые стены с бежевой лепниной выглядели, как новенькие. Высокие окна под старину и стилизованные колонны сразу намекнули, что это и есть музей.

Первое, что меня неприятно удивило, когда я припарковалась: перед решетчатыми воротами стоял Лазарь. Частично его закрывали декоративные кусты, но даже в тусклом свете фонарей я его узнала.

Он обратил на машину внимание, но вряд ли разглядел меня за рулем.

И что делать? Уехать? Разбудить Андрея и дать ему по башке? Я решительно вышла из «мерседеса» и пошла к музею.

— Привет, Лазарь! — громко сказала я.

Бывший друг тоже не ожидал меня увидеть. Он опешил, нет, испугался, даже попятился, чуть не уткнувшись спиной в афишу на заборе, но быстро взял себя в руки.

— Ты что здесь делаешь? — глухо спросил он. — Где Андрей?

— Спит, — честно ответила я. — Теперь я за него. В чем проблема?

Он молчал и смотрел на меня, как баран на новые ворота. Я подошла ближе, и заметила, что он немного постарел, поизносился и похудел, хотя и прежде был жердью.

— Откуда ты взялась? — неприветливо повторил он.

— Ты звонил Андрею? Вот мы и приехали.

— Ты работаешь с Ремом? — в глазах появилось смятение. Я играла с ним, он не понимал игру, хотя нутром чуял, что ему дурят голову. — И давно?

— Со вчерашнего дня.

Я улыбнулась — наглость, как говорят, второе счастье.

Позади хлопнула дверь.

— Разбудить не могла? — к нам подошел сонный Андрей и пробурчал, глядя на Лазаря. — Ну и что? Зачем ты звонил?

Лазарь коротко взглянул на меня:

— Иди в машину.

Я осталась стоять. Когда-то он мной помыкал, но те времена давно прошли.

— Она со мной, — ответил Андрей. — Ты объяснишься или мы поедем?

— Если с ней — можешь обратно ехать. Мне она не нужна.

Я усмехнулась:

— Не рад меня видеть? А мне казалось, ты соскучился.

Он снова повернулся ко мне, и я без проблем прочла на его лице: «Терпеть тебя не могу». Не новость. Я только шире улыбнулась.

— Короче так, — Лазарь нервно прикурил. — Это мои дела. Я позвонил тебе, а те, которых ты с собой притащил, мне здесь на хрен не нужны. Так что оба можете дергать отсюда.

Андрей ощерился:

— А за ложный вызов не хочешь заплатить?

— Я тебе сейчас в зубы дам, — пообещал Лазарь.

— Ладно, — вампир тут же пошел на попятный. — Кармен подождет в машине. Подождешь? — ласково спросил он. — Доход пополам.

Я пожала плечами. Не знаю, что заставило его передумать — угроза или риск упустить деньги, но Лазарь был по-настоящему зол и качать права без поддержки Андрея нет смысла.

Устроившись за рулем, я наблюдала за ними через окно. Они недолго ругались на тротуаре, затем обошли музей, и я потеряла их из вида.

Андрей вернулся через минуту, плюхнулся рядом и торопливо скомандовал:

— Давай, давай! Поехали!

Он выглядел злым и жестикулировал, показывая, как именно я должна отруливать от бордюра. Я аккуратно выехала на дорогу.

— Может, ты объяснишься? — еле сдерживаясь, спросила я. — Какого черта ты устроил? Что здесь делает Лазарь?

— Забудь, — буркнул Андрей и вдруг крикнул. — Ненавижу гада!

Я дернулась и сказала:

— Хватит орать! Дыши глубже.

— Извини, у меня бывает.

Несколько секунд я смотрела то на дорогу, то на него, но продолжения не последовало.

— Зачем ты меня сюда притащил?

— Хотел кое-что проверить, — спокойно сказал он. — Что вы знакомы и ты мне не вкручиваешь.

— Проверил? — разъярилась я. — В чем дело? О чем вы говорили?

— Знаешь, Кармен, похоже, ты испортила ему настроение. Отговорился ерундой и выпроводил. Нервничал страшно, правда, я не понял, почему.

Я хотела возмутиться, но вспомнила, что Андрей недолго оставался с Лазарем, вряд ли они успели что-то всерьез обсудить. Кажется, вампир не врет.

— Заплатил хоть? — хмыкнула я.

— А-то.

— Прекрасно! Гонорар пополам, плюс за бензин. Вытряхивай, пока сама не вытряхнула.

Он не торопясь отсчитал купюры и кинул в пепельницу. Она была чистой — Эмиль не курил.

— Вредные вы, охотники…

Я остановилась на повороте к дому Андрею.

— Отсюда сам. И вот еще… выкинешь что-то подобное, я тебе… — я помедлила, подбирая кару пострашней. Он с усмешкой следил за мной. — Я все Эмилю расскажу.

— Ничего ты не скажешь. Ты его боишься больше, чем я его, — отпустив напоследок шпильку, Андрей вышел из машины.

Я смотрела, как удаляется его фигура в свете фар: сгорбленная, руки в карманах длинной парки, вампир шел шаткой походкой, вжимая в плечи лохматую голову; и жалела, что с ним связалась.

Верить я ему не могла, влиять на него — тоже. Эмиль скоро приезжает, а если Андрей выкинет что-нибудь? Вот так, позвонит мне среди ночи?

Я передернула плечами, представив эту картину, и врубила заднюю передачу.

Плохо. Но еще хуже, как Лазарь нервничал. Надо вернуться. Жизнь научила меня одному, но железному правилу — никому не верить. Либо проверяй сам, либо не плачь, когда тебя сожрут неприятности.

«Мерседес» я загнала в подворотню на другой стороне дороги, и музей оказался напротив.

Я притерлась к стене, заглушила двигатель и оглянулась. Обзор хороший. Со слабо освещенной дороги машину и тем более меня в ней, вряд ли заметят. А если кто-то решит выехать со двора, надеюсь, он не забудет включить фары и продрать глаза.

Рядом с воротами Лазаря уже не было. Улица пустынна, время от времени мимо проезжали машины. Неудивительно, кому в четыре часа утра нужен музей?

Я настроилась на долгое ожидание, но уже через полчаса неподалеку остановился фургон. Из него вышел мужчина — лица я не разглядела, но точно не Лазарь, он оглянулся, обошел здание слева и скрылся в маленьком кривом переулке. Кажется, туда ходил и Андрей с моим бывшим дружком.

Через минуту он вернулся, на ходу отряхивая руки, сел в фургон и уехал.

Я осталась ждать.

Следующие полчаса выдались спокойными. Я выбралась из «мерседеса», перешла дорогу и направилась к музею, избегая ярко-освещенных участков под фонарями.

Фасад здания отреставрирован, но стоило свернуть за него, и я увидела стены из выщербленного неокрашенного кирпича, грязь, и окурки. Это был не полноценный переулок, а проход между зданиями шириной в метр-полтора, холодный и темный. Бросаться туда я не торопилась, и осторожно пробиралась вдоль стены.

Под ногами хрустел мусор и осколки стекла. Пахло старыми домами и кошками.

Глаза привыкли к темноте, и я остановилась, заметив ноги в светлых кроссовках. Сердце часто забилось. Еще несколько шагов и я увидела тело целиком.

У стены ничком лежала женщина.

— Сволочи, — прошептала я, вспомнив нервного Лазаря и то, как быстро Андрей вылетел отсюда.

Я тихо подошла и опустилась на корточки, пробежалась взглядом по старым джинсам, перекрученному пиджаку костюмного кроя. Лица я не видела. Волосы вымокли в крови и грязи, но вроде темные. Рост средний, некрупная фигура. Одна рука согнута в локте, другая отброшена в сторону. На пальце — тусклая полоска кольца.

Пахло кровью, но только рядом с телом, в переулке запах терялся в помоечной вони.

Я постаралась собраться с мыслями, вспоминая, чему меня учили.

Нет, меня это не касается. Лучше уйти. Переулок заканчивался глухой стеной и если сюда заглянут — возьмут меня с поличным. Лучше вернуться домой.

Пересилив себя, я все-таки покопалась в карманах, нашла платок и убрала волосы покойницы в сторону. Шея испачкана, но укуса нет. Не вампиры. Тогда что здесь делал Лазарь?

Оттянув голову и бросив взгляд в лицо, я поняла — охотница. Та самая, которая приехала с Лазарем и следила за мной.

Я осторожно опустила голову обратно в грязь. Ну и вляпалась же я!

Несколько секунд мне потребовалось, чтобы перевести дух. Покойников я не боюсь, но и привыкнуть к ним не смогла. Невозможно к этому подготовиться заранее. Встреча с трупом всегда неожиданная, даже если он лежит в соседней комнате и ты об этом знаешь.

Стараясь больше не смотреть охотнице в лицо, я склонилась над пальцами и платком стерла кровь с кольца. Слишком темно. Я достала телефон и подсветила.

В мертвенно-голубоватом свете кожа выглядела бледной, а кольцо наоборот темным, словно из нечищеного серебра. Но я узнала орнамент — кольцо Эмиля. Или другое, такое же.

Только я что-то не помню на девушке украшений, когда видела ее в последний раз.

 
Глава 3

Инстинкт охотника подсказывал: пора уносить ноги.

Я вышла из переулка быстрым шагом и на ходу набрала номер.

Андрей ответил не сразу, сдавленным гнусавым голосом, словно беспробудно пил или успел подцепить тяжелую простуду.

— Что?

— Я хочу забрать кольцо. Прямо сейчас подъеду и отдам деньги.

— Так срочно?

— Да, — я устроилась за рулем и завела машину. — Скоро приезжает Эмиль, я не хочу рисковать.

— Я не могу. Я занят.

— Ты где? — я нахмурилась, услышав отдаленный голос, что-то диктующий Андрею. — И с кем?

Он отключился. Я перезвонила, но трубку не взяли. Прекрасно, просто замечательно — он меня игнорирует. Если я поеду к нему, он еще и дверь не откроет.

Все-таки рискнув, я заехала к Андрею. В окнах не горел свет, но я постучала — тишина. Около пятнадцати минут я держала оборону в подъезде, перемежая стук со звонками, и отправилась домой.

Может, его нет дома, а может, все хуже. Раньше я считала, что втравить меня в историю могут только охотники, но и вампиры тоже могут, поверьте.

К семи утра все местные телеканалы показали тело за музеем.

Репортажи смело демонстрировали подробности, включая злосчастное кольцо, но как один избегали лица жертвы. Цензура и все такое. В восьмичасовом выпуске новостей даже перечислили приметы, упомянув одежду и украшения, с просьбой помочь следствию опознать убитую. Дальше я не стала смотреть и выключила телевизор. Надеюсь, меня никто не видел в том переулке.

На сердце было тяжело.

Главное — это спокойствие, как любил говаривать один мой старый знакомый. Но то же самое он говорил, когда мне чуть не оторвали голову, так что не пошел бы он к черту. Мне нужен пистолет, а не дурацкие советы.

Оружие лежало в сейфе Эмиля. Трудно распускать руки, когда жертва вооружена, так что мой родной пистолет вот уже три года был у него.

Беда в том, что достать его не просто.

Я зашла в комнату с опаской, словно вторглась на чужую территорию. При мне Эмиль сейфом не пользовался, но я знала, где он — в книжном шкафу. Я не такая дура, как он считает: за все время я ни разу не видела его читающим, а на полке стоял целый ряд книг. Кроме того, здесь больше некуда запихать сейф.

Я аккуратно сложила литературу на столе, и уставилась на узкую черную дверцу в глубине стены. Замок был электронным, что радовало, но вот код я не знала. И вряд ли это что-то простое.

Что это со мной, я собираюсь взломать сейф мужа?

Его нет в городе третий день, а я уже так осмелела. А если он вернется и увидит, что пистолет у меня?

Ну что ж, тогда и поговорим. В этот раз — по-настоящему.

В первое мгновение меня окрылило: за этой дверцей лежал ключ к свободе, но я быстро протрезвела. Еще был мэр. Мне не позволят уйти просто так.

Но что-то происходит, и оружие необходимо, как воздух.

Итак, код от трех до восьми цифр. Что это может быть? Я до конца жизни буду перебирать варианты. Плюнув на сейф, я пошла на кухню. Надо позвонить Андрею, но сначала кофе, иначе усну.

Андрей объявился сам — я и чашку допить не успела. Как ни в чем не бывало, он стоял на пороге с разбитым лицом, в рваной рубахе и грязной куртке нараспашку. Костяшки на правой руке сбиты, из чего я заключила, что он подрался.

— Муж дома?

Я покачала головой.

— Тогда я войду, — он отстранил меня и нагло зашел в квартиру. — Где мне умыться? Там? — он показал на кухню и решил. — Сам посмотрю.

На ватных ногах я пошла следом.

Андрей набрал воды в ладони и протер лицо. Раковина окрасилась розовым, он неаккуратно встряхнул руками.

— Угости меня чем-нибудь.

— Уходи.

Он сел на стул, криво улыбнулся, лицо было в синяках, царапинах, и если я что-то понимаю — с перебитым носом, но Андрея это не беспокоило. Я представила, как Эмиль возвращается домой раньше времени и видит здесь его.

— Ты оглох?! Уходи немедленно! Какого черта ты притащился?

— Гав.

Я напомнила себе, что он чокнутый и решила, что не буду подходить близко.

И вообще, вдруг это он убил охотницу?

Нет, не успел бы. Он был с Лазарем всего несколько минут. Но как тогда там оказалось кольцо?

Да, кстати.

— Ты принес кольцо? Я хочу его забрать.

Андрей даже не перестал улыбаться:

— Понятно, — сказал он. — Значит, ты была за музеем.

Я сжала кулаки, жаль, что не открыла сейф, и в них нет ничего весомого.

— Ты меня подставил. Отдал кольцо Лазарю, да?

— Нет.

— Что все это значит?! Зачем ты притащил меня к музею?

Улыбка Андрея пропала, словно ее выключили. Он встал и свободно подошел, конечно, он меня не боялся. Я попятилась, стараясь держать дистанцию, и оказалась в прихожей.

Поискав подходящую угрозу, я выбрала самую страшную:

— Эмиль тебе голову оторвет. И Лазарю тоже.

— Повторяешься, — заметил он. — Угомонись, Кармен, никому я твоего кольца не давал. А вот твой дружок разбил мне морду, видишь? — он ткнул в нос. — Хотел знать, как близко мы знакомы и зачем я таскаю тебя с собой.

— Не ко мне претензии. Где кольцо?

Андрей тяжело вздохнул, опустив голову, словно решил повиниться:

— Не было на ней никакого кольца. Сначала. Побожиться могу. После того, как твой Лазарь подкараулил меня возле дома, и мы обменялись недружескими тумаками, я вернулся к музею и оно уже было. Сама думай, все за пару часов произошло, как — не знаю.

— Какого черта ты его не снял?! — рявкнула я.

— А ты чего не сняла? — резонно заметил он.

Я чувствовала себя тупой и слабой, еле сдерживая слезы, я отвернулась и зашла в комнату Эмиля, лишь бы скрыться с глаз. Там я села на кровать и закрыла лицо руками.

Рядом раздался голос Андрея:

— Забудь ты о нем. Купи другое, такое же, — он помедлил и добавил. — Я устрою.

— Меня не это беспокоит, — глухо ответила я и тут отняла ладони от лица, меня осенило. — Погоди, так это ты приезжал к музею на фургоне?

— Что? — он нахмурился. — Нет у меня фургона.

— Я тебе не верю, — твердо ответила я. — Кольцо я оставила тебе, и оно всплыло на трупе.

Я встала и, стараясь не встречаться с ним взглядом, подошла к сейфу. Можно подумать, если смотреть на него достаточно долго, он откроется сам, но другого варианта я не видела.

— Не нужно так со мной, я тебе зла не желал.

— Лучше уходи.

— Я говорю правду, — Андрей повысил голос. — Я не знаю, как это произошло! Ко мне приходили клиенты, но они не могли взять кольцо. Может оно вообще другое!

— Так пойди и поищи мое!

Со злости я стукнула по сейфу кулаком.

— Что у тебя там?

— Пистолет, — желчно ответила я, но Андрей не испугался.

— Если я его открою, ты успокоишься?

— А ты можешь? — с сомнением спросила я.

— Отойди, — он отстранил меня и склонился над шкафом, царапнул дверцу ногтем. — Слабенький. Будь я под дозой, разломал бы и все… но я не пью. Придется думать.

— Под дозой? — я неуверенно усмехнулась.

Он пояснил с серьезным лицом:

— Я про кровь. Я же вампир, не забыла?

— Вот как вы ее называете, — я не была знакома с вампирами настолько близко, чтобы обсуждать такие вещи. Век живи, век учись. — А почему ты не пьешь?

— Не твое дело. Ключа, конечно, нет?

Андрей осматривал сейф, ощупывая каждый сантиметр. Я пристроилась рядом, облокотившись на шкаф.

Наверное, он и правда невиновен, иначе не стал бы помогать. Да и вообще не пришел бы. Кстати, интересный вопрос.

— Слушай, а зачем ты пришел?

— По делу. Твой дружок меня просил. Написал письмо, запечатал, дал пять сотен и велел передать тебе…

— Что? Лазарь передал мне деньги? — насторожилась я.

— Деньги он дал мне, чтобы я передал тебе конверт, — он запустил руку во внутренний карман, и аккуратно держа конверт за уголок, положил его на полку.

Сверху пометок нет, а судя по толщине внутри что-то не толще листа бумаги.

— Переверни, — попросила я.

— Тебе надо, ты и переворачивай, — возмутился он.

Интересно, с чего бы этот жмот отслюнявил денег за простое письмо?

— Надеюсь, внутри нет отравы, — вздохнула я и решительно вскрыла конверт.

Там оказался сложенный втрое лист, чтобы никто не смог прочесть письмо на просвет. Видно, Лазарь с Андреем не в первый раз работает.

Я отошла в сторону и развернула бумагу.

«Позвони мне. Срочно». Внизу был дописан номер мобильного телефона. Новый, незнакомый. И все — ни привет, ни пока.

— Что там? — поинтересовался Андрей.

— Ничего. Просто записка.

Я поспешно сунула письмо в карман и вышла на кухню. Там я набрала Лазаря. Он ответил с первого гудка, словно все утро ждал, пока я позвоню.

— Как дела, Янка? Все нормально?

— Не жалуюсь. Что это хрень с письмами? Что тебе надо?

— Встретимся. Я все расскажу.

Я мысленно поискала причину для встречи:

— Тебе деньги нужны?

— Я хочу тебе помочь, — предельно честно сказал он. Обычно, Лазарь говорил таким голосом, когда лгал.

— Ты себе помочь хочешь, — утвердительно сказала я.

— Короче, помнишь парк, где мы три года назад в беседке сидели? Приходи через час. А не хочешь — я неволить не буду. Решай свои проблемы сама.

— Как всегда, Лазарь.

— Приходи одна, — добавил он и бросил трубку.

Я задумчиво постучала телефоном по столу. И что прикажете делать?

Проблему решил Андрей:

— Кармен! Иди сюда… Помощь нужна.

Я вернулась в комнату. Пока меня не было, вампир зашторил окна и теперь стоял перед сейфом, водя по кнопкам карманным фонариком на связке ключей. Он постоянно менял угол освещения, узкий луч плясал над дверцей.

Андрей так жадно рассматривал ее, будто надеялся, что она сама откроется, даже кончик языка прикусил от напряжения.

— Ты его гипнотизируешь? — хмыкнула я.

— Тебе говорят о чем-то цифры семь, пять и четыре?

— Нет.

— Подумай. Порядок может быть другим. Семьсот пятьдесят четыре или пятьсот сорок семь…

— Так номер телефона Эмиля начинается, — насторожилась я.

— Вот видишь, можешь, если захочешь, — он выключил фонарь и освободил место перед шкафом. — Попробуй. Код из трех цифр, я уверен.

Я подошла и по очереди нажала кнопки, не очень веря в успех.

Сейф открылся.

У меня отвисла челюсть:

— Ты что, взломщик?

— Пустяки, — Андрей равнодушно пожала плечами, но ему было приятно мое удивление. Он вздохнул и пояснил. — Следы от пальцев надолго остаются, их легко найти, если знать как. Проблема в последовательности цифр, нужно найти связь — как ты догадалась про номер телефона. Надо знать такие вещи.

— Спасибо.

— Не за что, — он приоткрыл дверцу и уже собрался запустить внутрь руку, но я твердо схватила его за рукав. Никакой тактичности! А ведь у меня там куча оружия.

— Отойди, пожалуйста!

— А я ей еще помогаю, — он презрительно сморщился и безразлично уселся в кресло. Кажется, обиделся.

Ладно, потом разберусь. Я заглянула в сейф: забит почти полностью. Две коробки, патроны, пакет с моим пистолетом, моя старая кобура, у дальней стенки пачка денег, и все это громоздилось на папке с бумагами.

Я достала пакет и развернула, на меня дохнуло старой гарью. Ну все, пистолет можно выбросить. Я из него стреляла, а Эмиль его потом не почистил.

Раздраженно бросив пакет на полку, я потянулась за ящиком.

— Слушай, Андрей, — я решила, что не хочу потрошить его при вампире. — Если честно, я скоро ухожу. Спасибо за помощь, но если у тебя все…

— Я еще посижу.

— Ты понимаешь по-хорошему? — прямо спросила я, оборачиваясь. — Иди, ищи кольцо!

— Далось оно тебе, — проворчал Андрей, но поднялся. — Ладно, позвоню… Можешь не провожать.

Я проводила и закрыла дверь, а потом еще набросила цепочку.

Вернувшись в комнату, я вскрыла коробку, рассуждая, что раз Эмиль испохабил мое оружие, то я могу взять это.

У него пистолет был лучше. «Мужской» — большого размера, с массивным затвором, такой нелегко будет носить скрытно, но мне он понравился. Я повертела его в руке, у Эмиля видно в крови тяга ко всему немецкому: это был Хеклер и Кох УСП.

Черный, матовый, угрожающий… Я сразу же почувствовала себя уверенно.

Если Лазарь планирует что-то против меня, он неприятно удивится.

«Парадный» вход в парке один, но в этот раз я его проигнорировала. Проскользнув между прутьями ограды, я подошла с тыла к покосившейся беседке. Под ногами шуршали желтые листья, я с грустью оглядела деревянный остов с облупленной зеленой краской, засохший стебель вьюнка, завесивший вход, и отодранные доски ступенек.

Не люблю бывать в этой части парка осенью, таким жалким все выглядит. Летом здесь тень и много зелени, поэтому разруха не так бросается в глаза. Зато здесь редко гуляют, и можно провернуть дельце без свидетелей.

Внутри кто-то был. Я видела очертания фигуры и задумчиво опущенную на грудь голову.

Переступив прогнившие ступеньки и пригнувшись перед вьюнком, я нырнула внутрь. Деревянный настил скрипнул, и Лазарь выпрямился.

— Привет, — он улыбнулся, будто ждал меня на свидание.

Я этому совсем не обрадовалась.

— Чего тебе надо?

Он понял, что душевной встречи не получится и криво усмехнулся, постоял, качаясь с пятки на носок, и презрительно сплюнул.

Да, именно так на меня реагируют охотники.

— Верку убили, — сказал он. — Она первый раз была в городе. Ее первая работа.

— Я не причастна, если ты на это намекаешь.

— Хватит острить.

А кто острил? Лазарь снова плюнул, на этот раз с ненавистью.

— Какого черта вы вообще приехали? Чего вам надо от меня? — разозлилась я. — Навязались на мою голову!

— Ладно, хватит, — он вздохнул. — Знаю, злишься на меня, но человек ты мне не чужой. Я уезжаю, наверное, насовсем. Помочь тебе хочу.

— Ты всегда уезжаешь и каждый раз «насовсем». Так в чем дело?

— Эмиль просил за тобой присмотреть. Я следил за тобой по его просьбе. Понимаешь?

— Нет, — удивилась я. — Зачем ему это?

— Меня это не касается. Он вызвонил меня и просил приехать, заплатил щедро и всего проблем — за тобой ходить. Может, подозревал в чем-то. Тебе видней.

Дело пахло керосином. Я не придумала ни одной причины такого странного поведения и решила было, что Лазарь врет, но вспомнила, что деньги, по словам Андрея, у него есть и хорошие. Откуда же тогда?

— Для этого ты платил за сплетни обо мне?

Он достал сигарету и неторопливо, со вкусом раскурил.

— Что тебя удивляет? Только Андрей мне ничего не сказал, сам выяснил. Я должен был проверить с кем ты, где бываешь.

— И где бываю?

— В школе дважды в неделю: понедельник, четверг, — он затянулся. — У подруги. В посудном магазине. Изредка в клубе с мужем.

— Блин, — вздохнула я и села на холодную скамейку, мрачно глядя в пол.

— Зачем ты связалась с Ремом? К нему в своем уме и без нужды не ходят. Чем ты думала? Не видишь, что он из себя представляет? Сначала ты клеилась к Эмилю и вот что вышло. Теперь ищешь новые грабли?

— Закрой рот! — рявкнула я. — Это я клеилась? В этом виноват ты, так что засунь свои нравоучения подальше!

Лазарь промолчал, в последний раз затянулся и щелчком отбросил окурок.

— И почему с тобой нельзя без скандалов?

— Потому что ты козел.

— Точно. Когда ночью он подъехал с тобой, я глазам не поверил. Даже подумал, что ты с ним теперь, — он подленько усмехнулся. — Глупо, да?

— Зачем ты ему позвонил? — спросила я, пропустив предположения о моем нравственном падении.

Вопрос интересовал меня по своим мотивам. Лазарь, кажется, вообще не знал о кольце.

— Его плюс в том, что он сторонится своих. Я рассчитывал, он поможет понять, что произошло… Я ведь подумал, ее вампиры убили.

— Нет? — я заинтересованно вскинула глаза.

Он покачал головой:

— Пуля в грудь. Уже сам разобрался. Когда звонил Андрею и предположить не мог, что этот придурок тебя притащит.

— А я чем плоха?

— Жена вампира.

— Ну, все понятно.

— Обиделась?

— Да ладно. Жена. Ты что-нибудь выяснил? Кому это нужно?

— Мыслей нет, — он пожал плечами и я поняла, что он не хочет разбираться.

Лазарь как всегда первым покидал края, если там становилось горячее обычного. Обжегшись на молоке, дуешь на воду. Я давно подозревала, что он трус, но по-настоящему мои глаза открылись три года назад.

— Я хочу спросить… когда ты нашел ее… Ты видел кольцо?

— Что за кольцо? — нахмурился он.

Я облизнула губы и решила говорить, как есть. Раз он уезжает, болтливость не выйдет мне боком.

— Я оставила его у Андрея и спустя сутки оно оказалась на твоей охотнице. Вот, думаю, кому сказать спасибо. Там был ты и он.

— Ты ему веришь?

— Я и тебе не верю.

— Никаких колец я не видел, — отрезал он. — Андрей мог продать твое кольцо кому угодно. Ты плохо его знаешь.

Стоп, сказала я себе. Мужик на фургоне. Вампир и мой бывший дружок ничего не видели, а тот мужик побывал за музеем после них, но до меня. Как я про него забыла?

— Значит, ты не видел кольца?

— Нет.

Его принес тот тип, точно. Кто это был?

— Забавно, — вдруг сказал Лазарь. — Кому понадобилось кольцо? Какое-то особенное?

— Подарок Эмиля, — я прикусила губу.

— Вот как. А ведь вы похожи. Стиль одежды, рост, фигура, волосы, даже лицо немного.

— Чушь, — отрезала я. — Все охотницы похожи друг на друга. На что ты намекаешь? Что ее убили из-за нашего сходства? Кому это нужно?

— Тебе видней, — снова сказал он и улыбнулся.

А я задумалась: об этом кольце я не успела разболтать, но кому рассказал о нем Андрей страшно представить…

Рост, сложение — все это при правильном ракурсе можно подать как надо, надень кольцо, укрой тряпкой и вообще никто не отличит. Прямо как в том репортаже, что я смотрела утром.

Загвоздка одна: мотив?

— Знаешь, Лазарь, я лучше пойду.

— Мне все это не нравится. Спрячься. А еще лучше уезжай. Поехали со мной.

— Я еще не спятила, — усмехнулась я, поднимаясь со скамейки. — Думал, я тебе на грудь брошусь, что ли? Ты подставил меня.

— А ты изменилась, Кармен. Тоже мне охотница. Спишь с вампиром.

— Твоими молитвами, Лазик. Так что заткнись и Кармен меня больше не называй, понял? Было неприятно провести с тобой время.

Я вышла из беседки, оставив Лазаря на грязной скамейке, и пошла побыстрее, чтобы он меня не окликнул, не начал говорить, что я уже не та, что раньше и мне нужно прятаться. Я и так знаю, что нужно. И раз не прячусь, значит, не могу.

Рядом с дырой в заборе я заметила парня и свернула в другую сторону, не желая сталкиваться со странным прохожим. Вдруг он подельник этого засранца? Обычно тут никто не ходит.

Лазарь все-таки позвал меня — то ли издеваясь, то ли по старой привычке:

— Кармен!

Угораздило меня сесть в его машину, приехать сюда три года назад, связаться с Эмилем… В общем, Лазарь прав, какой из меня охотник?

Я вышла на широкую мощеную аллею, и пошла к выходу. Брусчатка звонко стучала под ногами, совсем как паркетный пол под каблуками танцевальных туфель…

… Зал летел вокруг меня под ритмичный стук каблуков. Шаг, еще шаг, взмах рукой, поворот и все с начала. Я танцую партию «Кармен», знаю ее до последнего жеста, я жила ею, выверяя каждое движение под эхо дроби каблуков в пустом танцевальном зале. За это меня и прозвали Кармен.

Я проклинаю тот день, когда приехала в город и школу, где училась танцевать.

Я собственными руками все перечеркнула, и старое прозвище каждый раз напоминало о моем провале. Теперь меня знают, как единственную охотницу, которая дискредитировала себя настолько ужасно и пошло.

Остаток дня я потратила на ювелирные магазины. Сначала просто рассматривала витрины, в надежде наткнуться на такое же колечко, потом стала спрашивать у продавцов и даже рисовать в блокноте орнамент, насколько я его помнила, но все как один качали головой. Такого нет и не было. Потом мне предлагали посмотреть ассортимент и выбрать похожее, но я ехала дальше.

Покончив с магазинами, я перешла на мастерские, но и тут меня ждала неудача. Никто не мог вспомнить, чтобы господин Кац заказывал у них кольцо.

Невероятно, но Эмиль подарил мне полный эксклюзив.

Где он его взял?

И что мне делать, если я его не найду? Я занервничала всерьез.

Домой я вернулась разбитая и вымотанная до предела. На автоответчике мигал красный огонек и я ткнула кнопку, чтобы послушать сообщения, пока буду раздеваться.

Первое адресовалось Эмилю. Услышав жесткий мужской голос, звенящий металлом, я непроизвольно натянула штаны обратно.

— Эмиль, не могу найти тебя второй день, — пауза. — Перезвони как можно скорее. Отдыхать, уж извини, некогда! Все, до встречи.

Наверное, кто-то с работы. Следующей звонила Рената:

— Эмиль, я не могу дозвониться. Ты дома? Ничего не случилось?

Третье сообщение тоже оставила она, но уже для меня:

— Яна, перезвони на рабочий или сотовый, — она сбивчиво продиктовала телефоны и отключилась.

Автоответчик громко пискнул — сообщений не осталось.

— И что бы это значило? — пробормотала я, пододвигая телефон, и набрала один из номеров. — Рената? Это Яна, ты звонила…

— Где тебя носит целыми днями? — резко спросила она.

Можно подумать, я должна отчитываться. Или обязана слушаться не только мужа, но и его психоаналитика. Короче, я разозлилась.

— Что тебе надо?

— Эмиль дома?

— Нет.

— Где он? На работе его нет, сотовый не отвечает. Что происходит, черт побери?

«Не говори ей ничего, своди разговор к трепу», — вспомнила я наставления Эмиля.

— Он уехал на несколько дней в командировку.

— До сих пор? Ты уверена?

— Конечно. Позвони ему, если мне не веришь.

— Он не отвечает, — напомнила она. — А как у тебя дела? Все в порядке?

— А что у меня может быть не в порядке? — огрызнулась я. — Ему что-нибудь передать?

— Не стоит. Я сама позвоню. Не забудь, через две недели встречаемся у меня.

— Обязательно, — пообещала я и с удовольствием положила трубку.

Странно, Рената явно нервничала. Хотя… я мало знаю о жизни Эмиля, возможно, звонки от нее в порядке вещей, просто мне об этом неизвестно.

За окном уже стемнело, а я чувствовала себя уставшей после бессонной ночи и променада по магазинам, поэтому завалилась в постель с чашкой лимонного чая и телефоном.

Надо позвонить Андрею, но я оттягивала момент.

Боюсь, это кольцо будет мне сниться.

Я допила чай и решительно набрала номер.

— Кармен? — почти сразу ответил он. — Привет. Знаешь, ты была права…

— В чем?

— Кольцу приделали ноги. Его нет дома, я все перерыл.

Я глубоко вздохнула, во мне теплилась надежда, что все это дурацкое совпадение, но мне никогда так не везло.

— И что же нам делать? — хреновым тоном осведомилась я.

— Нам?

— Ты его потерял. Или продал кому-то, — вспомнила я слова Лазаря. — И если Эмиль спросит, я скажу… Скажу, ты его у меня отобрал.

Пустяковая, почти детская угроза, но Андрея почему-то проняло.

— Я никому не продавал твое кольцо. Все было по-честному! Черт… думаю, его украли. Мне нужно это обдумать.

— А мне что делать? — гаркнула я. — Эмиль возвращается послезавтра! Я все ювелирки объездила! Таких больше нет!

— Ты в магазинах его искала, что ли?

— Везде, — с нажимом сказала я. — Он у кого-то его заказал, но я не узнала, у кого.

В трубке воцарилось молчание.

— Если тебе нужно такое же кольцо, можно это устроить. Закажем, как и он.

— Боже, Андрей! Ты оглох? Я не знаю мастера, у меня нет исходников, даже фотографий кольца…

— Думаю, я знаю, у кого он его делал. Твой Эмиль — вампир. Мы все пользуемся услугами одного ювелира. Я договорюсь и мы встретимся.

— Ты правда можешь это сделать или просто пытаешься от меня отделаться?

— Если хочешь, хоть этой ночью.

Я трезво оценила свои возможности:

— Лучше утром. Черт, у меня завтра тренировка… А он не расскажет Эмилю, что мы приходили?

— Нет. Я его попрошу, — Андрей говорил уверенно, и мне очень захотелось поверить. На мгновение я даже ощутила облегчение. — Спи, Кармен. Завтра созвонимся.

Он положил трубку, и я откинулась на подушку. Она была такой мягкой, а одеяло таким теплым, что я даже не успела обдумать разговор — провалилась в сон.

Утром мне, конечно, никто не позвонил. Из-за этого я встала почти в полдень, проспав добрые двенадцать часов.

Андрей обещал уладить мои проблемы, но мне действительно нужно в школу. Две тренировки подряд я пропустить не могу. Рассудив, что вряд ли встреча с ювелиром будет срочной — если вообще будет, я начала собираться.

Единственный, кто меня сегодня радовал — это ребята, которые выкладывались на площадке на все сто. А я сидела на скамейке, рядом с тренером команды-соперницы, и нервно грызла ногти. В голову упрямо лезли кольцо, охотники и Эмиль. Я звонила ему, но услышала только долгие гудки.

До него не смогли дозвониться уже несколько человек и меня это беспокоило.

Володька послал мяч в корзину, добавив нам очко, и заложил круг рядом с нашей скамейкой, ожидая моего одобрительного свиста. Так и не дождавшись похвалы, он с недоумением вернулся на площадку и бросился в бой.

Наконец, Савельич пихнул меня в бок и удивленно крякнув, кивнул на мою команду. Попал, слава богу, чуть выше пистолета и ничего не заметил. Я вяло зааплодировала.

— Очко, да?

— Второй раз уже! Что-то ты совсем не своя… Заболела?

— Да так, — я подалась вперед, делая вид, что наблюдаю за ребятами. И снова поймала взгляд тренера.

— Что?

Он покачал головой и вдруг вскочил: засвистел, затопал ногами. Вслед за ним встала и я, похлопала и шмякнулась на скамейку.

— Невпопад, — заметил тренер.

Мои ребята наградили меня возмущенными взглядами, а девчонки зашушукались. Я только что поддержала соперников. Этих аплодисментов мне не простят никогда.

— Давайте, красавицы, работайте! — захлопал в ладоши Савельич.

Обстановка на площадке оживилась.

— Брось, — смущенно пробормотала я. — Я сегодня здесь больше для вида.

— Что случилось-то?

— Да все муж, — брякнула я и зажала рот рукой. — То есть я не это хотела сказать…

Савельич добродушно посмеялся.

— Загулял, что ли? Да не отмахивайся. Бывает.

Я покивала, стараясь сосредоточиться на игре и уйти от разговора, но Савельич, судя по всему, не желал оставить меня в покое — приглядывался, жевал губами и, кажется, собирался что-то сказать.

Еще бы не хватало, чтобы школа была в курсе моих личных дел. Я только собралась прочесть короткую лекцию по поводу невмешательства в личную жизнь, как в кармане завибрировал мобильник.

В такой ситуации — просто спасение. Сейчас я бы обрадовалась даже Ренате.

— Да! — крикнула я в трубку.

Именно в этот момент команда уверенно пошла к победе — крики, удары мяча об пол, пришлось заткнуть второе ухо пальцем, чтобы услышать хоть что-то.

— Я обещал перезвонить…

— Что?!

— Я обещал перезвонить! Это Андрей!

Я зажала трубку ладонью и быстро вышла в тихий школьный коридор.

— Привет.

— Что там у тебя за балаган? — осведомился он.

— Я на тренировке.

— Что, правда? Я думал, ты врешь. Я договорился с ювелиром, примет нас сегодня в три. Ты сможешь?

— Куда я денусь?.. Только я не успею тебя забрать, давай встретимся здесь. Я в шестой школе.

Я отключилась, прежде чем он успел возразить, и вернулась в зал.

Когда я вышла из школы, Андрей уже ждал меня рядом с «мерседесом».

Скрестив ноги, он прислонился к пассажирской двери: поношенные джинсы, куртка, небрежно перекрученный длинный шарф, растрепанные волосы. Царапина на губе подсохла, отек носа спал, но кожа отливала синевой. Боюсь, ювелир нас в таком виде не примет.

— Ты что, в школе работаешь? — усмехнулся меня он, когда я приблизилась. — Родители детей об этом знают?

— Да ну тебя, — я села в машину. На часах без пятнадцати три, хорошо, я на колесах. Стало немного грустно: завтра вернется Эмиль и свободе конец. «Мерседес» вернется в гараж, пистолет — в сейф, а я — в свою комнату.

Андрей уселся рядом, я переключила передачу и задним ходом выехала с парковки.

— Куда едем?

Ехали мы в центр и скоро были у старинного барского дома. Роскошно отремонтированный фасад оттеняла живая изгородь, к парадному подходила мощеная дорожка, а здоровенные окна можно было использовать вместо дверей. Да, ювелир — профессия прибыльная.

Мы зашли в подъезд, и Андрей уверенно выбрал нужную квартиру, словно уже бывал здесь.

— Когда зайдем, лучше помалкивай. Сам все объясню.

Я хотела возмутиться, но тут нам открыли. Хозяин выглядел так, как я и представляла: пожилой, но еще не дряхлый, с абсолютно седой головой, и в очках с золоченой оправой. У него были изящные руки ювелира, теплые карие глаза и совершенно человеческий вид. Вместо одежды — халат и стоптанные тапки.

Я даже немного разочаровалась, по рассказам Андрея мне казалось, что нас встретит вампир.

А вот квартира меня удивила. Вид старика сыграл злую шутку и я представила ее пыльной и забитой старой мебелью — с бархатными шторами, побитыми молью, и узорчатым ковром, но обстановка выглядела современно. Шторы были не из бархата, но плотными и тяжелыми.

Мы прошли в зал и расположились на диванчике. Ювелир сел напротив — в кресло.

— Что вас интересует? — он пытливо взглянул на Андрея, потом на меня, и взгляд опустился с моего лица на бок.

Я поерзала и кобура врезалась в тело. Это на пистолет он так засмотрелся? Неужели видно под курткой? Я прикрыла бок локтем.

— У меня к вам вопрос, Александр Эдуардович, — сказал Андрей. — Эмиль Кац заказывал вам кольцо?

Сейчас нас точно пошлют к черту. Вряд ли он будет болтать о клиентах первым встречным.

— Разумеется, — кивнул он. — Кольцо для жены.

— Здорово! Я так и думал. Сделайте мне такое же.

— Для дамы? — ювелир стрельнул на меня глазами и я покраснела. Он произнес это с таким значением, будто я пришла в бальном платье и с бриллиантами, а не в джинсах и плохонькой куртке. Вот что значит настоящее воспитание.

— Для нее. Только здесь проблема… Кольцо нужно завтра. Реально?

Старик неторопливо снял очки, задумчиво покусал дужку и ответил:

— Прошу прощения, но это невозможно. Речь идет о платине, но платины у меня сейчас нет. А к чему такая спешка, можно узнать?

— Это личное.

— Необязательно платина, — нервно перебила я. — Подойдет что-нибудь похожее. Серебро, например.

— Не знаю, молодые люди…

Я хотела его уговорить, но все больше понимала, как это глупо. У него есть и другие заказы. Наверняка, он не захочет работать всю ночь.

Все пропало. Я так отчаялась, что уже начала подниматься, но Андрей припечатал мою коленку ладонью.

— Не горячись! — велел он. — Александр Эдуардович, это очень важно, — он прижал ладонь к груди. — Я прошу вас. И, разумеется, плата будет достойной.

Мне захотелось ударить его за ребячество, но тут старик кивнул.

— Ну что ж, — вздохнул он. — Давайте снимем мерки…

— Размер тот же.

Он поднял глаза — пытливые и внимательные за тонкими линзами очков. Ювелир дураком не был.

— Вы его супруга?

Я решила, что отпираться бесполезно и кивнула. Нормальный человек обязательно бы спросил, что за спектакль мы устроили и зачем мне второе кольцо, но этот не проявил любопытства.

— К которому часу вы хотите заказ?

— Чем раньше, тем лучше! — обрадовался Андрей. — И пусть это останется между нами.

— Обижаете, — улыбнулся тот.

Покинув квартиру, и уже устраиваясь в машине, я запаниковала:

— Андрей, наверное, залог надо было оставить? И вообще, во сколько это обойдется?

— Не суетись, — он приобнял меня за плечи, будто мы уже стали друзьями. — Все схвачено. Я сам заплачу.

— Ты серьезно? — не поверила я. Впервые в жизни за меня спешили платить, и я чуяла подвох.

— А что? Твое кольцо я потерял. Все справедливо.

— Вы с ним знакомы, да? — подумав, спросила я.

— Немного.

Мне показалось другое, но я не стала давить.

— Я слышала про тебя… Ну, что ты не общаешься с вампирами, это так?

— А он не вампир, — усмехнулся Андрей, оставив вопрос без ответа. — Домой забросишь?

Я кивнула. Пробок не было и добрались мы быстро. Когда Андрей выходил, я окликнула его и немного смущенно попросила:

— У меня просьба… Завтра приезжает Эмиль, я целый день буду дома и нам лучше не встречаться. Заклей кольцо в конверт и брось в ящик, ладно? Эмиль все равно не проверяет почту.

— Ладно. Я тебе позвоню.

— На мобильный, — напомнила я. — И только в рабочее время.

Кажется, большая часть проблем решена. Пора домой: ставить машину в гараж, закрывать сейф, и делать вид, что я все это время не слезала с дивана.

 
Продолжение на странице автора

Комментариев: 6 RSS

Странное произведение. Продолжения вроде нет, но всё осталось неясным, да и вампиры непонятно почему так называются, если даже крови не пьют.

Landolf, вот тут водится продолжение: https://litnet.com/ru/book/effekt-krovi-zalozhnica-b50484

Ну если выложен на конкурс только обрывок, надо как-то предупреждать) Я бы не стала читать)

Landolf, извиняемся, модераторский недосмотр. Указали, что ознакомительный отрывок. Надеюсь, заинтересовавшиеся дойдут до полной версии. Там много разных поворотов.

Да ничего страшного, времени немного потеряла) Тут надеюсь и завершёнка есть)

Мария Устинова6
2018-03-03 в 05:33:21

На литнете лежит полная версия. Здесь выложено три первые главы - не хотела, чтобы пираты растащили повсюду. Извиняюсь, если кого-то ввела в заблуждение.

Обсуждение

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация  Facebook.

(обязательно)

⇑ Наверх
⇓ Вниз